Рожер напряженно следил в своей комнате за стрелкой часов.
Он рассчитал время, потребное на достижение подземной залы, и нашел, что часа совершенно достаточно.
Пробило десять часов. Он встал, провел рукой по лбу, как бы желая отогнать назойливую мысль, и стал готовиться к уходу.
Он взял ключ от подземелья и отварил дверь. Дверь со скрипом повернулась на своих петлях.
Рожер поставил ногу на первую ступеньку лестницы, как вдруг на его плечо опустилась чья-то рука.
— Куда идет мой господин? — проговорил громкий, кроткий, мелодический голос, звуки которого заставили усиленно биться сердце Рожера.
Вали смотрела и улыбалась ему.
Ее черные волосы касались лба молодого человека и раздражали его своим проницательным запахом. Она прижималась к нему своим прелестным телом, покрытым только легкой газовой тканью.
Ее грудь трепетала под его рукой. Она подняла на Рожера свои бархатные глаза и он любовно склонился к ее ярким губам.
— Почему господин хочет покинуть меня сегодня? — сказала Вали тоном нежного упрека.
— Так нужно, моя возлюбленная!
— Господин жесток и ему ничего не значат слезы бедной девушки!
— Кто же заставил тебя плакать?
— Злой! ты еще спрашиваешь!.. Я ждала тебя с начала вечера. Я думала, что ты уже разлюбил меня!..
И она обняла его и потянулась поцеловать в губы. Рожер смотрел на нее, опьяненный, очарованный. Он забыл всех и все. Глаза его жадно впились в баядерку, начавшую свои сладострастный танец.
Наконец, усталая и страстная, она опустилась на ковер. Ее распущенные волосы коснулись лица Рожера.
Тот вздрогнул, как бы от прикосновения электрической искры. Они обнялись и замерли в страстном поцелуе.
Баядерка в припадке страсти схватила Рожера за волосы и укусила его над ухом.
Ее рот как будто прирос к ране…
Слышны были только тихие стоны, похожие на жалобу ребенка. Стоны эти постепенно ослабевали.
Внезапно Вали почувствовала себя приподнятой с земли. Напротив ее стояла бледная, стройная женщина, на прелестном лице которой сказывался и гнев и ужас.
Баядерка преобразилась. Ее томный, подернутый влагой взгляд, ее яркие губы и женская прелесть — все исчезло. Рот ее был запачкан кровью, шея надулась, как у змеи. Она, казалось, опьянела от крови.
Вампир бешено бросился на Саму. Борьба была ужасна, но непродолжительна. Отяжелевшая от крови Вали тщетно попыталась задушить свою соперницу.
В одну минуту она очутилась на земле, связанная собственным поясом.
Сама дважды хлопнула в ладоши. На пороге появился человек. Он склонился до земли и почтительно выслушал приказание.
Он развязал свой тюрбан, связал им лежавшую на полу Вали и, вскинув ее на плечи, удалился.
Сама стала на колени перед Рожером и с беспокойством следила за ним: уж не перестало ли биться сердце того, кого она так страстно любила?