- Не пытайся разозлить меня, Предназначенный, – отрешённо произнёс Толар, упорно глядя в сторону.

- А смысл тебя злить? У тебя же ничего не осталось – ни красоты, ни ума, ни воли, ни характера! Ты способен только вздыхать и думать о собственных несчастьях, у тебя же была целая вечность, чтобы растравлять собственные раны и жалеть себя! А о тех, кто до сих пор сохранил о тебе память, о тех, кто верит в тебя – зачем о них думать? Жалкие смертные, грязь под ногами, пусть они все подыхают!

На мгновение на лице Толара промелькнул слабый отблеск гнева, но его тут же сменило прежнее выражение стылого равнодушия:

- Я всегда старался помогать смертным. Но теперь…

- Теперь? Теперь Аллир жестоко наказал жителей Юплы, продолжающих в тебя верить, превратив их в обросших шерстью полуживотных! Их материк превратился в ледяную пустыню, но они продолжают верить в Лотара и не отрекаются! Теперь Аллир превратил твоих верных Псов Истины в жалких шавок, выполняющих его преступные приказы, но даже они сохранили память о Лотаре! Тебя помнят Тэмми, хотя их и преследуют за эту веру! А Призраки? Они не уходят с Дороги, потому что у них тоже есть незаконченное дело! И они сохранили для меня Восьмую Звезду Лотара! Ты должен им! Им всем! И мне лично ты тоже должен!

- Тебе-то за что? – усмехнулся Толар.

- А ты думаешь, очень приятно вдруг ни с того ни с сего оказаться в другом мире, половина которого вдруг начинает охотиться за тобой, включая чокнутых Богов и Богинь? Меня чуть не пленил Аллир, едва не принесли в жертву сумасшедшие дикие последователи Тальяны, а уж в рудниках Хориба со мной приключилось такое, о чём я и хотел бы забыть, да всё никак не получается! И меня поддерживало только то, что Лотар воссоединится и Нирея изменится к лучшему! А ты! Ты… ты… Забился в нору, сидишь и ждёшь смерти, как последний трус и слабак! Ты даже не половинка Бога – ты его глупая, трусливая, жалкая тень! Ну и подыхай тут, придурок! Пошли, Артол! Попробуем сами что-нибудь придумать, без этого слюнтяя! Он только на то и способен, чтобы сдохнуть среди этой заплесневелой рухляди!

- Ах, ты! – не выдержал Толар, подскочил ко мне и замахнулся с явным намерением засветить пощёчину, но тут же был остановлен Артолом.

- Не тронь, – холодно сказал Артол, – Предназначенный сказал сущую правду. Не один ты страдал все эти долгие века. Горголу досталось не меньше твоего, а он не поддался разрушительной жалости к себе. Мне жаль, но ты и вправду слабак. Мне стыдно за тебя.

А потом он добавил:

- Пошли, Сёма. Не получится победить – так хоть сдохнем красиво, с фейерверком, а не забиваясь в эту затхлую нору, как крыса в щель. Горгол, ты с нами?

- Да, – тихо ответил змееногий. – Прости, Толар, но я хочу ощутить себя свободным… хотя бы напоследок. Прости.

И тут лицо Толара неуловимо изменилось. Он по-прежнему выглядел бледным, измученным и ослабевшим, но в его глазах засветилась железная воля и желание жить.

- Вы правы, – твёрдо сказал он. – У меня действительно слишком много долгов, чтобы уходить из жизни, продолжая жалеть себя. Лотар должен воссоединиться и исправить всё, что ещё поддаётся исправлению. Прости меня, Предназначенный. Ты сумел пробудить во мне то, что я, казалось, утратил навсегда – волю к жизни. Идёмте. Нам нужно выбираться отсюда, ибо в этом месте воссоединение невозможно – оно высасывает силу, как губка воду.

Ты хорошо помнишь обратную дорогу, Артол?

- Конечно, помню, – заулыбался рыжий.

- А… а полететь ты не можешь? – вырвалось у меня. Ну да, самое время проявлять любопытство.

- Нет, – вздохнул Толар, – думаю, Аллир оставил мне крылья только для того, чтобы я мучился ещё больше. Иметь крылья и не иметь возможности полететь для того, кто когда-то летал между звёздами – адская пытка. Но я думаю, что когда Предначертанное свершится, я смогу показать Аллиру, насколько он был неправ, – и в голосе Толара прозвучали мстительные нотки.

