– Да, что я. Мне еще многому надо научиться. А, вот, Мирослав у нас. Он самый крутой. Все, что ни делает, все лучше всех. Всегда впереди. Богдан даже иногда обижается, насколько Мирослав младше его, и насколько более мудр и проворлив. Ты знаешь, он не раз нас всех спасал. Я им искренне восхищаюсь и, если честно, равняюсь именно на него, а не на Юджина с Кузьмой, или на Богдана. Знаешь, когда мы были маленькими, он тоже всегда был впереди всех. В точности копировал отца, всегда больше всех занимался, читал, учил разные науки, а уж когда дело доходило до спорта… при этом не зазнавался никогда. Знаешь, – он усмехнулся, глядя в окно, – все девчонки сначала влюбляются в него, а потом только замечают нас. И с тобой так было.

– Что-о-о? – удивилась я, чуть было не упав с подоконника.

– Как, вы же с ним в отношениях, разве нет?

– Нет! С чего ты взял?!

– Ну, как… Он… влюбился. Ходит, только о тебе и говорит. Аня то, Аня се. Мы его пытаемся останавливать, Ростов на него ругается, угрожает, а этот бежит покупать цветы и мчится к тебе.Вы постоянно ругаетесь. Разве это не любовь?

Я чуть было не задохнулась от возмущения, услышав такие выводы.

– Анис. У нас не было и нет отношений с твоим братом. И не может быть.

– Почему? Из-за этого француза?

– Нет… Не важно. Просто не может быть.

– Ну и зря. Француз приедет и уедет. А Мирослав, он… надежный… он… лучший…

– Ты что? – догадалась я, – пришел меня уговаривать стать девушкой Мирослава?

Младший хитро улыбнулся:

– Ну… мало ли… получилось бы. Вы отлично смотритесь. Де Круа, конечно, тоже очень хороший человек. Но, лично я, был бы рад, если бы ты вошла в нашу семью! С нами тихо и спокойно. Смотри, как твоя жизнь изменилась, как появился француз. Либо тебя кто-то пытается убить, либо ты сама… уж прости.

– Нет… ты… прав…

– Вот, видишь. Зачем тебе это надо? Ты даже еще школу не закончила! Ты младше меня! А пережила за последние дни столько, что ни в одну книгу не вместиться рассказ об этом.Понимаешь?

– Понимаю.

– Смотри, – продолжал поучительно Анис, – сейчас приедет господин Де Круа. Допустим, мы выйдем из этого всего сухими, но, что будет потом? Опять и опять погони? Покушения? Понимаешь, я с братьями не так давно начал работать как детектив. Но уже успел понять главную истину – где замешаны большие деньги, там всегда кровь и ненависть. А у него их… Посмотри. Всю его семью убили и его хотели. Маму, папу и даже красавицу сестру – я видел ее фото в деле. Теперь он случайно познакомился с тобой. Еще толком ничего не началось, а ты уже из больниц не выбираешься. Подумай. С Мирославом тебе будет спокойно. Если ты сомневаешься на счет его чувств – зря. Я его действительно таким сумасшедшим никогда не видел – он голову от тебя потерял. И, поверь, как только вы будете вместе, сразу все неприятности исчезнут.

Я смотрела в окно. И понимала, что Анис прав. На все сто процентов. С Гаем меня всю жизнь будут ждать погони и покушения. Мы познакомились несколько недель назад, а уже столько всего произошло. Что же тогда будет потом?

– Пей свой кофе и… подумай. У тебя есть еще и время, и возможность решить правильно и выбрать нужное направление. И, помни, мы всегда тебя примем.

После этих слов Анис покинул кабинет. Он затронул мою душу своими словами, не буду отрицать. Но, сейчас я понимаю, что чувства иногда бывают в сто раз сильнее разума и с ними невозможно справиться. Вот, как сейчас. Я не могу отойти от окна… Боюсь от него отойти хоть на секунду. Потому… потому что жду его…

***

– Ха! Хитрая у них тут система! В “Панцире” в разы была проще!

– Кузьма, но ты сможешь с этим справиться, – уточнил Богдан.

– Надеюсь. Похоже, это пульт наблюдения за всеми камерами в доме и вокруг дома… так… сейчас посмотрим, что у нас здесь.

