Я почувствовала отвращение к самой себе, когда он касался моего тела. Отвращение к своему телу. Это была так гадко, так мерзко…

Я и не заметила, как он расстегнул змейку на джинсах, слишком погрузившаяся в желание умереть. Единственное желание, все еще оставшееся у меня.

Он отпустил мои запястья, принявшись стягивать с меня штаны. Но, почувствовав свободу, я тут же предприняла попытку его оттолкнуть.

-Лежать, с*ка, - зло отреагировал он, вновь залепив мне пощечину, и продолжив свое занятие. Мои рыдания набрали новую силу.

А уже через несколько секунд я вздрогнула от громко хлопнувшей двери. Алексеев громко выматерился, тут же встав на ноги. И тут же полетев на пол от удара в челюсть.

Я свернулась калачиком, не прекращая рыдать. Мне было все равно, что Солдатов сейчас был настолько злым, что я даже и не представляла, что он на такое способен. Мне было все равно на то, как он меня нашел. Я просто продолжала чувствовать отвращение к самой себе.

Чьи-то руки заставили меня принять сидячее положение. И эти же руки притянули меня к чему-то теплому, где отчетливо было слышно, как сильно стучит сердце. Поцелуй в макушку стал последней каплей, и мои рыдания стали еще громче. Попытка отстраниться привела лишь к тому, что Сомаров прижал меня к себе еще крепче.

-Тшш, - раздалось тихое от него, и он осторожно начал поглаживать меня по голове.

-Пу-пусти, - выдавила я из себя. Не хотелось, чтобы он прикасался ко мне. Не тогда, когда я чувствовала себя грязной.

-Тихо, мышонок, все хорошо, - Кирилл все еще крепко прижимал меня к себе. Поцеловал в висок, двинулся ниже.

-Не-не надо, - я вновь попыталась отстраниться, но вновь неудачно.

-Прости меня, - выдохнул он, как обычно, собрав мои волосы в кулак. – Прости.

-За… За что?

-За все. Я не сделал ничего хорошего, - вторая его рука скользнула под пуховик, на обнаженную кожу, заставив меня по-новому задрожать. – Тшш.

-Уводи её отсюда, - раздался твердый и жесткий голос Солдатова.

-Конечно, - согласился Кирилл, тут же отстранившись. Как-то непонятно для меня, но он все же аккуратно поправил на мне бюстгальтер и свитер. – Давай, Алина, вставай. Пойдем отсюда, - он осторожно обхватил мое лицо ладонями, заставив посмотреть себе в глаза. А я не могла. Мне было стыдно. И я тут же отвела взгляд.

Мы сидели так еще с минуту, а потом Сомаров, видимо, принял решение, и подхватил меня на руки.

-Пусти, - выдохнула я, раздумывая, есть ли во мне еще слезы.

-Нет, - тихо, но отчетливо отозвался он, и прижал меня к себе еще крепче. Пошел на выход.

Больше я сопротивляться не стала. Прикрыв глаза, все еще хотела умереть. Чтобы не видеть Сомарова, чтобы он меня не видел. Чтобы не пришлось смотреть ему в глаза. Я не смогу.

-Осторожно, не ударься, - проговорил Кирилл, остановившись уже где-то на улице. И, кажется, пытался меня аккуратно впихнуть на заднее сидение чьей-то машины.

Не знаю как, но я действительно не ударилась, и оказалась внутри, тут же свернувшись калачиком. Дверь закрылась, и я осталась одна. По щекам вновь потекли слезы. Как много всего случилось за сегодняшний день.

Открылась передняя дверь, и на водительское место кто-то сел. Следом открылась и дверь рядом. Сомаров осторожно присел, тут же обхватив меня за плечи и потянув на себя. Запах табака ударил в ноздри, и я поморщилась. Но, пересилив себя, позволила прижать себя к груди.

-Извини, Алина. Я виноват в том, что произошло, - послышался спереди голос Солдатова. Вероятно, и машина тоже его.

-Не думаю, - тихо ответила я, вновь прикрыв глаза.

-И все же я виноват, - твердо проговорил он.

-Тогда я тебя прощаю, - вздохнула. На кого мне и стоило обижаться, так это только на себя.

-Отвали, Леха, - выдохнул Сомаров, принявшись вновь поглаживать меня по голове.

