Глава 15

Алли, забавляясь, смотрела, как Обсидиан завтракает. Он понюхал сосиску, потом высунул язык, чтобы лизнуть ее, затем осторожно откусил. Смакуя кусочек, Обсидиан смотрел на Алли.

— Я же говорила, что это безопасно есть.

— Нам не принесли эту еду на подносе.

— Потому что ее приготовила я.

Обсидиан приподнял брови, разглядывая Алли.

— Как?

Она показала большим пальцем в сторону плиты.

— На плите. Она нагревает и готовит пищу.

Он медленно поднялся на ноги.

— Научи меня.

Алли отпила кофе, но не сдвинулась с места.

— Это не так просто.

Обсидиан откинулся на спинку стула, глядя на Алли так, будто она сейчас начнет вытаскивать кроликов из шляпы или что-то в этом роде. Она улыбнулась, встречая его взгляд.

— Это не волшебство и не магия. Просто основные жизненные навыки. Я буду готовить обед через пару часов, и ты посмотришь, как это делается. И я так же научилась. Моя мама обучила меня.

Алли рассматривала красивые черты лица Обсидиана. Он выглядел хорошо отдохнувшим. Его волосы были еще влажными. Она поправила свои влажные пряди. Проснувшись, они занялись любовью, и Алли первой приняла душ, чтобы приготовить омлет, сосиски и тосты.

— Ну и как это?

— Учиться готовить? Довольно скучно, вообще-то. Я не очень хотела, но мама настояла, чтобы у меня были эти навыки. И я рада, что сейчас могу готовить.

— Каково это — расти с матерью?

Алли больше не хотелось шутить, она сразу вспомнила в какой ужасной обстановке Обсидиан воспитывался в компании «Мерсил».

— Мои родители — замечательные люди. Они оставались вместе до тех пор, пока я не стала подростком, а потом развелись.

— Что это значит?

— Они решили, что с годами отдалились друг от друга и перестали жить вместе. Потом оба встретили замечательных людей и вступили с ними в брак. У меня прекрасные отношения с отчимом и с мачехой.

Выражение ужаса исказило лицо Обсидиана.

— Они перестали жить вместе, и нашли себе другую пару?

— Да.

У него вырвалось низкое рычание.

— Это неправильно. Пара — это навсегда.

Алли глубоко вздохнула.

— Люди часто разводятся. Пятьдесят лет назад, наверно, не так много, но это современность. Люди отдаляются друг от друга и уходят к тем, кто наполняет их жизнь смыслом.

— Ты меня не бросишь. Ты счастлива.

Алли была ошеломлена.

— Я убью любого самца, который попытается увести тебя.

Она решила не обращать на эти слова внимания, зная, что Обсидиан не такой, как другие мужчины. Если бы кто-то другой сказал ей такое, в ее голове уже звучали бы тревожные колокольчики.

— Я не твоя пара, — мягко напомнила она ему.

Темные глаза сузились, и еще одно грубое рычание сорвалось с его слегка приоткрытых губ.

— Ты моя.

Она сменила тему.

— Чем ты хочешь заняться сегодня? — Алли огляделась. — Тебе еще многому предстоит научиться. Я знаю, что ты умеешь пользоваться пультом от телевизора, но я могу научить тебя пользоваться другими вещами в моем доме.

— Зачем?

— Когда-нибудь тебя переведут в мужское общежитие. Кто-нибудь там научит тебя основам, но мы можем ускорить дело. Ты должен научиться пользоваться пылесосом, шваброй и уметь стирать. В противном случае у тебя будет грязный дом без чистой одежды.

— Для тебя это важно?

— Чтобы ты не жил в свинарнике? Конечно. — Алли поставила свою чашку с кофе. — Думаю, ты хочешь быть самостоятельным, чтобы не зависеть от других.

— Я знаю этот термин. У меня есть ты.

— Я не собираюсь быть твоей горничной. — Алли засмеялась, когда встала со стула и прошла в гостиную. Хотя, юмор быстро сошел на нет, когда она вспомнила, что ее не будет рядом, чтобы сделать это для него, даже если бы она и захотела. — Тебе нужно научиться заботиться о себе.

— Что такое горничная? — Обсидиан последовал за ней с кошачьей грацией. Его обнаженная грудь была впечатляющей, и он носил единственную одежду, которая у него была — вчерашние тренировочные штаны.

— Это кто-то, кому ты платишь за работу по дому. Они убирают, иногда готовят еду и стирают одежду, если эту услугу они предоставляют. У меня была горничная до того, как я переехала сюда. Я так много работала, что это было единственным способом что-то сделать по дому. Она даже выполняла мои поручения.

— Какие?

Обсидиан шел за Алли, пока она не оказалась загнанной в угол.

— Поручения? Она покупала еду и относила кое-какие вещи туда, куда мне нужно. Не думаю, что тебе стоит беспокоиться о химчистке здесь, в Хоумленде. Я уже почти забыла, каково это — иметь аккуратно выглаженную одежду.

Обсидиан посмотрел на Алли и принюхался.

— Что ты делаешь?

— Ты опять пахнешь едой.

— Ты тоже. Ты использовал мой шампунь и кондиционер. А они с ароматом ванили и кокоса.

— Я голоден.

— Ты только что съел все мои яйца, сосиски и шесть тостов. Мне нужно заказать еще продуктов. Я могу сделать тебе сэндвич или даже пять. У тебя хороший аппетит.

Обсидиан удивил Алли, когда упал на колени и схватил ее за талию, прикрытую ночной рубашкой.

— По тебе.

Сердце Алли забилось как сумасшедшее, когда он уткнулся носом в ее живот. Крепкие руки скользнули вниз, чтобы ухватиться за подол ночной рубашки и приподнять ее. Обсидиан издал недовольный звук, когда обнаружил розовые трусики.

— Мне это не нравится. Они мне мешают. — Он поднял глаза. — Перестань надевать ненужную одежду.

— Люди их носят.

— Ты не будешь.

Одной рукой Обсидиан придержал подол рубашки, в то время как пальцами другой руки подцепил край трусиков и грубо дернул. Материал порвался.

— Они были очень дорогие.

Обсидиан не выглядел впечатленным, когда отбросил их. Алли наблюдала, как они приземлились на кофейный столик.

— Они плохо сшиты.

— Шелку не устоять перед таким сильным человеком, как ты.

Обсидиан схватил Алли за бедро и приподнял его, чуть не свалив с ног. Она расставила руки по стенам угла, чтобы не упасть. Обсидиан перекинул ее колено через плечо и, наклонив голову, прикоснулся губами к пупку и стал спускаться с поцелуями вниз по животу.

Язык оказался теплым и слегка шершавым, когда он лизал ее кожу. Дыхание Алли стало неровным, и она закрыла глаза. Обсидиан возбудил ее. Соски напряглись, а дыхание участилось от осознания, куда он направился, когда его подбородок потерся о ее лобок.

— Давай пойдем в спальню.

Обсидиан приостановился.

— Здесь. Сейчас.

Алли посмотрела на него и увидела, как он опускается на колени. Он поднял ее бедро, пока она не уперлась пяткой ему в плечо. Ее нога согнулась, чтобы дать более свободный доступ к ее раскрытому лону. Когда Обсидиан прильнул ртом к клитору, Алли не смогла сдержать стон.

Хорошо, что ее спина упиралась в угол, так как нога, поддерживающая ее вес, чуть не соскользнула, когда Обсидиан зарычал, вибрации его языка творили дьявольскую магию с ее телом. Он не шутил, что голоден, если то, как агрессивно он манипулировал комочком нервов, было признаком этого. Алли оторвала руки от стены и запустила пальцы в шелковистые волосы на затылке Обсидиана, удерживая на месте.

Он погрузил в нее палец, добавляя удовольствие. Обсидиан действовал не медленно, а быстро и глубоко, вызвав новое, чудесное ощущение. Дыхание Алли участилось, когда он вытащил палец и вставил уже два. Чувство растянутости и небольшой грубости заставило ее выкрикнуть имя Обсидиана. Похоже, это побудило его двигать пальцами еще быстрее, а ртом, при помощи языка, неистово посасывать клитор.

Алли едва держалась в вертикальном положении, потому что все, что ей хотелось сделать, — это опуститься на пол. Нарастающие стоны и судорожные вздохи заполнили пространство, когда Обсидиан нашел заветное местечко, сводившее Алли с ума. Она кончит быстро и жестко, как только перешагнет через край.

— Притормози, — стала умолять Алли.

Обсидиан проигнорировал ее просьбу. Алли убрала руки от его волос и обхватила свою грудь, только чтобы утолить болезненное чувство. Ее пальцы вцепились в грудь через рубашку, сжимая затвердевшие кончики. Дополнительное ощущение было тем, что нужно, чтобы достигнуть кульминации.

— Черт, — выдохнула Алли.

Ее тело скрутили спазмы, пронзившие живот и ниже, интенсивное удовольствие устремилось прямо в мозг. Ее голова сильно ударилась о стену, когда она отбросила ее назад, но Алли не ощутила боли. Она была слишком сосредоточена на своем освобождении.

Обсидиан встал, сняв ее ногу со своего плеча. Алли чуть не упала, но одна рука обняла ее за талию, удерживая. Алли с трудом держала глаза открытыми, но лицо Обсидиана было прямо перед ней, его глаза смотрели в упор.

— Держись за меня, — резко потребовал он.

Ее тело вяло отреагировало. Руки Алли оказались зажаты между их телами, когда Обсидиан поднял ее на руки. У нее закружилась голова, когда он вдруг развернулся и понес. Он быстро прошел по коридору в ее комнату. Алли подпрыгнула, когда Обсидиан уронил ее на кровать, и растянулась на спине.

Он встал на колени, схватил Алли за икры и подтянул к краю кровати. Руки скользнули вниз к ее лодыжкам, подняли обе ноги, чтобы те уперлись в грудь мужчины, и отпустил одну из них. Алли посмотрела между своими бедрами и увидела, как Обсидиан спустил штаны вниз, освобождая твердый и толстый член, и длинные пальцы обхватили ствол, чтобы направить его в ее лоно.

Головка члена скользнула по влажной расщелине, затем Обсидиан медленно вошел в нее, что было удивительно после его напористых действий ранее. Алли застонала, цепляясь за матрас, пока он, казалось, изо всех сил пытался полностью укорениться в ее теле. Вагинальные мышцы все еще дрожали от мощного оргазма.

Обсидиан выпустил член и прижал ноги Алли к груди, удерживая на месте. Звериный рык вырвался из Обсидиана, привлекая внимание женщины к его лицу. Он смотрел на Алли своими темными глазами, и чуть ли не страдальческое выражение придавало ему свирепый вид.

Обсидиан метался между здравым смыслом и инстинктом. Физические различия между ним и Алли никогда не были для него столь очевидны. Он хотел вбиваться в нее, пока его яйца не взорвутся, и наполнить ее своим семенем. Она была такая маленькая, целиком в его власти, но не выказывала страха.