Зикр торопливо схватил свой огромный боевой топор, Артол, одним движением запихнув меня к себе за спину, сотворил огромный меч со светящимся лезвием. Звезда, который с самого начала пути хранил задумчивое молчание или просто дремал, набираясь сил, тут же выдал:

- Давай, Сёмочка, покажем тут всем, как мирных путников пугать!

Кончики пальцев у меня тут же защипало, взглянув на свои руки, я увидел, что пальцы охвачены зеленоватым неярким пламенем. Я неосознанно сделал движение, словно хотел стряхнуть это пламя, и туда, откуда доносился крик, улетело несколько довольно больших светящихся шаров. Крик захлебнулся. Мы переглянулись, а из темноты раздался низкий басовитый обиженный голос:

- Чего ж сразу пламенем-то кидаться? Больно же!

- А чего вы орёте, как оглашенные? – возмущённо отозвался Зикр. – Мы тут на отдых остановились, парнишка у нас устал, без сил свалился, а такие вопли кого хочешь напугают.

- Это не вопли, – обиженно отозвался голос. – Это брачное пение. Это мы от радости.

- А какое отношение мы к вашему брачному пению имеем? – резонно удивился Артол. – Нас-то зачем пугать?

- Да не хотели мы вас пугать, – досадливо отозвался другой голос, не менее густой и басовитый. – Можно, мы поближе подойдём и всё объясним? Мы вас не будем обижать, честное-благородное нерушимое слово.

Артол с Зикром переглянулись, потом вопросительно посмотрели на меня. Странно, но в этих непонятных голосах обитателей подземелья я никакой угрозы не чувствовал. Поэтому я тихо прошептал:

- Сами решайте.

Артол и Зикр переглянулись ещё раз, и Артол крикнул:

- Хорошо, подходите ближе.

- А огнём кидаться не будете? – опасливо уточнил третий голос.

- Если хорошо себя вести будете – не будем, – активизировался Восьмая Звезда.

- Мы хорошо будем себя вести, очень хорошо, – хором заверили голоса и почти сразу же из темноты скального коридора выступило такое… такое, что у меня всю сонливость сняло, как рукой. Трёхголовое существо с длинным чешуйчатым туловищем, которое опиралось на когтистые лапы, более всего напоминавшее лапы хищной птицы, с длинным, усеянным шипами змеиным хвостом и… вполне женской грудью шестого размера. Сами же головы существа тоже были способны вогнать в ступор кого угодно. Это были три довольно симпатичные женские головки с растрёпанными волосами и кожей оливкового цвета. Центральная головка была брюнеткой, две крайние – блондинками. Лично я остолбенел от такой ненаглядной красы, да и Артол с Зикром выглядели так, словно им только что прилетело сковородкой по затылку.

- Ты… вы кто? – вырвалось у меня. – И что вы здесь делаете?

Существо вздохнуло, приблизилось к нам вплотную, кокетливо стрельнуло глазками так, что мне тут же захотелось оказаться на верхушке ближайшей скалы и томно произнесло:

- Марфа Васильевна я…

- Ктоооо???? – вконец обалдел я, припомнив знаменитую сцену из не менее знаменитой советской кинокомедии.*

- Ну, так меня назвал мой создатель, – вздохнуло дивное творение. – Он сказал, что мужчинам это должно нравиться. Вот вам нравится?

Мы с Артолом прокашлялись и заверили, что не слышали имени чудеснее. А вот Зикр… Зикр помедлил, разглядывая красотку вполне себе заинтересованным взором. Ой, мама… Неужели ему ЭТО реально приглянулось?

- А кто же ваш создатель, красавица? – наконец отмер Зикр.

Существо, то есть Марфа Васильевна, кокетливо опустило глазки и вздохнуло:

- Мой создатель заточён здесь… Я довольно долго пыталась пробиться к нему, но не преуспела. Неодолимая преграда отталкивает меня… Но я не оставляю надежды освободить его.

- Твоего создателя зовут Толар? – удивился Артол.

- Толар? – задумалась красавица и покачала головой. – Ах, нет… Толар – это тот, другой… Моего создателя зовут Горгол. Он томится здесь уже целую вечность, страдая из-за любви, а я ничем не могу помочь ему.

- Горгол? – рыкнул Зикр. – Так ты порождение Тьмы? Жаль, но нам придётся убить тебя…

- Зачем? – вполне резонно поинтересовалась Марфа Васильевна. – Я же не делаю вам ничего дурного. Я вообще здесь никого не трогаю, мне пища не нужна… Мне просто жаль моего создателя… К тому же я связана с ним нерушимыми узами и просто не в силах покинуть это место…

И правда, чего это Зикр развоевался? Несмотря на своё сомнительное происхождение и жутковатый внешний вид, дамочка выглядит на диво адекватной.

- Не обижай её, Зикр, – вмешался Артол, – она же не виновата, что её создатель нам противен и ненавистен.

- Горгол хороший… – протянула Марфа Васильевна, – он умел проходить сквозь пространство и время, любил шутить и веселиться. А сейчас он заточён, и никто не может ему помочь. Правда, один из тех, по чьей вине Горгол оказался в безвременье, сам жестоко за это поплатился, не правда ли, разделённый Бог?

- Так ты знаешь, кто я? – криво улыбнулся Артол.

- Знаю, – кивнула Марфа Васильевна, – как и то, что этот юноша – Предназначенный Лотара, который приобрёл почти Божественную силу. Но я не враг вам. Поверь, разделённый – твои самые страшные враги – твоей крови. Ты совершил ошибку, помогая брату заточить моего создателя в безвременье. Всё было не так…

- Но я… – растерянно произнёс Артол, – я почти ничего не помню об этом.

- Правильно, – кивнула Марфа Васильевна, – ты разделен, и большая часть этих воспоминаний досталась другой половине.

- А ты знаешь, в чём дело? – спросил Артол.

- Знаю, – отозвалась Марфа Васильевна, – но рассказать тебе ничего не могу, я связана нерушимой клятвой. Ты сам должен найти истину. Только тогда ты сможешь соединиться.

- А… а откуда ваш создатель взял именно это имя? – не выдержал я. – Дело в том, что в моём бывшем мире оно известно.

Марфа Васильевна покивала:

- Это я могу сказать, тут я клятвы не давала. Горгол мог проходить не только сквозь пространство, но и сквозь время, перемещаться по самым разным диковинным мирам. Из некоторых он приносил забавные диковинки, которые ему нравились… Эти живые картинки, кажется, назывались «кино»… Он, наверное, принёс их из твоего мира.

Вот оно что… а я уж думал, что спятил. Однако, Горгол действительно был приколист ещё тот. Что ж он такого натворил, что Аллир с Лотаром так дружно на него ополчились? Неужели только из-за того, что он стал подбивать клинья к Тальяне? Но что дурного в том, что девушка вышла бы замуж? Глядишь и не спятила бы, и до человеческих жертвоприношений не докатилась… да, не дают мне покоя эти жертвоприношения… Что-то с этим не так… Только вот, что?

Между тем, Марфа Васильевна, жалобно вздохнув, продолжила:

- Но сейчас дело не в этом… Мне нужна помощь одного из вас.

- Но чем мы можем помочь? – удивился Артол.

Марфа Васильевна зарделась, как маков цвет и заявила:

- Неисчислимо долгое время я нахожусь здесь, в этих подземельях. Моя связь с моим создателем настолько крепка, что я не могу покинуть их… Но здесь никого нет, кроме уродливых тёмных теней и кошмарных миражей… Множество раз я пела брачную песнь, и не было на неё ни единого отклика… И тут появились вы… Я не посягаю на тебя, разделённый Бог, и на твоего Предназначенного, но третий ваш спутник свободен… Не согласится ли он помочь мне, ибо одиночество грозит мне безумием.

Тут я завис. Неужели эта дамочка хочет… хочет использовать Зикра с вполне определённой целью? Да лично я бы предпочёл немедленную смерть… Однако, Зикр, похоже, думал по-другому.

- А надолго ли я понадоблюсь тебе, прекрасная дама? – поинтересовался он.

- Ну, – покраснела ещё больше Марфа Васильевна, – через несколько часов вы сможете продолжить свой путь, а я буду тебе вечно признательна за твою доброту.

- Хорошо, – сказал Зикр, – я согласен, ибо мои спутники всё равно нуждаются в отдыхе.

- Позволь пригласить тебя в моё скромное обиталище? – ласковым баском пропела Марфа Васильевна.

- Позволяю, – важно кивнул Зикр.

Марфа Васильевна протянула ему когтистую переднюю лапу, заверила нас, что через несколько часов возвратит нам нашего спутника целым и невредимым, и растворилась во мраке. Мы с Артолом медленно переглянулись. Нет, слыхал я, что бывают у людей экзотические сексуальные пристрастия, но это, по-моему, уже перебор…