– Будь добр, Тьерри, поведай всем собравшимся в этом зале, то, что ты говорил мне, и открой этим заблудшим правду, которую открыл мне.

– Я действительно признаю тот факт, что архи-ментор Гера является владелицей довольно большого капитала, и то, что этот капитал увеличивается с каждым днем….

– Это мы уже поняли, Тьерри, ближе к делу! – нервно одёрнул Самсон.

– Да, конечно, простите. Гера, является владелицей целого списка бизнес проектов. Это магазины, станции технического обслуживания, рестораны. Так как она очень хороший управленец, что я знаю не понаслышке, ей не составляет труда именно из этих источников получать весьма не малый ежемесячный доход.

В воздухе повисло гнетущее напряжение. Менторы и прочие прислужники не совсем поняли, что сейчас произошло, и каким образом это обличает Геру. Самсон так и застыл с искривлённой улыбкой, и несколько секунд не мог произнести ни слова. Только немного осмыслив, продолжил:

– Я не совсем понял ход твоих мыслей, Тьерри. Буду думать, что ты неверно сформулировал предложение. Не будем погружаться в заблуждение, и лучше, продолжим. Скажи, Тьерри, сейчас она владеет бизнесом, и этим зарабатывает деньги, так? Хорошо, допустим, что в этом она не нарушила наши законы. Но! Ответь, откуда же у неё взялся этот бизнес, и как она пришла к успеху? Только хорошо подумай, и сформулируй в голове монолог, чтобы более не высказывать двусмысленных речей. – Голос Самсона не был уже таким уверенным, и ликующим.

– Всё просто, архи-ментор Самсон. Весь бизнес достался ей по наследству от ныне покойного мужа, и нашего предыдущего агир-ментора, которого многие застали, и помнят как мудрого руководителя, попавшего, к сожалению, в сети тьмы. И мисс Гера, не только сохранила всё на плаву, но и преумножила своё состояние, не забывая, конечно, выделять постоянные, и весомые пожертвования в адрес великого Агиросиона!

– Что?! Что ты несёшь, Тьерри?! Ты с ума сошёл?! Мы же с тобой разговаривали, и ты говорил совсем не так…. – Самсон даже не смог договорить. От неожиданности, возмущения, и вскипающей злобы, он только раскраснелся, и принялся жадно хватать ртом воздух.

– Ну что вы, повелитель! Я именно так говорил, возможно, конечно, несколько иными словами. Может быть, вы, не совсем верно меня поняли? – как ни в чём не бывало, сказал Тьерри.

Лица, сидящие в зале приняли самый что ни на есть серьёзный вид, и крепко задумались над происходящим, ведь ситуация явно разворачивалась не так, как все предполагали. И только Тереза, переглянувшись с Эребом, несколько остыла, и трясущиеся руки приняли статическое состояние.

– Прекрати морочить мне голову! – взревел Самсон.

– Я бы не посмел, повелитель! – склонил голову Тьерри.

– Не знаю, какую игру ты затеял, но я с тобой потом разберусь! – пригрозил разгневанный архи-ментор.

– Никаких игр, повелитель! Исключительно, правда, и ничего более. Если посчитаете нужным, покараете меня.

– Даже не сомневайся! Ладно, идём дальше. Тебя на днях приглашали в дом агир-ментора? – раздосадованный архи-ментор уже не распалялся на уважительный тон, и принялся задавать припасённые на всякий случай вопросы.

– Да. Гера, пригласила меня на ужин в дом повелителя Эреба.

– Как она это аргументировала? – вопросы были более сдержанные и осторожные во избежание повторения недоразумения.

– Я не понял вопроса, Самсон.

– Хватит морочить голову. Всё ты понял! Зачем самому агир-ментору приглашать столь низкий сан в свой дом? Как тебе это объяснила Гера? – Самсон не на шутку разозлился.

– И всё равно я не понимаю вас, повелитель. Я ментор, к тому же ближайший помощник архи-ментора. Почему я не могу быть приглашён в дом верховного повелителя?

– Ты, что, совсем из ума выжил? У-ф-ф-ф…. Ладно. Хорошо, задам другой вопрос. Что вы обсуждали за ужином у Эреба? Рассказывай всё то же самое, что говорил мне в кабинете. Что таит наш «великий» предводитель такого, что привлёк тебя, для сокрытия постыдной, порочащей столь значимый сан, информации?

