Сила. Я восхищен твоей силой. Знаю, ты чувствовала себя слабой, но на самом деле ты очень мужественно стерпела все. В тебе есть сила, о которой ты не подозревала и я восхищаюсь тобой. Умница.

На последок имею тебя. Сомневался, что мне хватит сил, и может быть с кем-то другим так и было бы, но с тобой все иначе. Ты невероятно сильно возбуждаешь меня. Я хочу тебя всегда, хочу неимоверно, никогда никого так не хотел... В тебе столько страсти, столько желания... ты такая юная и такая взрослая со мной... Ты, такая невинная и такая порочная одновременно, ты самая смелая фантазия моего больного воображения...

Окончание сессии. Ты, обессиленная, падаешь в мои руки. Подхватываю тебя и несу твое хрупкое, укрытое отметинами тело, укладываю в постель. Снимаю ошейник. Целую твою руку, ту, на которой кольцо. Мне и во время сессии временами бывало сложно забыть, кем ты являешься для меня в обычной жизни. Так что теперь, когда мы вернулись в реальность, я рад, что все кончилось, потому что хоть моя Аими и очень любимая, но моя Анна - это вся моя жизнь.

Любовь. Твоя любовь заставляет меня любить тебя. То, как ты из последних сил выбираешься с постели и укрываешь поцелуями мои ноги... это трогает мое некогда черствое сердце. Никто, никогда не любил меня так, как это делаешь ты. Ни одна душа, ни одно сердце, только ты, моя очень любимая Аими, только ты, моя Анна... так умеешь только ты.

Дочитав, я не обращая внимания на боль во всем теле, не обращая внимания на ноющие колени и слезы счастья, стала набирать ответ, потому что знала - он его ждет.

Дорогой, глубоко уважаемый и горячо любимый Хозяин своей ничтожной, ничего не стоящей вещи.

Благодарю Вас за то, как доступно Вы изложили свои мысли, каким понятным для меня, Вы сделали каждое ваше слово... С Вашего позволения целую ваши руки... Я не стану так детально описывать минувшую сессию, слишком много было эмоций, чувств, ощущений, боюсь понадобиться слишком много времени, что б рассказать Вам обо всем, да и смогу ли я все объяснить?

Прежде всего позвольте мне выразить Вам свою благодарность за проявленное ко мне внимание и заботу, благодарность за то, что воспитываете меня, делаете меня лучше, чем я есть, делаете меня достойной Вас. С Ваших рук все принимаю, как благословение, счастлива и пощёчиной... о большем мечтать пощёчиной

Вы были правы, когда сказали, что знаете меня лучше меня самой, так как все Ваши действия были мне во благо и всегда в меру, не больше, чем я могла бы вынести. Вы всегда справедливы, всегда милостивы, вижу Вашу заботу о своей рабе в мелочах и горячо люблю Вас за это. Мое предназначение - это служить Вам и быть Вам полезной, самая большая награда для меня - склониться перед Вашим величием у Ваших ног...

Господин, Хозяин, Владыка, Царь и Бог... Ваша покорная раба Аими, как и Ваша Анна, не имеет нечего, и в месте с тем, имеет больше чем заслуживает - право называться Вашей...

На лестнице слышаться его шаги, я чувствую нарастающее волнение, трепет, желание... с ожиданием смотрю на двери и вскоре они открываться и входит он, мой Повелитель и мой муж. Я стою на коленях, и уважительно склоняюсь перед ним, касаясь лбом пола. Выпрямляюсь и он, движением руки, подзывает меня к себе. Ползу, красиво, грациозно, жадно поглядываю на его начищенные до блеска ботинки. Оказываюсь рядом с ним, он берет своей большой рукой мое лицо и поднимает, заставляя меня смотреть на него. Он смотрит на меня сверху вниз, гордо, надменно... В его глазах не голубые небеса, и не лазурные берега океанов, его глаза потемнели как безлунная ночь и в них я читаю только одно - бесконечно сильное желание...

