Вот и помолчала.

- Недавно устроилась, - просто ответила я, вынужденная поднять глаза на собеседника.

Оказалось, что он внимательно изучает меня. Непроизвольно поежилась под этим взглядом и чуть не наступила ему на ногу. Петерман вовремя поддержал и со смехом заявил:

- Осторожнее. Если судить по несчастному выражению лица вашего директора - нога у вас так же тяжела, как и характер.

Они сегодня сговорились все что ли? Какое ему вообще дело до моего характера и моей ноги?! Если можно было взбеситься еще сильнее, то это определенно произошло.

- Нормальные у меня ноги, - зло напыжилась я, - А вот нрав у меня и вправду непростой.

- Повезло Михалучу с вами, - снова улыбнулся Петерман.

- Это почему это? - удивилась я и добавила, - У меня же характер.

Петерман несколько мгновений смотрел куда-то поверх моей головы, а потом немного грустно произнес:

- Вот именно характер имеется. И собственное мнение. Это практически бесценное качество в наше время.

Он опять удивляет меня. Странный какой-то разговор у нас получается.

- Мнение, говорите? За него постоянно только по шапке получаю.

- Это вам просто плохие руководители попадались. А настоящий делец непременно бы оценил.

Я подозрительно прищурилась.

- Это вы на себя намекаете?

Петерман растянул губы в абсолютно озонной улыбке.

- Боже меня упаси! Боюсь я не в той весовой категории, что бы сметь на что-то намекать, - кивок в сторону Луганского.

Хотела возмутиться, но неожиданно для себя весело рассмеялась. Куда-то испарился весь негатив и ярость. Не заметила, как закончился танец, и мы направились к столикам. Только теперь я обратила внимание, каким оказывается ревнивым взглядом нас прожигал все это время Луганский. И поделом ему!

Теперь когда я поостыла вся ситуация с рыжеволосой особой виделась несколько в ином свете. То, что у Васька пол деревни, куда не плюнь, бывшая любовница - это факт. И Аня, как и любая другая очень не хочет пополнить их ряды. Вот и лезет из кожи вон. В этом я даже и не сомневаюсь. Вопрос в другом. Готова ли я настолько доверять Ваську, что бы смотреть вот на такие откровенные заигрывания со стороны его бывшей пассии? Нет, не готова. Да и бывшая ли она?

Обстановка за столом быстро стала если и не дружеской, то однозначно более веселой. Разговаривали в основном мы с Петерманом. Он оказался приятным собеседником. Глава района вскоре откланялся, сославшись на какие-то дела, и мы остались втроем.

- И не скучно вам в деревне? - поинтересовался немец, - Такая молодая девушка, и отважиться переехать в такую глушь.

- А что я в городе не видела? Пробки, магазины и духота, - с дельным видом отвечала я, - Нет. Вся моя жизнь здесь. Поля...коровы... Люблю всю эту суету.

Петерман посмотрел на меня так, словно впервые увидел и произнес:

- Вы удивительная девушка, Евгения.

Так приятны стали его слова, что я смущенно зарделась и отвела глаза, что бы тут же наткнуться на недовольный взгляд Васька. Он по-хозяйски положил руку на спинку стула, слегка наклонившись в мою сторону на грани приличия и почти лениво протянул:

- Да Женечка у меня такая. А ты Ян, что не супругой? Помниться она в прошлый раз с тобой приезжала. Не понравилось ей в нашем захолустье?

Наличие у Петермана жены меня нисколько не удивило. Больше раздосадовало поведение Луганского. Это ж надо быть таким ревнивцем. Мы же просто поддерживаем светскую беседу.

- Эльза сейчас в Париже на переговорах. Не смогла вырваться, - легко ответил Петерман.

Я не стал больше вслушиваться в их разговор и, пользуясь моментом, извинилась и, подхватив сумочку, отправилась искать туалет.

В дамской комнате все было подстать банкетному залу. Брезгливо поморщившись, я быстренько сделала все свои дела и критически осмотрела себя в зеркале. Вид был немного усталый, но в целом ничего. Подкрасила бледные губы нежно-розовым блеском и собиралась уже возвращаться, как дверь со стуком распахнулась и в туалет влетела немного растрепанная и заплаканная Елена Васильевна.

- Что случилось? - встревожено спросила я.

Лена судорожно вздохнула и открыла кран. Пока она яростно плескала лицо холодной водой, пытаясь смыть растекшуюся щекам тушь, я думала, что если ее до этого состояния довел Андрей, то быть ему сегодня битым. Лично откручу все, что первым попадется под руку.

- Рассказывай, - мрачно приказала я и подала девушке чистый платок, что бы немного промокнуть лицо.

Вместо ответа она снова захлюпала носом и зарылась лицом в платок.

- Лен?!

- Та-ам... в вестибюле... они же сейчас подернутся. Луганский...мог бы...у-у-у...

Это было все, что я смогла разобрать между ее завываниями, но хватило, что бы все осознать и рвануть без оглядки в сторону центрального входа. Воображение уже рисовало красочно разукрашенного немца громадной рукой Луганского. Неужели он ревнив настолько, что бы вести себя таким варварским способом? Вроде бы и не пил практически. А может, успел, пока я с Петерманом танцевала? Последствия директорской ярости могли быть фатальными для всех нас, поэтому прибавила скорость и, матерясь на чем свет стоит, толкнула тяжелую дверь банкетного зала.