Мирослав вместе с остальными мужчинами был в комнате охраны. Он, конечно, очень хотел найти Аню. Ему было стыдно за то, что он вытворил в гостиной. Не сдержался. На девушку и без того столько всего навалилось, а тут еще и он со своими признаниями.

Ему было трудно сдержать себя в тот момент. Она была так близко… Такая прекрасная и беззащитная… Он не мог поступить по-другому. А сейчас на его губах остался след от ее губ. Маленьких, таких манящих, мягких и теплых губ… Аня… Он хотел извиниться, но не знал, как это сделать. Мирослав видел, что Анис понес ей кофе, знал, что она в полном одиночестве сидит в кабинете на втором этаже.

– Иди, – сзади тихонько подошел Анис и шепнул ему на ухо, – иди, она там одна. Вам надо поговорить.

Мирослав посмотрел на младшего брата, тот заговорщицки подмигнул. Может быть, Аня попросила его позвать? От этой мысли у молодого человека крылья выросли за спиной. Он похлопал брата по плечу и ринулся на второй этаж.

Остановился перед дверью кабинета. Не сразу решился войти.

Постояв минуту, все же положил руку на дверную ручку и нажал вниз. Он увидел Аню. Та даже не пошевелилась. Она сидела на подоконнике и смотрела в окно. На улице почти стемнело, но она все равно не отрывала взгляд.

– Аня… – сказал он тихо, – прости меня.

Она даже не повернулась.

– Аня, Анечка, прости… прости… Я понимаю, что не вовремя.

– Мирослав, пожалуйста. Мы же все уже обсудили.

– Не прогоняй меня. Позволь, я просто посижу здесь.

На лестнице послышался чей-то топот, через секунду в кабинет ворвался Валентин:

– Едут, – заявил он с порога.

– Замятин?! – вскочил Мирослав.

– Нет, Де Круа! Анна, из комнаты не выходить, пока мы не убедимся, что это точно он.

Мирослав моментально сник. В этот момент он понял, что битва, так и начавшаяся, почти проиграна.

***

Валентин убежал вниз, а я жадно впилась глазами в окно. Едет! Он здесь!

Наверное, в другом конце сада открылись ворота, потому что оттуда показался яркий свет фар. Через мгновение, огоньки двинулись в сторону дома. Плавно, словно корабли, три машины подъехали к главному входу.

Сердце в моей груди сжалось и, по-моему, поднялась температура. Из автомобилей стали выходить люди. Все были вооружены автоматами  и одеты в черное. Наконец, двери спортивного автомобиля тоже открылись, со стороны пассажира вышел грузный мужчина в черном же бронежилете. А со стороны водителя вышел… Гай… Он поднял голову наверх и посмотрел мне прямо в глаза. Всего долю секунды. И тут же направился в дом.

***

Гай был слишком долго в пути, чтобы медлить еще хоть секунду. Но, от шоссе по аллее он ехал медленно. Как будто почувствовав – вот она, цель. Успел.

Весь кортеж подъехал к массивным воротам, у которых тут же зажегся свет – отлично, они нашли пульт управления системой наблюдения. Он вышел из салона, чтобы ребята могли убедиться, что это точно он.

Ворота открылись и он снова вернулся за руль. Медленно двигаясь по аллее, Де Круа заметил фигуру в окне кабинета. Когда они подъехали к крыльцу – убедился. Это была Анна. Она сидела на подоконнике и смотрела на подъехавшие машины. А за спиной у нее стоял хмурый Мирослав. Хорошо. Охраняют все время – это очень хорошо, мысленно их похвалил еще раз.

– А что, неплохой дом! – заявил Борис, как только вылез из машины, – так, ты давай, давай, иди. Доверь мне все остальное. Ты же знаешь, по части охраны, мне просто нет равных!.

Француз и русский вошли в дом, а за ними и вся охрана в бронежилетах. Помещение моментально наполнилось вооруженными людьми. Все были в черном. Даже француз, как и всегда в черных брюках и черной же рубашке, пиджак он оставил в мерседесе.

– Патрон! – радостно воскликнул Ростов.

Де Круа кивнул ему и, не задерживаясь, направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

– Так, ребятки! Теперь все слушаем старого дядю Борю! Вы четверо – двое охраняют периметр, двое сменяют каждые полчаса… – русский уже начал расставлять всех на позиции, честно выполняя обещанное. К слову сказать, он действительно в этом был профи, каких поискать.

Гай же в считанные секунды преодолел расстояние до кабинета.