Я чувствовала себя дезориентированной в этой чужой постели и была совсем не уверена, что смогу заснуть, когда внезапно почувствовала, как Дэвид лег рядом со мной. Подвинувшись в его сторону, я произнесла:

– Мне холодно.

– Иди сюда, – Он притянул меня к себе, и я с радостью послушалась, подстраиваясь под его тело, хотя это было вовсе не свойственно мне. Положив руку ему на грудь, я устроилась на его плече.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он мне в волосы.

– Побаливает, – вздохнула я.

– Хорошо, я хочу, чтобы ты надолго запомнила этот уикенд.

– Могу я рассказать тебе кое–что? – поинтересовалась я.

Перевернувшись, Дэвид подмял меня под себя. Он смотрел мне прямо в глаза, устроив свой подбородок на моей груди. Казалось, что его тело намного длиннее моего, и я представила, как его ноги висят на краю кровати.

– Оливия, я ждал этого вопроса в течение нескольких недель. Пожалуйста, расскажи мне это, чтобы я хоть немного мог понять женщину, которое сейчас находиться подо мной.

Засмеявшись, я легонько стукнула его по плечу.

– Не смешно.

Он не засмеялся, и на его лице оставалось нечитаемое выражение.

Я неловко прокашлялась, решив не откладывать признание в долгий ящик.

– Это, то есть… – Я почувствовала, что краснею, и немного сдвинулась под его весом. Интересно, еще не поздно изменить свое решение. Я попыталась коснуться мочки уха, как делала всегда, когда нервничала, но Дэвид, по–прежнему не отводя от меня глаз, поймал мою руку и поцеловал запястье. Я осторожно потянула ладонь из его хватки. – Это был мой первый оргазм с кем–либо. Ну, первый и второй, – добавила я, глядя в потолок.

– Что? – его голос даже изменился от удивления. – Ты не можешь говорить серьезно, – сказал он, поднимаясь и садясь передо мной на колени.

– Это правда. Ты считаешь меня уродом? – легко спросила я. Моя рука опустилась на кровать и я поежилась, внезапно почувствовав холод.

– Прости, – пробормотал он, вновь устраиваясь у меня между ног, так что мои руки оказались под ним. Огромная улыбка расцвела на лице Дэвида, а затем он быстро поцеловал меня в губы. – Нет, – сказал он решительно. – Я просто не могу в это поверить.  Как такое может быть?

Я замялась, не зная, как лучше объяснить.

– Я кончала, оставаясь наедине с собой, но никогда с партнером. Мы с Биллом всегда стремились к этому, но спустя какое–то время он оставил попытки. Это не означает, что я осуждаю его. Чем тяжелее он работал, тем менее возбужденной я становилась. Я позволила ему наблюдать за мной, но это не принесло результатов. – Я замолчала. – Так что прямо сейчас я могла оказаться на другой планете. – Он поцеловал основание моей шеи больше раз, чем я могла сосчитать. – Думаю, помогает и то, что все это назревало в течение двух месяцев, – добавила я.

Он остановился.

– О, правда? Тогда как ты объяснишь второй раз? – Я послала Дэвиду застенчивую улыбку, но его лицо стало серьезным. – Ты даже не представляешь, что это означает для меня, – сказал он, оставив еще один поцелуй у основания моей шеи.

– Это означает, что ты опытный любовник, – пошутила я, хотя предполагала, что причина не в этом. Я расцвела для него. Тесно прижавшись к нему и ощущая его вес на себе, мне казалось, что мы находились в нашем собственном мирке, где я чувствовала себя в безопасности.

– Нет, – выдохнул он напротив моей шеи. – Это другое.

Его голос был так тих, что мне пришлось напрягать слух, чтобы услышать. “Это другое даже для тебя, Дэвид?” – хотелось мне спросить, но я просто лежала и наслаждалась, чувствуя его губы, его дыхание, его тело. Приподняв голову, он послал мне озорной взгляд.

– Ммм, – застонал Дэвид, мягко надавив на меня бедрами, демонстрируя, что он снова стал твердым. – Это, возможно, самое сексуальное из того, что я когда–либо слышал.  Даже лучше, чем лишение девственности.

– Дэвид! – взвизгнула я.

Он рассмеялся. Это был настолько игривый, нехарактерный для него комментарий, что я ничего не могла с собой поделать и присоединилась к нему.

