Поиск
8. ПЕСНЯ О ДРУЖБЕ
Шел боец хребтом Кавказским
Через льды и тучи,
По снегам глухим и вязким,
По недобрым кручам.
Повисал он на веревке,
Бездны презирая,
Знал свирепые ночевки —
Хуже не бывает.
Чтоб не спать, шептал он сказку,
Карауля немца,
На снегу пускался в пляску,
Только чтоб согреться.
А на отдыхе коротком,
Чтобы уважали,
Пел абхазским он молодкам
Песни об Урале.
«Скоро ль мы врагов прогоним?»
Отвечал он: «Скоро!»
— «Как вы в горной обороне:
Вам по нраву горы?»
«Географья — как на блюдце, —
Отвечал он сжато, —
Но чудно места зовутся —
Помнить трудновато…»
Он грузинским — удивитесь! —
Научился песням,
Был дружок его — тбилисец,
Был его ровесник.
Так провел в горах он осень,
Вьюги уж клубили —
И с хребта он немца сбросил,
А дружка убили.
«Где работал он?» — «В Рустави…»
— «Это что такое?»
— «Там завод огромный ставим,
Дело боевое…»
«Мы, уральцы, дело любим,—
Он сказал степенно.—
Как войне башку отрубим,
Я вернусь — заменой.
То, что друг мой верный начал,
За него докончу…»
И пошел в боях маячить,
Драться днем и ночью.
Где он только не был с боем,
Где бивак не ставил…
Но вчера нашел его я
Техником в Рустави.
9. ПЕРЕД НОЧНОЙ АРАГВОЙ
Был час ночной и поздний,
Для меня
Желтел фонарь колхозный
На камнях.
Вода плясала
В свете фонаря,
Моим глазам немало
Говоря.
Как будто в пенах,
Вихрях водяных
Мелькали смены
Быстрых дней моих.
Топя их враз
В холодной быстрине,
Стальной рассказ
Река кидала мне.
От строк шумящих
Глаз отвесть не мог,
От тех летящих
Леденящих строк.
Их голос плыл
И в уши грохотал:
«Какой ты был,
Каким теперь ты стал…
Смотрел в меня,
В Арагву, ты тогда
При свете дня —
В те юности года.
Смотри ж сейчас,
Мы вместе и одни —
В полночный час
В седой поток взгляни…»
Торчали камни,
И по их плечам
Стекали славно
Струи, клокоча.
Я камнем не был,
Волнами тесним,
И, видит небо, —
Я не буду им.
Фонарь сиял,
Жестоко обнажив
Зеленый шквал
И всплески, как ножи.
Сверкали искры
В свете фонаря,
Как будто освещала их
Заря.
И каждая жила
В огне волны,
Как будто шла
Из самой глубины,
Пронзая ночь
И ночи непокой…
Я был, Арагва,
Искрою такой!
277–281. СТИХИ О ТБИЛИСИ
1. «Что там ни говори…»
Что там ни говори,
А есть места на свете,
Где смотришь как с горы,
А день особо светел.
Таков, Тбилиси, ты,
Тут не в соблазнах дело,
А в чувстве простоты,
Душевной до предела.
В словах, что будут жечь,
Испепелившись даже.
И в щедрой смене встреч,
Чей след на сердце ляжет.
И в верности такой,
Что всё ничто пред нею,
Когда уж не рукой,
А жизнью жертвуй всею.
2. «А сколько, Тбилиси, тебя воспевало…»
А сколько, Тбилиси, тебя воспевало,
Стакан осушая до дна.
Прибавь к этим сонмам великих и малых
Еще одного, старина!
Не буду с тобой совещаться о деле
И славить иль в честь твою пить —
Я просто люблю на проспект Руставели
Без всяких забот выходить.
Смешаться с толпою тбилисцев и с ними
Пойти по знакомым следам,
Где, может быть, встречу далекое имя
И вновь его сердцу отдам.
Увижу я там, в переулках гадая,
Пройти — не пройти мне по ним,
Грузинка сидит на окне молодая,
Беседуя с другом своим.
Взгляну и сойду переулком негладким,
По тихой Судебной потом.
Я вижу, что всё в этом мире в порядке,
В вечернем, тбилисском, большом.
А в комнате ночью ко мне на свиданье,
Все стулья заняв и кровать,
Сойдутся все прошлые воспоминанья
Тбилисскую ночь коротать.
Мы плакать не будем, смеяться не будем,
Мы просто поговорим
О том, что всегда вспоминается людям,
Когда не до отдыха им.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: