Аллисон вцепилась в розовое постельное белье. Она не опиралась на руки и колени, так как Обсидиан боялся, если позволит ей стоять самостоятельно, что ее руки ослабеют, когда его страсть выйдет из-под контроля. Впрочем, это был лишь вопрос времени, когда Обсидиан потеряет его. Каждый выпад дарил истинное блаженство его телу, а каждое отступление было единственной передышкой перед освобождением, которое, как знал Обсидиан, запрет его внутри Алли, пока семя будет отмечать ее своей пылкой страстью.

Вагинальные мышцы Алли напряглись, сокращаясь, в то время как ее прерывистые стоны стали громче. Она была влажной, горячей. Обсидиан потерял голову за секунду до того, как его яички напряглись, предупреждая, что он больше не выдержит. Обсидиан откинул голову назад, усилил хватку на бедрах Алли и кончил от настолько интенсивного наслаждения, что чуть не взревел от удовлетворения.

Член набух, извергая сперму так сильно, что это практически причиняло боль. Обсидиан вздрогнул, когда замедлил свои движения, так как все еще оставался запертым внутри женского тела и не хотел навредить своей Алли. Ее стенки стиснули его настолько сильно, что он рухнул на Аллисон, прижавшись к ее спине. Когда-то он чувствовал себя одиноким, но сейчас их тела слились в одно целое.

На Обсидиана нахлынуло осознание произошедшего, когда его разум начал очищаться от страстного тумана, вызванного сексом с Алли. Его вес прижал ее маленькое тело к кровати, и они оба тяжело дышали. Обсидиан отпустил женские бедра, чтобы подняться. Алли, все еще тяжело дыша, что-то пробормотала, но он ничего не понял, и это встревожило его. Неужели он слишком сильно навалился на нее?

Алли повернула голову, и ее голубые глаза встретились с его глазами. В тот момент Обсидиан понял, что кончил раньше нее. Ее взгляд был слишком пронзительным, а разочарование казалось очевидным, когда она прикусила нижнюю губу. Гнев на самого себя охватил его. Обсидиан среагировал, отстранившись на несколько дюймов и осторожно потянув Алли за собой, чтобы их бедра оставались прижатыми друг к другу. Он знал, что, пока его набухание не спадет, так будет лучше, чем пытаться разделить их тела.

Заскользив рукой по краю матраса, Обсидиан добрался до живота Алли. Его пальцы нашли ее клитор, набухший от желания. Обсидиан наблюдал за ее глазами, потирая горошину, поэтому заметил, как зрачки Алли расширились, когда он обнаружил нужное местечко и немного надавил на него кончиком пальца.

Лоно сжало его еще сильнее, из-за чего Обсидиану пришлось стиснуть зубы, чтобы не застонать. Он выдержит эту сладкую сверхчувствительную пытку, лишь бы быть уверенным, что Алли удовлетворена.

Она была так близка к разрядке. Ощущение Обсидиана, сцепившегося с ней, его толстого члена, скользящего внутри, было невероятным. Обсидиан не просто двигал бедрами назад и вперед, а расставил колени, упираясь в ковер, и менял углы проникновения с каждым толчком. Он нашел то самое местечко, которое заставило Алли стонать громче, и начал снова и снова задевать его.

Она вцепилась в кровать, так как ей просто нужно было хоть за что-то держаться, а она не могла дотянуться до Обсидиана. Ее колени не касались пола. Штаны были разорваны по шву посредине, позволяя Обсидиану получить доступ к ее лону, но все еще оставались на ней. Алли подняла ноги, расположив их на икрах мужчины. Ей хотелось быть полностью обнаженной.

Обсидиан разорвал ее рубашку, но обрывки по-прежнему висели на руках, куда сбился материал. Но это не имело значения, поскольку ее кульминация была так близко и казалась настолько сильной, что Алли не удивилась бы, увидев звезды.

Звуки, издаваемые Обсидианом, заводили ее еще больше. Он хрипел и рычал, его руки до синяков сжимали ее бедра, чтобы удержать на месте. Глаза Алли расширились, когда член внезапно стал еще больше, сильнее растягивая ее, а затем Обсидиан стал двигаться резкими, короткими толчками, и Аллисон ощутила, как он кончает.

Струи горячей спермы выплеснулись глубоко внутри нее, и Обсидиан стал замедляться. Его немалый вес опустился на нее, мужская грудь прижалась к ее спине, а тяжелое дыхание щекотало ухо.

Алли хотелось закричать от разочарования. Она была так близка к своему оргазму, но теперь все закончилось. Прошли долгие секунды, пока Обсидиан вздрагивал и тихо стонал ее имя, прижимаясь своим подбородком к голове Алли.

Обсидиан приподнялся, и ей стало легче дышать, но Алли сразу заскучала по его близости. Она повернула голову, чтобы увидеть его лицо и, по крайней мере, желая получить удовольствие от того, что хоть один из них кончил.

Темно-карие глаза Обсидиана казались черными, веки полуприкрыты, пока он наблюдал за ней. Он тяжело дышал, его лицо раскраснелось от страсти, клыки обнажились. Однако в мгновение ока все изменилось. Его рот недовольно сжался. И Алли хотелось узнать причины этого.

