Рейджу все равно не нравилась затея.

Но такова природа войны. Она частенько ставит тебя в ненавистное положение.

Когда в кармане Рейджа почувствовалась слабая вибрация, он нахмурился и достал телефон. Увидев, кто звонил, он взял трубку.

— Мэри? Все хорошо?

Из трубки доносился шум, потому что связь была плохой, и ему пришлось выбежать из пещеры. Он выбрался на холодный, бодрящий воздух… и пока супруга говорила с ним, он отзывался односложными «ага» и даже кивал, хотя она не могла его видеть. Потом он закончил разговор и посмотрел на братьев, которые собрались вокруг него так, будто гадали, что же стряслось.

— Джентльмены, я должен помочь Мэри кое с чем. Словимся в центре?

Ви кивнул.

— Решай свои дела. Наберешь, когда будешь готов приступить, я расскажу, как обстоят дела и дам задание.

— Заметано, — сказал Рейдж, прежде чем закрыть глаза и сконцентрироваться.

К слову о том, что никогда не знаешь, куда занесет тебя жизнь.

Дематериализуясь, он не ожидал, что когда-нибудь направится в это место. Но он не подведет свою шеллан.

Ни сейчас, ни в этой жизни.

***

Тесновато для двенадцати персон, подумал Эссейл, когда его проводили в гостиную лимонно-желтого цвета, которой он успел насладиться прошлым вечером.

Когда тот же дворецкий объявил его имя, Эссейл ступил вперед, чтобы его кузенов смогли представить подобным образом другим девяти вампирам, собравшимся в гостиной. Или, точнее, восьми женщинам и одному мужчине.

Который не являлся супругом хозяйки особняка.

Другое существо с членом и яйцами было не дряхлым, чахлым или неизвестным ему. На самом деле, вот так сюрприз, это был Тро, красивый, лишенный почестей бывший аристократ, который раньше входил в Шайку Ублюдков, но сейчас, очевидно, вроде как вернулся в бархатное лоно Глимеры, полное предубеждений.

В идеально скроенном смокинге. Таком же дорогом, как и смокинг Эссейла.

Когда их представили, Нааша пересекла комнату, ее черное шелковое платье струилось по ее телу как вода темной ночью.

— Мой дорогой, — обратилась она к нему, протягивая руки. Бриллианты на ее пальцах сверкали с таким же очарованием и теплотой, как и их владелица. — Вы опоздали. Вы заставили нас ждать.

Когда она присела в реверансе, он поклонился.

— Как поживаешь? — Хотя, ему было плевать. — Неплохо выглядишь.

Ее брови вздрогнули от недо-комплимента.

— Ты тоже почти успел.

Эссейл нарочитым жестом погладил спинку дивана.

— Это мои кузены, Эрик и Эвэйл. Может, ты представишь их своим гостям.

Взгляд Нааши вспыхнул, когда он указательным пальцем скользнул в щель между подушками.

— О, да. Конечно. Это мои добрые друзья.

Женщины одна за другой подходили к ним, и все они были весьма предсказуемы, самодовольные и напомаженные, в платьях, сшитых по фигуре, в украшениях, купленных или переданных по наследству, чтобы красоваться на драгоценной плоти знатных дам. Две блондинки. Еще одна черноволосая. Три с каштановыми локонами. И одна с густыми белыми волосами.

Для него они все были вариациями на один и тот же облик, который наскучил ему столетия назад… и было вполне вероятно, что когда он жил в Старом Свете, то спал с кем-то из их предков или ближайших родственниц.

— А это… — Нааша махнула рукой в сторону дальнего угла. — … мой особый друг, Тро.

Улыбнувшись, Эссейл подошел к мужчине. Протянув ладонь, он тихо сказал:

— Сменил свиту. От ублюдков к знати. Продвижение так себе.

Глаза Тро были остры как кинжалы.

— Возвращаюсь к корням.

— Разве отступничество прощается? Настолько крупное, какое было у тебя.

— Во мне течет кровь моего рода.

— Зато с характером не повезло.

Тро подался вперед.

— Что я слышу от наркоторговца.

— Бизнесмена. А как называют тебе подобных? Жиголо? Или, может, достаточно термина «шлюха»?

