- Ганс, - сказал он, усмехаясь, - тебе не говорили, что ты страдаешь извращенным вкусом?

   - Ну, знаешь ли, - вспылил тот в ответ, - я для тебя стараюсь. Облазил весь пятый барак, а ты недоволен...

   - Пятый барак, говоришь, - Клаус недвусмысленно рассмеялся, - так вот, значит, какие женщины пользуются спросом в этом лагере. Видимо, я и впрямь чего-то недопонимаю...

   Он подошел к той, что стояла справа, и стал пристально ее рассматривать. Она, как было заведено среди заключенных, стояла опустив лицо и не поднимала глаз, поэтому, чтобы получше ее разглядеть, Клаусу пришлось слегка стукнуть ее прутом по подбородку.

   - Посмотри на меня! - резко сказал он.

   Женщина вздрогнула и несколько секунд смотрела на него в упор, но потом, не выдержав его взгляда, отдернулась и снова опустила голову.

   "Эта в пятом бараке находится по призванию, - скептически подумал Клаус, - там пусть и остается. Посмотрим вторую". Он сдвинулся влево и стал рассматривать довольно привлекательную блондинку, которая выглядела в этой компании несколько свежо и неуместно. Он вопросительно повернулся к Гансу:

   - Она здесь недавно?

   - Да, - Ганс хмыкнул, - бывшая секретарша Брюмера. Помнишь его? Видимо, для него она оказалась недостаточно хороша.

   - А мне сойдет? - рассмеялся Клаус. - Вот какого ты обо мне мнения!

   - Зато арийской крови, - продолжал развивать понравившуюся ему тему Ганс.

   - Хватит, перейдем к следующей. Эта тоже чья-нибудь бывшая? - спросил Клаус, разглядывая худую брюнетку в сильно потрепанном крепдешиновом платье.

   - Не знаю, - явно не слишком заинтересованно ответил Ганс, - она из Кракова, наполовину еврейка. Не думаю, что тебе понравится.

   "Наверное, она здесь уже месяца четыре, - подумал Клаус, рассматривая девушку, - еще не долгожитель, но и не новичок. Так же как и все они, смотрит в пол. Боится лишний раз вызвать раздражение и нарваться на неприятности".

   - Посмотри на меня, - сказал он, машинально отметив про себя, что женщина вздрогнула и задрожала всем телом.

   Она вскинула голову и стала смотреть на него не мигая. У нее были желтые от страха глаза. "Удивительно, - подумалось Клаусу, - по одному только ее взгляду можно было бы написать трактат о человеческом страхе".

   - Как тебя зовут? - спросил он, похлопывая себя стальным прутом по голенищу сапога.

   - Хельга Майерсон, господин комендант, - ответила девушка и еще больше задрожала.

   - Хочешь пойти ко мне в дом работать? - спросил он, с удовольствием разглядывая ее страх.

   - Как вам будет угодно, господин комендант, - как автомат ответила она.

   - Я прекрасно знаю, что все будет так, как угодно мне! - нарочито резко сказал Клаус. - А тебе придется научиться отвечать на поставленные вопросы, потому что теперь ты будешь работать в моем доме, хочешь ты этого или нет.

   Отбросив в сторону прут, он развернулся и зашагал обратно в административный корпус. "Как вам будет угодно! - хмыкнул он. - Да, эта затея и впрямь оказалась забавной".

   - Тебе крупно повезло, - сказала Хельге та женщина, что стояла справа, когда комендант и его заместитель скрылись за углом барака. - Теперь над тобой будет издеваться только он один. А мы по-прежнему будем облагодетельствованы всеми остальными.

   - Интересно, чем ты ему так приглянулась, - ехидно и зло прошипела бывшая секретарша Брюмера, готовая, судя по всему, вцепиться Хельге в волосы, - жаль, что он не рассмотрел меня получше, а уж попади я к нему домой, я бы не растерялась!

   - Что-то ты со своим боссом-то не справилась? - снова вступила в разговор первая. - Так надоела ему, что он тебя в лагерь отправил?

   Неожиданно их прервала одна из тех женщин, до которой вообще не дошла очередь.