Обсидиан подтянул ее на несколько дюймов к краю матраса, а затем заскользил по ней рукой, приласкав клитор.

Алли ахнула и застонала от мгновенного нахлынувшего наслаждения. Обсидиан повернул запястье так, чтобы одним пальцем быстро массировать комок нервов с достаточной силой и тем самым свести Алли с ума.

Она уткнулась лицом в матрас, цепляясь за покрывало, и осознала, что удовольствие не могло быть насыщеннее, разве только, если бы Обсидиан все еще трахал ее. Его член был внутри нее, крупнее, чем обычно, а их тела переплелись настолько тесно, что Алли полностью перенесла вес на его бедра.

— Моя Алли, — прохрипел Обсидиан, опустив голову.

Более громкие стоны наполнили комнату, когда он слегка прикусил ее плечо своими клыками, затем лизнул это место и двинулся выше по ее горлу. Покусывания и горячее дыхание дразнили чувствительную кожу, в то время как Обсидиан продолжал поглаживать клитор. Алли напряглась, сопротивляясь желанию просить не останавливаться, ведь она была так близка. А потом это произошло. Алли откинула голову назад, ударившись в мужскую грудь, сильнее вцепилась руками в кровать и резко вдохнула. Крик, который вырвался из Алли, был громче, чем она ожидала, но ей было на это наплевать, потому что она все еще содрогалась в спазмах оргазма.

Пока Алли переживала эти моменты, по ее телу заскользили руки Обсидиана. Большая ладонь приласкала ее грудь, сжимая, а затем он укусил ее за плечо. Это не причиняло боли, но заставляло Алли оставаться на одном месте. Она не чувствовала страха, слишком наслаждаясь ощущениями своего медленно расслабляющегося тела.

Второй рукой Обсидиан, сидящий на полу, схватил Алли за талию, и полностью переместил ее на свои колени. У его члена, казалось, появилось собственное сердцебиение. Разжав зубы и выпустив плечо Алли, Обсидиан нежно поцеловал укушенное место.

— Алли?

Она заставила себя открыть глаза и повернула голову, чтобы посмотреть в лицо, нависшее над ней. Даже стоя на коленях и держа в объятьях Алли, он все еще оставался высоким мужчиной.

— Я вижу тебя. — Обсидиан интонационно подчеркнул эти слова.

Она поняла, что он имел в виду. Обсидиан занимался сексом с Аллисон Бейкер, — человеком, которого, очевидно, перестал считать врагом.

Она подняла руку и обхватила Обсидиана за шею, погладив. Алли прижалась щекой к его груди и закрыла глаза, наслаждаясь его объятьями.

— Спасибо.

Алли не стала вдумываться, почему так себя чувствовала, разрываясь между благодарностью, ведь Обсидиан позаботился о том, чтобы ей тоже понравился секс, и его желанием, чтобы она знала, что не была заменой его покойной пары.

Пока они сидели, их дыхание выровнялось. Обсидиан оставался твердым, но набухание спало настолько, что, по ощущениям, он уже мог извлечь член из ее лона. Однако он не спешил, просто обнимая Алли, и ей это нравилось. У нее не было желания двигаться.

Рука, которая все еще сжимала ее грудь, заскользила ниже по грудной клетке. Обсидиан наклонил голову, уткнувшись в женскую макушку. В доме было тихо, и Алли накрыло чувство умиротворения. Ей хотелось запомнить этот момент навсегда.

— Мун ждет снаружи, — заговорил первым Обсидиан.

В ней вспыхнул намек на чувство сожаления, когда она слегка кивнула, давая Обсидиану знать, что услышала его. Ему придется вернуться в медицинский центр. Она взяла его за руки и сжала. Алли попыталась собраться с силами, чтобы слезть с его коленей.

— Мне нужно идти.

— Я знаю. — Аллисон открыла глаза и уставилась на смятое покрывало, к которому было прижато ее тело. — Мне тоже есть чем заняться.

«Искать работу и заканчивать собирать последние вещи, пока я жду, когда кто-нибудь придет и скажет мне, сяду ли я в тюрьму или меня просто выпроводят из Хоумленда».

Это было прощание, и Алли знала это. Как же больно. Обсидиан стал огромной частью ее жизни за те месяцы, которые она беспокоилась о нем и заботилась. Но хуже всего то, что они занимались несколько раз сексом. Алли влюбилась в Обсидиана, хотя это было глупо и неправильно. Он был не в лучшем состоянии, чтобы начинать отношения, а Алли, была из тех людей, которые знали это. Бедра Обсидиана напряглись, когда он привстал. Она отпустила его, схватилась за край кровати и медленно поднялась.

Алли не нравилось ощущение разделения их тел. Она была заполнена им, связана, а когда Обсидиан полностью вытащил свой член, то ее поразило чувство потери. Движения Алли были неуклюжими, когда она встала и начала искать взглядом что-нибудь, во что можно завернуться и скрыть порванную одежду, которая слишком много показывала. Она протянула руку к и так уже грязной кровати и сильно дернула.

— Я должна принять душ и переодеться. — Алли отказывалась смотреть на Обсидиана, но краем глаза могла видеть, где он стоял, натягивая свои штаны.