-Любимый, пожалуйста, не останавливайся, - попросила я, крепко держа его голову руками. Он не ответил, продолжая свое дело, а я дышала часто-часто, прерывисто, постанывала, мечась от наслаждения. От камина исходил жар, но мне было жарко не оттого. Я почувствовала, как кровь прилила в лицо, мои щеки запылали, а мои руки все сильнее сжимали его голову, мои пальцы путались в его волосах, мои ноги скользили по его спине, не находя себе места. Еще мгновение и я вскрикнула, а он стал двигать во мне пальцами, посасывать, покусывать возбуждённый клитор, а его руки жадно ухватились за мою грудь.
-Еще, еще, любимый, еще... - умоляла я, испытывая мощный оргазм. Я посмотрела на него, он между моих ног, он вылизывает мне своим влажным языком, он ублажает меня своими нежными губами... это так интимно, нежно действительно любить женщину, чтобы делать для нее такое...Меня накрыло новой волной, я закричала, отпустила его голову, желая ощутить его в себе, если конечно он готов...
-Возьми меня...- отчаянно взмолилась я. Он оторвался от меня, вынул пальцы и я вдруг почувствовала невероятную пустоту внутри, где все пульсировало и сжималось. Он навалился на меня сверху и вставил мне свой член. Я снова закричала, обвила его шею руками, подалась ему навстречу и поцеловала его влажные от моей смазки губы... Шум дождя, треск объятых пламенем поленьев, раскаты грома, наши стоны, наши влажные от пота тела, он во мне, мои руки на его напряженных бицепсах, его язык у меня во рту, его размеренные движения во мне, трение, пульсация в моем разгоряченном влагалище, его вскрик и его вышедшее из берегов семя... Микаэль обнял меня сзади, достал три розовые розы из моих растрёпанных волос, провел ими по моему плече, по моей щеке, протянул их мне.
-Миссис Фаррелл, это вам, - улыбнулся он, целуя меня в шею.
-Благодарю вас, мистер Фаррелл, - бессильно ответила я, принимая подарок, - это так любезно с вашей стороны...
Я проснулась от того, что мне стало холодно. Камин погас, некоторые свечи догорели, и теперь в комнате царил полумрак. Дождь кончился, за окном было спокойно и тихо, Микаэль спал, навалившись на меня своим телом, опутав меня руками и ногами, он крепко прижимал меня к себе. Он когда-нибудь убьет меня своей любовью, - подумала, безуспешно пытаясь пошевелиться.
-Микаэль... - позвала я несколько раз, прежде чем он проснулся.
-Где это мы? - сонно спросил он.
-Ты еще скажи, что не помнишь, как женился на мне, - улыбнулась я.
-Нет, вот это я как раз помню и очень даже неплохо.
-А как лишил меня невинности, помнишь?
-Нет, не припоминаю, чтоб вы были невинны, миссис Фаррелл... вы та еще развратница...
-Кто? Я? Да ни в жизни! - рассмеялась я. - Вы меня верно с кем то путаете...
-Угу, спутаешь тебя...- скептически хмыкнул он. - Пойдем в постель, у меня спина болит... и еще мне не терпиться увидеть, как ты будешь подниматься по лестнице впереди меня, а я буду любоваться видом сзади...
-Можно подумать ты там чего-то не видел.
-Все видел, но просто интересно, дойдешь ли ты до верхней ступеньки... - сказал он, явно угрожая мне сексом.
-Даже не думай, я спать хочу, - отмахнулась я.
-Ну и спи себе, когда мне это мешало?
-Вы неисправимы, мистер Фаррелл, неисправимы! - констатировала я.
-У меня есть всего пару лет, чтоб вдоволь насладиться тобой... - грустно сказал он, глядя в потолок.
-А что потом?
-А потом я буду старым и немощным, буду сидеть на крыльце в кресле качалке, а ты мне будешь вытирать слюни...
Этот голос, полный безнадежности и отчаянья, этот взгляд, печальный и грустный, эта драма, которую он разыгрывает вокруг своей преждевременной старости... Я рассмеялась весело и звонко, но он все-равно сохранил вселенское уныние на своем лице.
-Ну, раз вы так стремительно стареете, мистер Фаррелл, - сказала я, взбираясь на него сверху, - тогда нельзя терять ни секунды...
Не смотря на его «преклонный» возраст, его член уже был в полной боевой готовности и я оседлала его, и начала медленно двигать бедрами. Он все еще был в печали и я решила вселить в него немного уверенности.
-Ты самый большой, самый сильный, самый опытный... - прошептала я, целуя его грудь, - мне всегда так хорошо с тобой, ты лучший в мире любовник и ты самый любимый муж...
-Анна... моя малышка...- он нежно погладил мои волосы и блаженно застонал.
Мы добрались до нашей спальни, это была мансарда со скошенным потолком, посередине комнаты стояла просторная кровать, туалетный столик и комод, в углу ютилось одно кресло, рядом с которым стоял торшер, это место наверное предназначалось для чтения. Здесь так же как и внизу все было уставлено свечами и усыпано лепесткам роз, на постели было выложено сердце из золотистого конфетти, которое блестело и переливалось от неровного мерцания свечей.
-Как здорово Себастьян все придумал, правда? - спросила я, снимая с себя чулки.
-Угу, - Микаэль вошел в ванную, и вернулся со стаканом воды, - хочешь пить?
-Да, спасибо..
-Это его дом, - сказал Микаэль, протягивая мне стакан.
-В каком смысле? - не поняла я.
-Он архитектор, он его создал. Я вспомнил, что он рассказывал мне о своем новом проекте, с окном в небо.
Я не сразу сообразила, о каком окне говорит Микаэль, но теперь заметила окно в потолке прямо над кроватью. Через него было видно ночное небо, месяц и звезды, вид был просто великолепным. Мне захотелось поскорее улечься в постель и уснуть под открытым небом, рядом со своим мужем.
-Он назвал этот дом любовное гнездышко.
-Очень подходящее название, - согласилась я.
Мы стряхнули одеяло и золотистые блестки весело разлетелись по комнате. Я с ужасом вспомнила, что прислуги тут нет, и мне придется убирать их самой... Мы легли, Микаэль крепко обнял меня, как и всегда, я прижалась к нему, к его большому, горячему телу и вскоре стала проваливаться в сон.
-Я боюсь, Анна...
-Чего, любимый?
-Счастье такое зыбкое... я боюсь, что оно пройдет, кончится, исчезнет... я боюсь снова стать несчастным...
-Этого не случится... - пообещала я, - никогда...
Я успокоила его, но мне самой теперь стало тревожно. Он прав, счастье зыбкое, оно утекает как вода сквозь пальцы...
Господи, отбери у меня все, и отдай это все ему... лишь бы только он больше никогда не страдал, лишь бы только он всегда, всегда был счастливым...
Я проснулась поздним утром, мансарда была залита солнечным светом, и при свете дня наше любовное гнездышко тоже выглядело очень милым. Микаэля рядом не было, я не слышала, когда он уходил. На его подушке лежал нежно розовый тюльпан и записка: