– Да, Моллз, не могу поверить, что ты отхватила локтем по лицу. Молли Шекспир – новый член бойцовского клуба. Это было охренительно смешно, – расхохоталась Кэсс, держась за живот, будто от боли. А потом резко перестала улыбаться. – Где мои чипсы и рутбир?

– Вообще-то я не успела до них добраться, Кэсс! – Она надулась и разочарованно скрестила руки. – Мы победили?

Элли обвила мои плечи рукой.

– Победили? Дорогая, да мы их просто размазали. После того, как Роум поцеловал тебя, он вернулся на поле другим человеком, пасовал исключительно точно, отлично играл. Черт, он самый результативный игрок.

Мои глаза расширились от удивления.

– Это же хорошо, да? Самый результативный игрок?

– Хорошо? Дорогая, люди говорят, что это твой поцелуй принес ему столь необходимую удачу.

Я отступила и скептически глянула на нее.

– С чего вдруг?

– Это развернуло его игру на все сто восемьдесят градусов. – Она улыбнулась и восторженно захлопала.

Кэсс положила руки мне на талию и повернула меня к экрану.

– Видишь?

Твою ж мать.

Парни, управляющие экраном, хорошенько поработали в мое отсутствие. Постоянно повторяющаяся подборка начиналась с пропуска Роумом серии подач. Потом эпизод, когда на меня навалились два пьяных идиота, вмазали локтем по лицу и свалили на пол – это выглядело хуже, чем было на самом деле. Далее показано, как Роум убегает с поля, игнорируя тренера и оставляя товарищей по команде глазеть на его удаляющуюся фигуру. Следом момент, когда он обхватил мое лицо ладонями и склонился чтобы поцеловать. Завершающий отрывок показывал три удачных тачдауна Роума, которые я пропустила, проторчав в медпункте.

Это было уже слишком. Сердцебиение участилось, а грудь сдавило словно тисками. Я терпеть не могла находиться в центре внимания, и трансляция моего изображения тысячам людей была выше моих сил. Добавить ко всему поцелуй Ромео и мое состояние можно назвать тревожно-подавленной неразберихой. Я твердо верила, что не всем следует быть в свете софитов, и причисляла себя к этим «не всем» в первую очередь.

Я медленно повернулась и посмотрела на поле, где Роум давал интервью, и – сюрприз, сюрприз – Шелли влезла в кадр вместе с ним, целуя звездного квотербека в щеку и прикидываясь его гордой девушкой.

Когда я увидела их вместе, мое сердце упало. Одно стало совершенно очевидно – я не из их лиги.

Я была такой чертовски глупой, когда пришла сюда, думая, будто между мной и таким парнем, как Роум, что-то возможно. Он был самым популярным парнем в кампусе. Его страстно желала куча агрессивно настроенных девушек, а я была книжным червем, крайне обособленным интровертом.

Ромео Принс должен быть с кем-то вроде Шелли. С кем-то, кто легко впишется в его насыщенную, гламурную жизнь.

Я повернулась к Кэсс и Элли, пытаясь скрыть свои чувства.

– Я пошла домой. Мне пора возвращаться к учебе. Встретимся позже.

И пока они не начали протестовать, быстро покинула стадион, снова и снова силясь забыть ощущение прекрасных мягких губ Ромео.

И цитируя его же: «Легче сказать, чем сделать».

Глава 7

– Моллз, тащи сюда свою сочную английскую задницу! Мы собираемся напиться, и нам нужен четвертый мушкетер!

– Серьезно, Кэсс, в последний раз говорю: я пас, но все равно, спасибо.

Из динамика раздался громкий треск, и мне пришлось убрать телефон от уха. Кэсс явно уже набралась своего чертова пойла.

– Молли? Молли! – Элли перехватила трубку.

– Я здесь, Элли.

– Ты точно не хочешь прийти, дорогая? Мне не нравится, что ты одна сидишь в своей комнате, а все здесь веселятся.

– Правда, Элли, все в порядке. Я просто устала.

Последовала длинная пауза, во время которой мне удалось услышать музыку «Зак Браун Бэнд» и громкую болтовню на заднем плане.

– Ладно, дорогая. Встретимся утром, но если передумаешь – звони.

– Хорошо, сладкая. Повеселитесь там!