– Я серьезно. Ты такая лиса. Если бы ты была моей девушкой, я бы использовал каждый шанс, чтобы заставить тебя кончить.

Смех растаял на моих губах от его слов. Дэвид скользнул ниже по моему телу и прижался лицом к груди. Не поднимая головы, он вздохнул и потерся щетиной о нежную кожу.

– Я говорил тебе, что ты невероятна?

– Я тщательно работала над тем, кто я есть, – ответила я.

– Знаешь, когда я посмотрел в твои глаза тогда, в театре, я был ошеломлен. Ничего подобного никогда не случалось со мной. Когда я увидел тебя в том золотистом платье, в ресторане, я понял, что ты самая красивая женщина, которую я когда–либо видел. Ты словно светилась. Но сейчас, в моей постели, обнаженная и расслабленная, – Дэвид сделал паузу и наклонился вперед, чтобы нежно поцеловать меня в губы. – Ты само совершенство. Я не хочу видеть тебя ни в каком другом качестве.

Я провела  рукой по его щеке и волосам. Мне причиняло боль осознание того, что я не могу ответить ему так, как бы мне хотелось, поэтому я просто касалась его, запоминая посредством рук.

Его гигантские ладони обхватили мои ребра.

– Такая гладкая, – прокомментировал Дэвид, поглаживая пальцами мою кожу. “Все кажется гладким в темноте”, – подумала я.

Стоило ему коснуться указательным пальцем моего шрама, я вздрогнула, а мышцы под его руками непроизвольно сократились.

– За исключением этого. Откуда он? – спросил Дэвид.

Сглотнув, я зажмурилась, радуясь ночной тьме, которая могла скрыть подробности и помочь мне избежать лишних вопросов. Почему он спросил меня об этом? Кого волнует, что это? Сжав простыни в кулаках, я надеялась, что он оставит эту тему. Вместо этого, Дэвид наклонился ближе и осмотрел его.

– Что это?

– Разве недостаточно для одной ночи? – полушутя спросила я. Его молчание было достаточно красноречиво. Вздохнув, я убрала его руку.

– Он уродливый и мне не нравится говорить о нем. Давай оставим эту тему.

– Что случилось? – настаивал Дэвид.

– Я не хочу…  лгать тебе. Так что, пожалуйста, не заставляй меня.

Мягко рассмеявшись, он уткнулся носом в мою грудь, оставив легкий, как перышко поцелуй, на разгоряченной коже.

– Не лги. Меня не так просто напугать.

Внезапно его тело стало ощущаться таким тяжелым, а его дыхание на моей коже раздражающим, как если бы Дэвид каждым своим вздохом ударял по моим расшатанным нервам. Должно быть, я начала отодвигаться, потому что он неожиданно резко скомандовал:

– Остановись. Не отстраняйся. Расскажи мне, что произошло.

Помолчав секунду, я пересилила себя:

– Моя мать случайно ударила меня, когда я была подростком. – Это признание, произнесенное вслух, казалось нелепым. Я не говорила об этом с той ночи в больнице. Море крови. – Мои родители ссорились больше года, что и привело к их разводу, но дело никогда не доходило до агрессии, пока однажды ночью мама не схватила нож. Я не думаю, что она действительно хотела причинить вред отцу, но я прыгнула между ними и, ну, о результате ты можешь догадаться.

Как только слова слетели с моих губ, я больше не чувствовала себя загнанной в угол, и тело Дэвида больше не ощущалось, как ловушка, а скорее, как щит. Я скользнула рукой по гладкой коже его спины. Я произнесла это вслух и мир не обрушился. Хм, ну, мне так кажется.

– Что дальше?

Снова вопросы.

– Ты задаешь слишком много вопросов, – сказала я. Я зарылась рукой в его волосы, позволив шелковистым прядям скользить между пальцами. – Ты что, собираешься спасать меня от моего прошлого, Дэвид? – спросила я с грустью.

Я немного потянулась в его руках, но Дэвид, извиваясь, снова продвинулся по моему телу, оседая на меня сверху. Он мягко коснулся моих губ, задержавшись лишь на мгновение, а затем опять поцеловал меня, на этот раз приоткрыв рот. Мучительно медленно его язык ласкал мой, тогда как его рука легла на мой подбородок.