-Милый, ты встал? Спускайся к завтраку, пожалуйста, - прокричала я, стоя внизу лестницы, после чего вернулась на кухню и стала накрывать на стол. Его черный кофе, мой зеленый чай, для него слегка поджаренные тосты с фуа-гра, помидоры черри и сыр, а для меня чай, только чай... последние несколько дней я просто не могу заставить себя позавтракать. Вскоре слышится скрип половиц и на кухню входит Микаэль. В черном шелковом халате и тапочках, волосы небрежно растрепаны после сна, он выглядит таким одомашненным, таким милым, таким сладким и таким моим... но в то же время, он как всегда ступает грациозно, уверенно, с гордо поднятой головой...

-Мой лев, - улыбнулась я, поправляя его растрепанную гриву.

-Привет, - он небрежно поцеловал меня в щеку и уселся за стол. Он хмурится, на его лбу глубокая морщинка, кажется сегодня мой царь не в духе, от этого мне тревожно и я невольно сжимаюсь, зная, что его плохое настроение не сулит мне ничем хорошим. -Ты опять только чай пьешь? - недовольно фыркнул он.

-Да, просто мне не хочется... - объясняюсь я, а внутри все дрожит от волнения. Я чувствую себя так, словно меня отчитывает мой строгий начальник и мне грозит увольнение. К счастью, звонит его телефон, и Микаэль отвечает на звонок, на время забывая обо мне. Я пью свой чай стоя, уже прошло несколько дней после сессии и мои ягодицы уже почти не болят, но сегодня Микаэль такой злой, от него исходит такая сила и власть, что мне кажется неправильным и невозможным сидеть в его присутствии. Хотя, конечно, я его жена и имею на это полное право, впрочем, лучше постою...

-Привет, Себастьян, - он молчит, его друг что-то долго рассказывает и по лицу мужа вижу, что он только еще больше портит его плохое настроение. - Конечно я слушаю... - раздраженно бросает он и снова долго молчит. - Знаешь, у меня закрадываются сомнения, по поводу того, насколько доходчиво ты ей объясняешь... - его голос такой ледяной, что мне становится жаль Себастьяна, а у меня самой по коже пробегает мороз. -Ну, раз так, тогда почему эта тупая сука никак не угомонится? - Микаэль вдруг смотрит на меня, а я быстро опускаю взгляд в пол, делая вид, что не слушаю его разговор, а просто пью чай. - Ладно, обсудим это позже, я тебя наберу, - он отключается и бросает телефон на стол. - Итак, что там у тебя с аппетитом? - он закончил с Себастьяном и теперь принялся за меня. - Ты себя плохо чувствуешь?

-Нет, все хорошо, - я отвечаю почти что шепотом и едва сдерживаюсь, чтоб вконец фразы не добавить «сэр».

-Может быть, ты беременна?

-Нет... не думаю...

-А стоило бы уже и подумать, - раздраженно бросает он, делает глоток кофе и с такой силой опускает чашку на стол, что я удивляюсь, как она не разбилась.

-У тебя какие-то неприятности, милый? - мягко спрашиваю я, надеясь своей любовью растопить его холодное сердце.

-Не суй нос не в свои дела.

Я иду к умывальнику и долго мою свою чашку, из последних сил сдерживая слезы. Я знаю, что у него неприятности, и знаю, из-за кого, знаю, что нашу жизнь отравляет Бель... Он молча ест, я прибираюсь на кухне, где витает такое напряжение, что кажется, воздух наэлектризован... Стараюсь не шуметь, стараюсь двигаться неслышно, ступаю на носочках, чтобы ничем не нарушить его покой и ничем не разгневать. Он уже закончил завтракать, смотрит в никуда, мыслями витает далеко.

-Пойду заправлю постель, - говорю я, мечтая сбежать из кухни, подальше от его плохого настроения. Он останавливает меня, когда я уже на выходе.