– Кому? – повторил Дэвид за мной. – Твоему мужу.

– А–а, Биллу, – кивнула я. – Конечно. Только он в Нью–Йорке.

Дэвид остановился и несколько мгновений смотрел на меня.

– Тогда ты поедешь со мной. Сегодня я могу присмотреть за тобой.

– Нет,  – возразила я, потянувшись за телефоном. – Я могу позвонить Гретхен.

Не отводя от него взгляда,  я поднесла телефон к уху. Вот только  не была  уверенна – хотела ли я, чтобы Гретхен ответила. Услышав знакомое приветствие ее голосовой почты, я положила трубку.

– Не отвечает, – сказала я. – Я могу попытаться позвонить Люси.

Дэвид осторожно взял телефон из моих рук, пока я смотрела на него снизу вверх.

– Уже поздно. Они спят. Поедим со мной, – сказал он. – Позволь мне сегодня  позаботиться о тебе.

– Не будь смешным. Я не ожидаю этого от тебя.

– Но я хочу.

– А что насчет того, что ты сказал мне ранее?

– Забудь об этом. С завтрашнего дня мы можем все начать сначала, – сказал он с глупой улыбкой. Дэвид положил руку мне на плечо, подталкивая меня к машине, но я воспротивилась.

– Нет, – сказала я, стряхнув его руку. – Я не могу забыть тех слов. Я не собираюсь уезжать с тобой.

– Мне очень жаль, если я тебя обидел, – произнес он. – Но я не сожалею о том, что сказал. Мне нужно быть твердым. Мне нужно держаться.

– Вот как? Но это не сделает тебя твердым в своих решениях. Не позволит держаться от меня подальше. Все нормально, я понимаю. Просто позволь мне поймать такси. У меня нет сотрясения.

– Иисус, Оливия, я только что все объяснил, – его резкий тон неожиданно перешел в глубокий бас. – Я не позволю тебе исчезнуть, особенно сейчас, когда я знаю, что тебе плохо. Пожалуйста, все это мы можем обсудить завтра, а сегодня просто позволь позаботиться о тебе.

Я вздохнула. Выражение его лица менялось, переходя от злости к обеспокоенности, а затем к обиде, и все это в течение десяти секунд. В конце концов, я смягчилась, но постаралась убедиться, что между нами достаточная дистанция, чтобы он снова не прикоснулся ко мне.

– Я надеюсь, что моя машина все еще на месте, – сказал он, как только мы двинулись.

– Хмм?

– Автомобиль, в который ты почти влетела, был моим.  Я выскочил из машины, чтобы побежать за тобой.

– О, – растерянно сказала я. В моем нервном состоянии я даже не помнила ту машину. Я в слепую последовала за Дэвидом, слишком уставшая и раздраженная, чтобы продолжать сопротивление. Он открыл для меня дверцу “Порше”, но при этом мы не произнесли ни слова. По мере того, как я анализировала события этого вечера, в моей голове начали формироваться вопросы, но все, что я хотела в данный момент – это прилечь.

Дэвид припарковался на отведенном ему месте подземной парковки, и я последовала за ним к двойным дверям. Он провел ключ–картой по электронному замку, и двери громко щелкнули, позволив нам войти в окрашенную под мрамор кабину лифта. Дэвид положил руку на нижнею часть моей спины, подтолкнув к противоположной стене.

– Добрый вечер, мистер Дилан, – сказал сурового вида мужчина со своего  поста охраны. Его глаза подозрительно сузились, когда он увидел меня. Должно быть, я в отвратительном беспорядке, подумалось мне. Но затем я поняла, что подобный взгляд был не из–за моей внешности, а из–за количества девушек, которых он наверняка видел, проходящих здесь под руку с Дэвидом.

– Горман, – ответил Дэвид, кивнув.

– Все в порядке, сэр?

– Да, спасибо. Возле моего офиса произошла небольшая стычка, но обо всем уже позаботились.

– На самом деле, это моя вина, – сказала я, протягивая ему руку. – Я Оливия.

– Рад познакомиться с вами, мисс, – ответил он с легким удивлением, вернув мне рукопожатие. – Сомневаюсь, что именно вы виноваты. Но нужно быть осторожными на  улицах поздней ночью, – предупредил  Горман. – Должен ли я отправить что–нибудь наверх?

– Нет, нам ничего не нужно, – ответил Дэвид.