— А ты здесь с какой целью? Определенно не ради светского общения?

— В отличие от тебя, мне не приходиться вставать за еду на задние лапки, я сам могу себе все купить.

Когда Нааша заговорила, ее голос наполнил гостиную.

— Прошествуем к нашей трапезе?

Нааша вцепилась в руку Эссейла, когда дворецкий отворил двойные двери, открывая взгляду стол, настолько роскошный, что ему впору стоять при дворе короля, человеческого или любого другого.

— Десерт будет внизу. В моей игровой комнате, — прошептала она ему.

В обычное время его бы не тронул настолько пошлый, я-плохая-девочка подкат, и он бы ответил соответствующим образом. Но сейчас у него были другие приоритеты.

Тро дезертировал из Шайки Ублюдков? Он проник в Глимеру через доступное отверстие — или даже три — намереваясь плести заговоры против короны?

Эссейл выяснит это.

— С нетерпением буду ждать, что нам накроют, — пробормотал он, погладив ее по руке.

Даже если под десертом подразумевался он и его кузены.

В конце концов, оргазмы были такой же валютой… и он был уверен, что Нааша и ее «добрые друзья» не гнушались подобной торговлей.

— Спасибо, что пришел. Я, эм, надеялась поговорить о…

Проговаривая речь себе под нос, Джо Эрли размешивала пакетик сахара в своем капучино, разбивая красивое кремово-коричневое сердечко на пене.

Кофейня «Вас ждет кофе» была колдвелловской инди-версией «Старбакса», с высокими потолками и тонкими стенами, с мягкими креслами и диванами, кучей несочетающихся друг с другом столиков и баристами, которым разрешали носить собственные шмотки под черные фартуки. Кофейня располагалась в одном ряду от ее офиса, короткий путь после очередного затянувшегося рабочего дня у ее слишком-горячего, чересчур-рассеянного босса.

Сегодня Брайант был в темно-сером костюме. В ослепительно-белой рубашке и сине-серо-голубом галстуке он меньше всего походил на ботаника. Об этом же говорили его туфли от «Гуччи».

Сделав глоток из белой пузатой чашки-супницы, Джо снова попробовала отрепетировать речь.

— Спасибо, что согласился встретиться. Я знаю, это прозвучит странно, но…

— Джо?

Подскочив, она едва не облилась своим капучино. Возле ее столика стоял мужчина шести футов ростом, с взлохмаченными черными волосами, очками в черной оправе, в черных скинни-джинсах, рубашке в облипку и свободном пальто… подобный хипстерский наряд она ожидала увидеть на ком-то лет на десять моложе. Но образ прекрасно подходил Уильяму Эллиоту.

Встряхнувшись, она сказала:

— Эм. Мистер Эллиот, добрый вечер…

— Зови меня Билл. — Он оглянулся на барную стойку. — Подожди пару секунд, я закажу латте?

— Да. Конечно. Спасибо. В смысле, замечательно. Удачи.

Дерьмо.

— Простите.

Билл нахмурился и сел в кресло, снимая шарф цвета хаки и расстегивая темно-бордовое пальто.

— Что-то не так с моим домом?

— О, нет. — Она откинула волосы назад. — И я не хотела обманом заманить вас сюда.

Ну. На самом деле, так и было.

— Слушай, я счастлив в браке…

Джо вскинула руки.

— О, Боже, нет же… на самом деле, речь о вашей статье, которую вы написали почти год назад в декабре? О Хулио Мартинезе? Его арестовали в центре города во время уличной драки?

Брови Билла взлетели вверх.

— Член банды.

— Все правильно, тот, что был ранен и задержан в заброшенном ресторане.

Когда репортер замолчал, Джо хотелось дать себе пинка под зад. Ей стоило хорошенько подумать, прежде чем позволить втянуть себя в глупости Дуги… более того, ей вообще не следовало пускать никого в этот цирк.

— Знаете что? — сказала она. — Я лезу не в свое дело. Мне не следовало звать вас…

— Что именно ты хочешь знать о статье?

Когда она встретила прищуренный взгляд Билла, все в кафе испарилось; шипенье пара и варившегося кофе, болтовня, хлопавшая дверь, все стало приглушенным. И не потому, что их объединял общий романтичный момент.