Себастиан уставился на нее.

— А как же с презумпцией невиновности? Ведь еще ничего не доказано. И где твое женское сострадание?

— Приберегу его для несчастной жертвы. — Мэгги яростно сражалась с крышкой чемодана. — И если ты приехал, чтобы обелить его в глазах общества…

— Я никого не собираюсь обелять, — тихо сказал Себастиан. — Джей согласился, как говорится, «оказать помощь полиции, ответив на все вопросы». Я здесь для того, чтобы оградить его от нападок желтой прессы, что хуже любой полиции. Вот и все.

— Ну и занятие у тебя, — едко заметила Мэгги. — Быть нянькой при сексуально распущенном типе с мозгами новорожденного!

— Ради Бога, Мэгс, перестань! — потрясенно воскликнул Себастиан. — Никогда не подозревал в тебе столько нетерпимости, столько яду. Ведь ты даже не знакома с этим парнем. Ты хоть раз видела его сериалы?

— И не собираюсь! — отрезала Мэгги. — И я не разделяю философского учения, согласно которому все мировые проблемы может решить секретный агент с пистолетом в одной руке и женщиной в другой. — Мэгги злобно хохотнула. — Похоже, он стал слишком полагаться на собственную славу, возомнил себя божеством, решил, что для него закон не писан. Или он думает, что если девочки из сериалов вешаются ему на шею, то реальные женщины должны вести себя так же?

— Этот аспект ситуации мы с ним не обсуждали, — сухо ответил Себастиан и с тревогой посмотрел на нее. — Мэгс, по-моему, ты несправедлива к нему. Предъявившая иск девушка — хостесса из ночного клуба, а вовсе не беззащитная школьница.

— О, понимаю. — Мэгги рывком затянула ремни чемодана. — А разве ее род занятий лишает ее права распоряжаться собственным телом или любой богач или знаменитость вольны делать с ней все, что заблагорассудится?

— Нет, конечно же, нет. — Себастиан удивленно посмотрел на нее. — Но не кажется ли тебе странным, что со своей жалобой она обратилась не в полицию, а в газету?

— Мы живем среди людей, — с горечью ответила Мэгги. — Она наверняка понимала, что ее обвинению против Джея Делани никто не поверит.

Себастиан тяжело вздохнул.

— Джинджер, с тобой невозможно разговаривать, когда ты так настроена. Если бы ты только видела Джея и выслушала его…

— Я меньше всего на свете хочу его видеть. Такие, как Джей Делани, мне отвратительны. И я рада, что он наконец столкнулся хотя бы с одной девушкой, не посчитавшей его подарком судьбы и публично отвергшей его. Надеюсь, на суде она так и скажет.

— Ну конечно, — неожиданно обрушился на нее Себастиан. — Ты же предпочитаешь маменькиных сынков, ведь правда, Маргарет? Таких, как твой слюнтяй, которому надо сбежать на край света, чтобы не страшно было лечь с тобой в постель.

— Себ! — воскликнула Мэгги с неподдельным страданием в голосе.

Он густо покраснел и, приблизившись, неуклюже похлопал ее по спине.

— О Господи, Мэгги, я не хотел. Прости. Не будем из-за этого ссориться. Мне не следовало приходить…

— Нет, следовало, — поспешно перебила она. — Я бы никогда тебе не простила, если бы узнала, что ты был в Лондоне и не зашел. Только давай условимся, что насчет Джея Делани наши мнения расходятся. — Она помолчала. — Жаль только, что я уезжаю. Мы бы пообедали вместе.

— А сколько ты пробудешь на Маврикии? — спросил Себастиан, словно прикидывая что-то в уме.

— Три сказочно прекрасных недели, — вздохнула она. — О, поскорей бы.

— Тебе недолго осталось ждать. — Себастиан с усилием улыбнулся. — Надеюсь, у тебя все будет хорошо, Джинджер. — Он легко коснулся губами ее волос. — Ну, я пошел. Не стану тебе мешать. Будь осторожна.

— Я всегда осторожна, — бросила она ему вдогонку.

Через минуту хлопнула дверь, и, прихватив свежее белье и бледно-голубое платье с жакетом, которые она собиралась надеть в дорогу, Мэгги направилась в ванную.

Лежа в теплой воде, она почувствовала, что разговор всерьез ее растревожил. Она восхищалась Себом с первого дня, когда Лу их познакомила, и трудно было представить, что между ними может возникнуть размолвка.