Когда я вприпрыжку, скользя на поворотах, влетела в вестибюль, дыхание уже давно сбилось и со свистом вылетало из легких. Чуть не потеряла равновесие на блестящей плитке. Обогнула колонну и замерла...

Картина, представившаяся мне в самом начале, немного отличалась от первоначально варианта. И так я на нее засмотрелась, что не сразу сообразила, что к чему.

- Женя? - удивленно вскинул брови Луганский, заметив меня.

Он стоял с абсолютно спокойным видом, придерживая за ворот рубашки немного помятого и взъерошенного юриста, который пытался вырваться их захвата. Но куда там! Хватка у Васька была стальная. Напротив, со скучающим видом стоял Ян Петерман. Он докуривал сигарету и изредка бросал в строну Андрея злые взгляды.

Ничего не понимаю. Кто здесь с кем дерется?

- Что здесь происходит? - сиплым голосом выдавила я.

Немец резко повернул голову в мою сторону и пронзил недовольным взглядом.

- Ничего что бы вас могло касаться, Евгения, - вежливо и емко послал он меня на все четыре стороны.

- Что?!!!

От моего визга все разом замерли. Немец поморщился, словно лимонов объелся, Луганский тихо простонал "Женька-а-а", а Андрей неожиданно перестав выворачиваться, обернулся и расплылся в радостной улыбке.

- Я доступно объяснил, - снова раздался прокуренный голос немца, - Не лезьте не в свое дело.

От этих слов я просто полыхнула возмущением, а Андрюха обрадовался еще больше.

- Это почему это не мое! - воскликнула я, приняв воинственную позу, - Очень даже мое!

Петерман посмотрел на меня, как на припадочную. Я же ничуть не смущенная повернулась к Луганскому и грозно приказала:

- Пути его!

Тот закатил глаза.

- Жень шла бы ты в банкетный зал, - было его ответом.

Не будите в Женьке зверя. А то хуже будет.

- Луганский! Если ты сейчас же не пустишь моего друга, я не знаю, что с тобой сделаю.

Петерман усмехнулся, глядя, как я пригрозила пальцем своему директору, и отвернулся к окну. Смейся-смейся. Вы господин немец еще просто плохо меня знаете.

А вот Васек в отличие от него знал меня уже очень хорошо. Поэтому все же нехотя разжал пальцы.

Андрюха тут же приосанился, выпятил свою цыплячью грудку и с гордым видом встал рядом со мной.

- Ты-то хоть можешь рассказать, что за цирк к нам приехал? - раздраженно уставилась на Андрюху я.

Молодой человек поморщился, но тут, же став невозмутимым, сообщил:

- Господин Петерман к нам приехал.

Я посмотрела на немца. Тот достал вторую по счету сигарету. Прикурил. Затянулся и резким движением руки выбросил смятую пачку в урну.

Ясно - дело труба. Поняла, что лучше закругляться с этим выяснением отношений. Мне, конечно, очень хотелись насолить немцу за хамство, но сдержалась. Не сейчас. Сначала в спокойной обстановке узнаю, что они не поделили, а потом и разбираться будем с этими шекспировскими страстями.

Перевела взор на своего директора, который неловко топтался на одном месте.

- Василий Михайлович? - вопросительно изогнула бровь.

Он чуть заметно покачал головой.

- Езжайте домой Евгения Николаевна. Удачных выходных.

Согласно кивнула и, схватив Андрюху за рукав, потащила на выход. Но тут вспомнила, что в туалете осталась плачущая Елена Васильевна и решила вернуться за ней. Глубоко вздохнула и усмехнулась. Как наседка со своими птенчиками, ей богу!

- Ты иди, - произнесла я, обращаясь к Андрею, - Сейчас догоню.

Гордо, прошествовав мимо что-то бурно обсуждающих Луганского и Петермана, чувствуя спиной чей-то недобрый взгляд быстрым шагом направилась в дамскую комнату.

Лены там не оказалось. Она видимо успокоилась и решила вернуться в банкетный зал. Я обнаружила ее за столиком. Девушка с унылым видом потягивала из бокала вино и отрешено смотрела куда-то в сторону.

Нет. Так доело не пойдет. Были у меня смутные догадки о причинах произошедшего конфликта. И если сейчас пустить все на самотек, то два очень хороших человека могут стать несчастными из-за недальновидности и снобизма некоторых козлов нерусских. Буд-то мало нам было местных доморощенных. Понаехали!

Решительно подошла к Елене Васильевне.

- Чего грустим?

В ответ она только неуверенно улыбнулась одними губами.

- Так! Бросай нюни распускать. Раз тут нам повеселиться не дали, поедем тоску разгонять, - решительно заявила я.

Лена ничего и сообразить не успела, как я, подхватив ее под руку, потащила на выход.

- Но... как, же так, - пролепетала растерянная главбуша, - Ян...

- Да что твой Ян нам сделает? - отмахнулась я, - Подумаешь? Приехал и указывает всем как жить. Пускай ввалит в свою Германию и там командует.

Лена остановилась на полпути и укоризненно посмотрела.