— Поменяемся? — голос Блейка был словно силовое поле, отталкивающее нас друг от друга.

— Конечно, — Джош пожал плечами, откинул дверцу барной стойки и ушел.

Блейк зашел вместо него.

— Ты сердишься на меня?

Я повернулась к нему спиной, схватила цветы и понесла их в кладовку, где оставила свой рюкзак.

— Oоо, так ты злишься и игнорируешь меня?

Я развернулась на каблуках и оказалась перед ним. Он стоял прямо там, возвышаясь надо мной. Хантер загородил меня обеими руками, положив ладони на стену по обе стороны от моей головы. Опустив голову вниз, я сказала:

— Итак, пытаешься запугать меня, чтобы я поговорила с тобой? Как-то подло, не считаешь?

Он уронил руки и, выдохнув, разразился проклятиями.

— Я просто не могу поймать тебя.

— Тебе не нужно ловить меня. — Я подняла взгляд. — Все, что я просила, было всего лишь продолжать делать то, что ты делать на протяжении последних четырех лет. Просто игнорировать меня. Просто делать вид, что меня не существует. Но ты не смог. Зачем надо было устраивать это представление в спортивном зале?

— Да что это с тобой?

— Ничего! — сдалась я. — Я лишь хочу прожить следующие несколько месяцев незамеченной, как делала это всю жизнь, и я не хочу, чтобы ты мне все испортил!

— Почему? Это что, такая большая проблема, если люди видят тебя? Замечают тебя? В чем, блин, проблема?

— Я не хочу, чтобы люди вроде твоей девушки… — я осеклась. Ему не стоило знать, что сделала Ханна.

— Ханна? — его глаза расширились. — Она что-то сделала тебе?

— Нет, — я быстро затрясла головой. — Нет, Блейк. Ничего не случилось.

Он изучал меня некоторое время, очевидно пытаясь решить, верить мне или нет. Затем искра зажглась в его глазах.

— Говоря о девушках, — сказал он, сжав зубы, — не хочешь объяснить, почему для тебя было нормальным поцеловать меня в субботу ночью, когда ты знала, что у меня есть девушка, а у тебя парень?

— О чем, черт, ты говоришь? У меня нет парня!

— Oоо… — он закатил глаза. — Так, значит, ты едешь в дом Клейтона среди ночи, он открывает тебе дверь, будучи полуголым, и он не твой парень?

— Ты следил за мной?

— Я хотел убедиться, что ты вернешься домой в целости и сохранности. Не меняй тему.

— Я не меняю тему, придурок. Я же сказала, у меня нет парня!

— Так что же это тогда? Вы просто трахаетесь, когда захотите? Без обязательств?

— Да пошел ты!

Я попыталась пройти мимо него, но он схватил меня рукой.

— Скажи мне, что я неправ! — Я могла увидеть мольбу в его глазах, но мне было все равно.

— Ты неправ, — сказала я ему.

— Объяснишь?

Я сделала резкий выдох.

— Не то чтобы это было твое дело, но я прихожу в его квартиру, чтобы поспать. Я говорила тебе, что не люблю возвращаться домой в середине ночи, потому что могут проснуться дети, — я отцепила его пальцы от моей руки. — И это не должно иметь какое-либо значение. Потому что ты и я — мы никто. Никогда не были кем-то и никогда не будем.

      Блейк

Такая же вечеринка была и в прошлом году. Это была вечеринка вечеринок. Какой-то парень вернулся из колледжа и организовал ее. Он сказал, что вход свободен для средних и старших классов, но только для избранных. Приглашения были высланы по Фейсбуку. Ты должен показать приглашение на телефоне перед тем, как войти. Это и означало для избранных. Ханна трепетала, когда я получил приглашение. Она не получила его, но она была моей девушкой и это автоматически делало ее моим плюс один.

Я сказал ей, что мне нужно помочь Джошу кое с чем и сорвался в последнюю минуту. Это была ложь. Правда в том, что большинство моих так называемых друзей раздражали меня. После появления Томми жизнь Джоша сильно изменилась, ему нужна была поддержка друзей, но они отвернулись от него и его ребенка. Поэтому я не ощущал нужды проводить время с кучкой придурков, чьей самой важной проблемой было решить, что выпить и кого трахнуть.