   - Хельгу следовало бы пожалеть, - сказала она, поправляя на себе платье в рваных оборках.

   - Почему это? - откровенно удивилась блондинка.

   - Да потому, - продолжила последняя, - что более жестокого человека лично я на своем пути не встречала. А я тут провела гораздо больше времени, чем вы все, вместе взятые. Так что, Хельга, я могу тебе только пожелать выйти из его дома живой.

   В ответ на это Хельга закрыла лицо руками и, помотав в отчаянии головой, прошептала:

   - Я этого больше не вынесу. Я не такая, как вы, я не могу так.

   Оставшиеся часы до того, как ее отвезли в дом коменданта, Хельга провела в страхе от ожидания своего вступления в новую должность, однако какая-то надежда в ней все же теплилась. "Все равно, - думала она, - один человек, пусть даже и очень жестокий, - это лучше, чем постоянный кошмар пятого барака. Я просто буду стараться делать все так, как он говорит, буду выполнять все его приказы. Конечно, рассказывают, что он может убить и без повода, но вдруг это все-таки вымысел?"

   Глава 3

   Конец дня выдался для Клауса нервным и насыщенным мелкими неприятностями, поэтому, оказавшись вечером дома, он был неприятно удивлен присутствием своей новой прислуги, которая, уже переодетая в характерное платье с белым фартуком, встречала его в прихожей.

   - Тебе все объяснили? - зло спросил он, проходя в комнату.

   - Нет, господин комендант.

   "Чертов Ганс, - подумал Клаус, нервно расстегивая пуговицы, - чем он занимался? Это убогое платье ей выбирал?"

   - Слушай внимательно, - сказал он, подобрав с кресла и накручивая на руку кожаный ремень от парадного мундира, - я ничего не буду повторять тебе два раза. Я не терплю посторонних людей у себя в доме, и то, что ты и этот итальянский урод здесь находитесь, продиктовано необходимостью. Твоя работа - это наводить здесь порядок и выполнять мои распоряжения, если я тебе прикажу. Еды ты не должна касаться. Твоя забота - только сам дом. Все должно быть идеально, иначе... Но лучше тебе не знать, что будет иначе. Твое место в правом крыле в полуподвале. Туда проведен звонок, когда ты мне понадобишься, я тебя вызову, но раньше, чем это произойдет, ты не смеешь попадаться мне на глаза.

   - Поняла? - после небольшой паузы спросил он, снова невольно обращая внимание на то, что она дрожит от страха.

   - Да, господин комендант, - ответила Хельга, привычно опустив глаза.

   Клаус внимательно посмотрел на нее и, с минуту поразмыслив, понял, чего ему не хватает.

   - Да, вот еще что. Я приказываю тебе всегда, когда ты со мной разговариваешь, смотреть мне в глаза. Если я увижу еще раз у тебя эту лагерную привычку, я тебя изобью. Кроме того... При разговоре со мной ты должна четко отвечать на поставленный вопрос и не допускать таких ответов, как сегодня в лагере.

   - Простите... - попыталась сказать Хельга, однако Клаус прервал ее резким взмахом руки.

   - Нет! - рявкнул он. - Ты не имеешь права говорить до тех пор, пока я тебе не разрешил этого. Даже если ты хочешь извиниться. Если я решу, что позволяю тебе просить прощения, то я тебе скажу. А до этого ты должна молчать и слушать меня. А теперь убирайся.

   "Первая встреча прошла довольно-таки гладко, - думала Хельга, кутаясь в рваное одеяло в своей полуподвальной каморке. - По крайней мере, он объяснил все, что от меня требует. И если моя работа заключается действительно только в этом, то мне несказанно повезло. Конечно, неизвестно, что он за человек, но если он часто будет приходить домой такой уставший, как сегодня, то можно надеяться, что на меня у него уже просто не останется времени".

   Полночи Хельга провела, глядя на полусферу звонка, звук которого она боялась пропустить, а под утро заснула счастливая оттого, что первый раз за последние пять месяцев находится одна в тихой комнате с запертой изнутри дверью. И поскольку Клаус освободил ее от необходимости появляться к его завтраку, она впервые за много дней проспала все утро.