Вот и хорошо. Так-то лучше. Но…

- У нас есть ещё одна проблема, – озвучил я. – У выхода Зикр сражается с Тальяной и Аллиром, и они очень злы.

- Как? И Паромщик здесь? – удивился Толар, а затем Артол и Толар синхронно переглянулись и ответили мне:

- Ничего. Разберёмся.

После этих жизнеутверждающих слов мы и двинулись в обратный путь.

====== Глава 51. Правой стороной часто называют ту, которая победила. Иногда это совпадает с реальностью ======

Уже вчетвером мы двинулись в обратный путь. И мне показалось, что обратно мы шли куда быстрее, чем туда. А мир безвременья дряхлел на глазах. Огромные кучи убогой ветоши медленно превращались в пыль, оплывая, словно пластилин под жарким солнцем. Обломки и остатки неизвестно чего рассыпались хрустким песком, который противно потрескивал под нашими ногами – словно по пепелищу идёшь.

- Что происходит? – озираясь, удивился я. – Почему всё разрушается?

- Проход, – пояснил активизировавшийся Звезда. – Пока безвременье было закупорено со всех сторон, там не происходило ничего, поэтому все процессы старения шли очень замедленно. Но сейчас проход открыт, процессы ускорились, весь этот мусор скоро перестанет существовать. Но безвременье не бывает пустым. После того, как проход закроется, начнёт возникать новая свалка.

- Но как же всё это попадает в безвременье, если проход закрыт? – удивился я.

- А хрен его знает. Магия, – дал исчерпывающий, а главное – универсальный ответ Звезда.

Я вопросительно глянул на Артола с Толаром, но они лишь плечами пожали. Да уж. И кто бы мне объяснил этот вопрос? Видать, не судьба.

Неожиданно за одной из гигантских, продолжавших оседать куч стал заметен кривоватый прямоугольник, наполненный чёрной бархатной тьмой. М-да, а я и забыл, что отсюда не видно, что снаружи творится. Мы ж, как слепые котята, из прохода вывалимся, не дай Сучность, в гостеприимные ручонки Аллира и Тальяны. Что в этом случае с нами будет – я и гадать боюсь.

Похоже, эта проблема тревожила не только меня, поскольку Артол озабоченно произнёс:

- Если снаружи бой – нам лучше быть готовым к этому.

- Всех остатков моей силы хватит на пару молний, – вздохнул Толар. – Да и то немощных.

- Силы тебе ещё для воссоединения понадобятся, – задумчиво сказал Артол, – лучше тебе идти последним.

- Нет, – тут же вмешался я. – Вам вместе нужно держаться. Я чувствую. А насчёт пополнения силы – забыл, как сам её пополнял… регулярно?

Артол почему-то покраснел и выдавил:

- Ты что, прямо здесь предлагаешь этим заняться?

- Ну да, – отозвался я, – а что такого? Для дела же.

И тут я, быстро подойдя к Толару, поцеловал его в губы. Вторая половинка разделённого Бога сначала растерялась, а потом с большим жаром стала мне отвечать. Целовался Толар не совсем так, как Артол, но мне тоже понравилось. И тут Толар на секунду оторвался от моих губ, прошептал:

- Сила! – и развернул крылья, окутав нас, словно плащом. Затем он, уже сам, принялся целовать меня, а снаружи раздался возмущённый вопль Артола:

- Вы что там делаете, а? Толар, не будь эгоистом!

В ответ на этот призыв, одно из крыльев слегка приподнялось, пропустив возмущенного рыжего, который тоже с большим энтузиазмом заявил свои права на мои губы. Скорее всего, парочка с удовольствием предъявила бы эти самые права и на остальные части моего бренного тела, но из-за перьевого занавеса донеслось деликатное покашливание:

- Мне кажется, что нам надо поторопиться… У меня такое впечатление, что проход меркнет.

Толар торопливо сложил крылья, мы втроём покраснели ещё сильнее, и я выдавил:

- Извините, Горгол.

- Ничего, – добродушно улыбнулся наг, – давно я не видел Толара таким живым и эмоциональным. Но нам и вправду пора.

Толар же шевельнул крыльями и прошептал:

- Я смогу взлететь!

- Пока не надо! – заметил Артол. – Давайте так. Сначала иду я, затем Толар, дальше Сайм – Звезда, приготовься действовать немедленно! – а Горгол будет замыкающим. У тебя меньше всего силы, Горгол, – пояснил Артол своё решение.