Очутившись в лифте, я могла почувствовать, как он наблюдает за мной, но я стояла, скрестив руки и отсчитывая количество этажей, пока мы поднимались наверх. На самый верх. Пентхаус. Я снова задумалась о его доходах.

Двери открылись прямо в мраморное фойе, в котором находилась  одна единственная дверь. Пока Дэвид отпирал замок, я заметила его  поникшие плечи и поняла, что он, должно быть, устал не меньше, чем  я.

– Устраивайся поудобнее, – произнес он, бросая ключи на круглый столик в прихожей. Дэвид указал на гостиную, а сам исчез за соседней дверью.

Эта короткая передышка позволила мне приспособиться к моему новому окружению, когда я переступила порог его квартиры. Сняв обувь, я ступила с холодного деревянного пола на плюшевый  ковер цвета слоновой кости. Сделав еще три шага, я оказалась в безупречно обставленной гостиной с двумя зелеными кушетками из сосны середины прошлого века и большим кожаным коричневым креслом. У монохромной каменной стены находился уютный камин, который служил центром комнаты. На стеклянном журнальном столике, основание которого было сделано из такого же красного дерева, что и пол, находились три небольшие цветные абстрактные скульптуры и стопка книг по дизайну.

Комната была тщательно и со вкусом обставлена, но при этом не вызывала у меня чувства холодной пустоты, как в других дизайнерских квартирах. Пожалуй, самым завораживающим было огромное белое окно, через которое, между высокими гладкими колоннами, можно было увидеть озеро Мичиган.

– Это не совсем то, что я ожидала, – крикнула я. Полюбовавшись на  вид, открывающийся  с восемьдесят четвертого этажа, я подняла глаза к рифленым сводам с темными деревянными балками.

– По–твоему квартира не похожа на холостяцкую берлогу? – спросил Дэвид из другой комнаты. Я улыбнулась про себя.

– Ну вот, наконец, и улыбка, – сказал он, вернувшись. – Идем, – махнул Дэвид мне рукой, целенаправленно направляясь к кушетке. Я пересекла комнату, но прежде чем смогла сесть, он снова дотронулся до подбородка, приподнимая мое лицо.

– Это может немного жечь, –  сказал Дэвид, демонстрируя мне полотенце со льдом. Я кивнула, когда он осторожно приложил полотенце к моей щеке, глядя мне в глаза. Я резко выдохнула, когда он чуть сдвинул его.

– Прости, – пробормотал Дэвид. – Хотя, это поможет, – через мгновение он добавил, – Ты должно быть разбита.

Я скривила лицо.

– Дерьмо. Плохой выбор слов.

Я легко рассмеялась, а затем  поморщилась.

– Я некогда бы не спросила, будь мы в другой ситуации. Он ударил тебя?

Дэвид смотрел скептически.

– Нет, я в порядке.

– Очередной Кларк Кент. Мой супергерой, – прокомментировала я, широко улыбаясь.

– Вряд ли, – засмеялся он, но я заметила легкую краску смущения на его щеках. – Но, может быть. Ты знаешь, как трудно преследовать и покорить кого–то в модельных туфлях?

Мне кажется, я рассмеялась над его шуткой, но при этом чувствовала себя так, будто получила кулаком под дых. Преследовать… и покорить…  Слова эхом отдавались в моей голове. Вожделение воспылало во мне при мысли о том, как Дэвид отыгрывает эти действия на мне. Вот только, когда он поймает меня, дела пойдут несколько иначе, нежели сегодня вечером.

– Вот, держи это в течение минуты, – сказал он, вырвав меня из моих мыслей. Дэвид еще раз вышел из гостиной, вернувшись с двумя таблетками “Тайленола” и стаканом воды. Я передала ему полотенце и с благодарностью приняла лекарство, надеясь, что боль наконец утихнет.

– Давай я отведу тебя в постель, – сказал Дэвид, от чего моя голова пошла кругом. Он закатил глаза. – У меня есть комната для гостей, в которой ты можешь переночевать.

– Конечно, я понимаю.

Неуверенный смех сорвался с моих губ. Дэвид показал мне пустую комнату, которая была столь же красива, как и вся квартира, хотя и не так изобретательно обставлена. В ней находились кровать, прикроватная тумбочка и комод, но этой комнате не хватало тепла, присущего остальной части квартиры.

– Там находится ванная, – сказал Дэвид, указав на дверь в противоположной стороне. – Я могу дать тебе что–то более комфортное для сна.