– Не понимаю, о какой такой информации вы говорите, Самсон. Да, мы обсуждали информацию, которую наш мудрый лидер, благоразумно желал, какое-то время не выпускать в широкое обращение, ведь она ещё не была обсуждена со всем верховным советом.

– Не ходи вокруг да около! Говори более предметно, что именно обсуждали! – Самсон уже был на грани срыва, и вот-вот мог броситься на Тьерри, и впиться в него зубами.

– Здесь невозможно кратко объяснить. Чтобы все поняли, расскажу подробно, с вашего позволения. – Тьерри, издевательски картинно поклонился Самсону, и продолжил. – Так вот. Агир-ментор Эреб, будучи мудрым лидером, собрал все ступени нашего общества, начиная от архи-ментора, заканчивая касьянами и прислужниками. У него было предложение, которое могло бы облегчить жизнь всем паствам, и заключалось в сокращении ежемесячных обязательных сборов на десять процентов. Но перед тем как выносить на обсуждение верховному совету вышеуказанное предложение, он желал ознакомиться с мнением всех слоёв нашего общества, и только выслушав его, сделать выводы…. – Тьерри не смог договорить, так как в него полетел брошенный Самсоном стеклянный бокал.

– Ты что, издеваешься? Какое мнение общества?! Ты забыл, о ком говоришь? Это самый эгоистичный, самый злобный человек, которого я встречал в своей жизни! Он воплощение тьмы! А ты, ты сдохнешь, как шелудивый пёс, неимоверно страдая. Все сдохнут, кто пойдёт сегодня против меня, и не поддержит мои обвинения!

Самсон окончательно вышел из себя, и из него посыпались страшные проклятия в адрес Тьерри, Эреба, Терезы и всех кто хоть как-то с ними связан. По залу пробежала волна обсуждения, и вздохов. Все присутствующие кардинально сменили точку зрения, и теперь именно обвинитель предстал в другом, истинном свете. Никто уже не слушал вопли Самсона, и не собирался выслушивать показания других свидетелей. Всем было достаточно того, что есть возможность оставить при себе лишние десять процентов, и это станет реальным только при нынешней власти. Даже если бы в тот момент, агир-ментор признался, во всех поступках, которые противоречили кодексу, нашлись бы люди, которые переврали правила, придумали оправдания…. Простили, в конце концов, своего верного, мудрого, и щедрого предводителя.

– Схватить его! Наказать, по всей строгости нашего кодекса! Он с ними заодно! Он тоже предатель! Я докажу! – истошно вопил Самсон, размахивая руками, но даже его личные касьяны не двигались с места, и не планировали более выполнять его приказы.

– Видите, кого вы чуть было не послушали, и не предали жестокому свержению своих верных предводителей! Вы должны всеми силами молить о малейшем снисхождении, и уповать на быструю, и безболезненную смерть! – громогласно, и уверенно заговорил Тьерри.

После его слов зал притих. Даже впадающий в истерику архи-ментор Самсон, замолчал, и с недоумением посмотрел на Тьерри. На человека, который увёл у него из рук реальную возможность заполучить абсолютную власть над «Агиросионом».

– Освободите Геру и агир-ментора, вы, олухи необразованные! – внесла свою лепту Венера, которая как и все, находилась под впечатлением последних событий, и не сразу сделал выбор, на какой стороне ей остаться.

Подбежавшие касьяны, те самые, которые и приковали к стульям своих лидеров, первыми бросились исполнять приказ. Осознание того, чем может обернуться столь верное подчинение опальному Самсону, заставило их двигаться максимально быстро, и при этом нежно обращаться с бывшими обвиняемыми.

Освобождённые от оков Эреб и Тереза, встали, нервно отряхнулись, и обвели зал грозным взглядом. Ничего хорошего этот взгляд не сулил тем, кто был заодно с Самсоном. Сам же виновник всего мероприятия, видя, что ситуацию уже не спасти никакими словами и криками, попытался спешно ретироваться. Покинуть зал, под общее остолбенение ему удалось, но буквально через несколько секунд, он был внесён в зал, своими же ранее верными помощниками. Услышав возню в углу, все обратили внимание на забытого доселе несостоявшегося революционера.