А все этот чертов Джей Делани, злобно подумала она. И почему он не обратился в другую адвокатскую контору, пусть бы другие представляли его интересы. И как случилось, что он стал клиентом Себа? Такие мерзавцы не стоят его добрых чувств.

Эта история впервые появилась в одной из воскресных бульварных газетенок. Джей Делани давал прием по случаю окончания съемок своего суперпопулярного телесериала о МакГайре. Прием начался в ночном клубе и продолжился в отеле, где Делани снимал люкс. Его жертва, Дебби Бэрроуз, работала в ночном клубе; она и еще несколько девушек были приглашены на прием.

Дебби, по ее собственному признанию, выпила слишком много и ушла в одну из комнат спать. Когда она проснулась, было раннее утро и все уже разошлись. Она оказалась наедине с Джеем Делани, который без обиняков потребовал переспать с ним, а когда она отказала, он ее изнасиловал.

«Я умоляла его перестать, но он не слушал. Он вел себя как животное, — рассказывала она газете. — Сказал, что может взять любую девушку, какую только захочет. Сказал, что это для меня большая честь.

А ведь я была его поклонницей. Я боготворила его и чуть не умерла от счастья, когда он пригласил меня на прием. Но он обманщик, он лицемер. Я чувствую себя как грязная, использованная вещь…»

С первой страницы смотрело хорошенькое личико, все в синяках, и Мэгги не могла его забыть.

Но, ради всего святого, неужели…

Хватит. Она глубоко вздохнула. Ни секунды больше не буду думать о Джее Делани, приказала она себе. Он этого не стоит, как и всякий бабник.

Думать стоило о мужчинах, подобных Робину. Добрых, нежных и порядочных.

Мэгги вышла из ванной, одетая в дорогу. Сварила себе кофе. Сидя перед пустой чашкой, она смотрела на гущу и раздумывала, не выпить ли еще. Решив, что, пожалуй, не стоит, бросила нетерпеливый взгляд на часы и вздохнула.

Где же Робин? Что могло с ним случиться? Вот уже полчаса, как он должен был заехать за ней, а ведь он всегда был пунктуален до неприличия. Мэгги вскочила и принялась бегать по комнате. Ее беспокойство все возрастало. Если дорога в аэропорт, как обычно, забита машинами, они могут опоздать. О том, чтобы наверстать упущенное время, нечего было и мечтать: за рулем Робин был осторожен и никогда не рисковал.

Что ж, начало долгожданного отпуска оставляло желать лучшего. Мэгги попыталась позвонить Робину, но трубку никто не снимал: значит, он по крайней мере выехал.

А вдруг у него сломалась машина, с недобрым предчувствием подумала она, или случилось что-нибудь ужасное?

Мэгги взяла себя в руки. «Об этом я даже думать не буду, — решила она. — Он просто задерживается, вот и все. С минуты на минуту он будет здесь, а я пока в последний раз проверю, не забыла ли я чего-нибудь».

Не успела она заново перетряхнуть сумочку, как в дверь позвонили.

Слава Богу, наконец-то.

Мэгги побежала открывать.

— Я уже начала волноваться, — улыбнулась было она, но тотчас осеклась и нахмурилась. Первое, что бросилось ей в глаза, это строгий темный костюм. Она ожидала увидеть его в джинсах, более подходящих для путешествия. И еще она заметила, что он взволнован и бледен.

Сердце Мэгги упало. Неужели ее опасения подтвердились…

— Заходи. — Она схватила его за руку и втащила в комнату. — Что с тобой? Что случилось?

Не поднимая на нее глаз, он сел на диван.

— Мэгги, я не могу ехать на Маврикий. Мне пришлось сдать билет.

— Не можешь ехать? — Мэгги не верила своим ушам. — Что ты хочешь этим сказать? О чем ты? Ведь мы так долго мечтали об этом и…

— Я знаю, знаю, — перебил он, — и я в отчаянии, что приходится так тебя разочаровывать, но, видишь ли, это… из-за мамы.

Мэгги непонимающе уставилась на него. Она словно онемела. Этого не может быть, она что-то не так расслышала. В Британии конца двадцатого века такого не бывает. Наверное, какая-то злая шутка. Только смеяться ей почему-то не хотелось.

Она провела по губам кончиком языка.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: