И роковая… Брат мой!
Я отдал бы все царство (чьей красою
Ты был), мой щит и меч — остаток чести, —
Чтоб ты был жив. Но нет: не буду плакать;
Тебя оплачу так, как ты хотел!
Всего больней, что мог ты, умирая,
Подумать, будто я переживу
То, жизнь чему ты отдал: трон мой древний.
Спасу его — кровь тысяч, стон мильонов
За смерть твою возмездьем будут (слезы
Всех добрых отданы уже тебе).
А нет — мы скоро свидимся, коль души
Живут вне тел. В моей — читаешь ты
И веришь мне теперь. В последний раз
Коснусь руки, еще не охладелой,
И сердцем, горько бьющимся, прижмусь
К недвижному.