-Как скажешь, - совсем невесело усмехнулся Леша, и завел двигатель.

-Спасибо, - кивнул Кирилл, склонившись надо мной. Поцеловал в висок.

Машина тронулась с места, и мы куда-то поехали. Я даже не хотела спрашивать куда. Мне просто было все равно. Отвращение к самой себе так никуда и не делось. Лишь усилилось такой незаслуженной заботой со стороны парней.

Глава 11

Мы затормозили минут через десять езды, на протяжении которых я пыталась подавить свои эмоции, чтобы Кирилл ни о чем не догадался. Не знаю почему, но я не хотела, чтобы он знал о том, что я питаю отвращение к самой себе. Вероятно, просто не желала добавлять ему лишних проблем. Он и так уже взял на себя роль успокоителя моих нервов, и мне было неуютно от того, что стала ему в тяготу.

Еще в начале пути я притихла и позволила Сомарову поглаживать себя по голове. Кто знает, может, ему так проще со мной.

И сейчас вполне могла контролировать себя и свои действия.

-Приехали, - тихо проговорил Кирилл, осторожно приподняв мое лицо за подбородок. В слабом свете заглянул в мои глаза, которые я тут же отвела в сторону.

-Пошли, - еще тише ответила, и отстранилась.

Ничего не говоря, он смотрел на меня еще долгих несколько секунд, за которые Леша успел оставить нас одних, после чего, так же молча, открыл дверь и выбрался наружу. Я поползла следом за ним, и только сейчас осознала, что джинсы сидят на мне так же, как и после, так называемого, общения с Алексеевым. Поморщившись, я осторожно поправила их и застегнула, и только после этого наконец-то выбралась из машины.

Кирилл стоял рядом, куря очередную сигарету и смотря на темное небо, затянутое тучами. Поморщившись от табачного дыма, я запахнула пуховик, и осмотрелась по сторонам. Конечно, в темноте ни в чем нельзя быть уверенной, но, кажется, это был двор Сомарова. Он все же решил исполнить ранее намеченный план, и приютить меня у себя.

Я даже не знала, что хуже. Находиться в таком состоянии рядом с любимым человеком, которому я в тягость, и которому не нужна, или все же предстать вот так пред Алисой, и в полном одиночестве попробовать справиться с пережитым.

-Пошли, - спокойно отозвался Кирилл, бросив окурок на землю.

Ничего не ответив, я просто пошла к подъезду. Разговаривать совершенно не хотелось. А вот провалиться сквозь землю – еще как.

Мы вновь пошли пешком. Не знаю как, но я все же переставляла ноги, которые совершенно не желали слушаться.

-Ты как? – спросил меня Сомаров, остановив на четвертом этаже. От его хватки за предплечье я вздрогнула. Изнутри вновь начало подниматься гадкое чувство того, что меня пачкают.

-Нормально, - выдавила из себя, и переставила ногу на ступеньку выше.

Он держал меня еще некоторое время, а потом отпустил, позволив мне вновь рефлекторно подниматься вверх.

Вот он, седьмой этаж. Семьдесят седьмая квартира. Неужели всего этим утром я была тут?

Кирилл помог мне снять пуховик, который положил вместе со своим пальто туда же, куда и вчера. Я кое-как избавилась от сапог, после чего неуверенно глянула на грудь Сомарова, все еще боясь поднимать взгляд выше.

-А можно… - тихо начала я, но он меня перебил.

-Все можно, - единственное, что он сказал, после чего отправился на кухню, где горел свет. Послышались приглушенные голоса. Вероятно, Леша тоже сегодня тут погостит.

Прикусив губу, я неуверенно направилась в спальню Сомарова. Он сам сказал, что все можно.

Включила свет. Подошла к шкафу. Открыла. И тут же вспомнила, где оставила его рубашку.

Недолго думая, покинула комнату, сделав все так, как было до моего прихода. Зашла в соседнюю. Схватила черную ткань, и отправилась в ванную комнату. Мимолетом бросив взгляд в сторону кухни, закрыла за собой дверь.

Стоило только начать раздеваться, как меня пробила дрожь. От отвращения. От воспоминаний.

Поморщившись, я взяла себя в руки, и быстро скинула свою одежду. Встала под душ. Включила воду. Так и застыла, уперев руки в стенку и зажмурив глаза, которые тут же начало щипать.