Я нажала «отбой» и рухнула на кровать. Провела пальцем по экрану и уставилась на заставку с изображением розового лотоса в тихом пруду.

Добравшись домой, я приняла душ и надела старую линялую розовую ночнушку, после чего отклонила все приглашения на вечеринки в честь большой футбольной победы.

Кэсс, Лекси и Элли решили пойти на вечеринку в братство Роума, что через дорогу, и использовали весь свой арсенал, пытаясь уговорить меня присоединиться к ним. Но мне нужно было держаться подальше от всего связанного с Ромео Принсом, поэтому я придумала кучу отговорок, чтобы не идти.

Мне хватало ума понять, что он мне нравится, очень нравится, а стая бабочек в животе, трепещущее сердце и бесконечные эротические сны однозначно это подтверждали.

Время, которое мы провели с Ромео наедине за прошедшую неделю, возвело мои чувства на новый уровень, и я просто не знала, как с этим справиться. Поэтому мой план был таков – хотя его навряд ли бы одобрило ЦРУ – избегать близких контактов со звездным квотербеком «Тайд».

И план вступал в силу незамедлительно.

Сев на кровати, я распустила длинные волосы и, почувствовав, как кончики щекочут поясницу, принялась массировать кожу головы, уставшую от необходимости поддерживать массу моих кудрей весь день, потом удобно устроилась под лиловым одеялом с хорошей книжкой. Я взяла свой потрепанный экземпляр «Джейн Эйр» и, отправившись в мир старой Англии и мистера Рочестера, растворилась в страницах книги.

Примерно через час полного забвения и релаксации я услышала какой-то стук. Оглядела пустую комнату: единственным источником света было мягкое красноватое сияние прикроватной лампы. Мне стало не по себе, я была совсем одна в доме.

Услышав стук снова, я вскочила с кровати и встала посреди комнаты – звук доносился с балкона.

Осторожно прокравшись к двери, я проверила, не ждет ли меня снаружи чужак, и повернула замок. Открыв дверь, я увидела, что по красной напольной плитке разбросаны камешки. Я шагнула на балкон, позволяя легкому вечернему ветерку меня окутать, нагнулась и подняла один из камешков. Как только я начала подниматься еще один угодил мне в плечо.

Глубоко вдохнув, я подошла к перилам и рискнула глянуть вниз. Сначала ничего, кроме темноты, видно не было. А потом от нее отделилась фигура.

– Шекспир?

Этот сексуальный южный говор невозможно было не узнать.

Ромео вышел из тени в тусклый свет лампы, освещающей крыльцо. Очертания его внушительной фигуры подчеркивались сумеречным светом и смотрелись просто великолепно. Теперь он выглядел, как обычно – на нем были низко сидящие линялые синие джинсы и красная футболка «Тайд», – и мне пришлось сдерживать чувство восторга, окатившее мое тело.

– Привет, Мол, – прошептал он с застенчивой улыбкой.

– И тебе привет, – тихо ответила я – Что ты здесь делаешь?

– Хотел тебя увидеть.

– Правда? Зачем? – Я была искренне удивлена. Думала, он будет где-нибудь праздновать победу.

Роум ссутулил широкие плечи и, засунув руки в карманы, бросил на меня застенчивый взгляд.

– Я заметил, что ты не пришла, – он подошел чуть ближе, и мне стало легче его видеть, – и хотел проверить, в порядке ли ты после сегодняшнего. Я думал о тебе весь вечер.

– Разве ты не должен быть с Шелли?

– С какого перепуга я должен быть с ней?

Я пожала плечами.

– Она была рядом с тобой после игры, вы славно смотрелись вместе. Я подумала, что ты, вероятно, захочешь отпраздновать сегодня с ней.

Он заметно напрягся.

– Давай прямо сейчас расставим все точки над «и». Она для меня ни хрена не значит. И никогда не будет. – Глядя на меня, он склонил голову набок. – Ты поэтому не пошла на вечеринку? Думала, я буду с этой ненормальной сучкой?

Я поморщилась от его слов.

– Роум, мне просто не хотелось сегодня идти на вечеринку, вот и все. Иди развлекайся. Не нужно обо мне беспокоиться.

– Никуда я не пойду.

Мое сердце забилось чаще, он стоял под моим балконом и уверял, что между ним и Шелли ничего нет. Только расслабившись, я поняла, как сильно меня задела мысль о ком-то другом рядом с ним.