В течение шести дней Ханна, по-видимому, решила игнорировать меня. Я обычно и не знал этого, пока она не говорила мне. Однажды она пришла ко мне, сбросила одежду, и мы занялись сексом, а после этого сказала, что прощает меня. «За разрушение ее планов по установлению контактов со студентами колледжа». Именно так она и сказала.

Наши с Ханной отношения работали, поскольку мы использовали друг друга. Она использовала меня ради социальной иерархии. Я ради секса. Это была негласная сделка. И это никогда не имело значения. До сегодня.

Итак, Ханна игнорировала меня шесть дней, и я этого даже не заметил.

Хлоя делала то же самое в течение шести часов, и казалось, что моя жизнь закончилась.

— Хлоя, пожалуйста! — я умолял ее, и неважно, насколько жалко это звучало. — Пожалуйста, поговори со мной. Прости меня, — я обошел ее, вырвал тряпку из ее рук и поднял над головой.

Она повернулась, пристально посмотрела на тряпку, потом ее губы сжались в тонкую линию, а руки скрестились на груди.

Поскольку она молчала, то я говорил за двоих.

— Прости меня, — повторил я. — Я был придурком. Мне не стоило напрашиваться на твой урок по физкультуре. Мне нужно было послушать тебя. Я действительно хреново поступил. И мне точно не стоило делать поспешных выводов по поводу тебя и Клейтона. — Я остановился, чтобы перевести дыхание, а затем продолжил: — Я ненавижу то, что ты меня игнорируешь.

Наши взгляды встретились. Никто ничего не говорил. По крайней мере, не с помощью слов.

— Все в порядке, — наконец сказала она.

Я резко выдохнул. Я и не знал, что задержал дыхание. Мои руки опустились по бокам, и она быстро дернула за тряпку.

Повернувшись ко мне спиной, Хлоя спросила через плечо:

— Ты напросился на мой урок физкультуры?

Я сел за барную стойку, в то время как она вытирала ее вокруг меня. На секунду позволил себе расслабиться, пока она изучала меня.

— Ну да. Я имею в виду, а как ты думаешь, почему я там был?

Она кивнула в знак понимания, но движения ее замедлились. Она медленно подняла глаза, как будто была в чем-то не уверена.

— Потому что ты хотел увидеть Ханну?

Напряжение вернулось. Ее рука лежала на стойке, и я накрыл ее своей, тем самым умоляя остановиться и внимательно выслушать меня. Мне нужно было, чтобы она меня услышала.

— Хлоя, я был там потому, что хотел увидеть тебя.

Она подняла голову и прикрыла глаза.

— Блейк … — Она резко открыла их и стена, находившаяся за ними, рухнула. — Тебе не стоит говорить дерьмо вроде этого.

Я раскрыл рот, но так ничего и не сказал. Слов просто не было. Пока не было. Проглотив комок в горле, я произнес:

— Какое, например?

Она не ответила.

Остаток времени, посвященного уборке, мы провели в тишине.

На этот раз никаких скейтбордов.

Я не пытался спрашивать, что она имела в виду, потому что и так знал. И она была права, мне не стоило говорить подобное дерьмо. Но Хлоя… Она что-то привнесла в мою жизнь, что-то, чего не было до этого. Она заставляла меня хотеть находиться там. Остаться там. Как будто она забралась ко мне внутрь, взяла мое сердце в руки, сжала его и заставила биться заново. И так было на самом деле. Когда бы я ни находился возле нее, я мог чувствовать, как мое сердце бьется сильнее, быстрее.

И все это из-за нее.

— Я хотел попросить тебя об одолжении.

Пока Джош поворачивал ключ от боулинг-клуба, Хлоя и я ответили в один голос:

— Конечно!

Повернувшись к нам, он тихо рассмеялся.

— Я не прошу тебя. Я просто заставлю сделать это, — сказал он мне, а затем посмотрел на Хлою. — Позависаешь с нами в субботу вечером?

Ее глаза расширились, и она уставилась на меня. Я ухмылялся от уха до уха.