· и нация в смысле государство , как территория в определённых границах и система управления делами общества (включая экономику) на этой территории , поскольку подавляющее большинство государств Запада — исторически сложились как моноэтнические государства, в которых одна, так называемая, «титульная нация» составляет подавляющее большинство населения [417] .

Казалось бы какая разница: признавать термин «нация» в одном из этих двух западных смыслов, понимая его как общность людей либо как государство — соответственно контексту или же в обоих смыслах одновременно; либо признать лучшим сталинское понимание исторического явления «нация», которое фактически повторяет и учебник обществоведения наших дней [418] ? — Разница же есть, и она довольно существенная, влекущая за собой многие последствия, не все из которых благодатны.

По существу каждый из двух смыслов слова вбирает в себя из «нации» в понимании этого термина, сложившегося в русскоязычной культуре к настоящему времени, только некоторые.

И подмножество этих признаков в каждом из двух значений слова «нация» в его западном понимании — как представляется при поверхностном взгляде — своё. В действительности же система государственного управления — одна из отраслей культуры [419] , вследствие чего оба значения термина «нация» в его западном понимании оказываются смешанными.

Кроме того, в западном понимании термина «нация» как исторически сложившейся общности людей безотносительно к территории, на которой проживает эта общность, и безотносительно к государственности, под юрисдикцией которой живут люди, исчезает различие:

· Народов , живущих на территориях своего исторического возникновения и развития;

· и , проживающих на этих же территориях. Диаспоры, сохраняя во многом , живут на территории исторического становления и развития того или иного народа.

В такого рода понятийном отождествлении народов и диаспор — выражается как минимум примитивизм [420] западной социологии, а как максимум — её ошибочность. В любом случае вследствие своих неадекватных представлений о том, что есть «нация», а что нет, — она может в определённых обстоятельствах становиться интеллектуально тупым орудием чужого злого умысла.

Но для того, чтобы строить политику в этнически неоднородном обществе [421] так, чтобы общество не было расколото взаимными предубеждениями и конфликтами, различие народов (наций в сталинском смысле этого термина) и диаспор (в ранее определённом смысле) — надо видеть хотя бы потому, что психология представителей народов и представителей диаспор — разная при всех особенностях каждого из народов и каждой из диаспор [422] .

И один из аспектов политики общественной безопасности по отношению к народам и диаспорам, проживающим в одном регионе, — исключение возможностей к паразитизму представителей диаспор на коренных для данного региона народах и подавление такого рода паразитизма.

При этом и общества диаспор любого народа психологически отличаются от общества того же самого народа, живущего на территориях своего исторического становления и развития.

Также и всякая диаспора во взаимодействии с разными народами, на территориях исторического становления которых она проживает, обретает своеобразие, выражающееся в особенностях культуры, психологии и этики её представителей, выросших в этнически неоднородном исторически своеобразном культурном окружении.

Соответственно этому жить во многонациональной этнически неоднородной, территориально огромной России и употреблять кальку «национальная идея» — не только примитивизм собственного мышления, но и верх холопствующего перед Западом идиотизма потому, что Россия — региональная цивилизация многих народов и многих диаспор в границах общего им всем государства, как бы это государство ни называлось на протяжении истории этой цивилизации: Московское царство [423] , Российская империя, Советский Союз, нынешняя Российская Федерация.

Если же под калькой «национальная идея» подразумевается «государственная идея», то её так и надо называть: «государственная идея», — признав, что статья 13 Конституции РФ в её нынешней редакции [424] не соответствует ни исторически сложившимся в России обстоятельствам, ни потребностям дальнейшего общественного развития, и соответственно она ВРЕДНА , поскольку: во-первых , не видит разницы между «государственной идеей» и «идеологическим тоталитаризмом» в смысле обязательности какой-то одной идеологии для всех граждан (статья 13, часть 2); а во-вторых , статья 13, часть 1: «В Российской Федерации признаётся идеологическое многообразие», — подразумевает, что множественность «государственных идей», т.е. концептуальная неопределённость государственного управления для России должна быть нормой.

И последнее обрекает Россию на проведение по умолчанию (без оглашения в обществе) любых — самых вредоносных по отношению к ней концепций извне — под лозунгом «идеологического многообразия», «плюрализма мнений», «свободы гражданского общества от идеологий» и т.п. вздора. При этом «идеологическое многообразие» может быть ширмой для того, чтобы одну и ту же антинародную идеологию подсовывать людям многократно, но каждый раз в новой «упаковке».

Соответственно статья 13 Конституции РФ должна быть изменена, поскольку:

· Государственность может обеспечивать своей политикой интересы людей, составляющих общество, только на основе выражения личностных и коллективных интересов людей общепонятным образом в государственной идее, представляющей собой более или менее полное и детальное выражение одной или нескольких (совместимых и взаимно дополняющих друг друга) концепций (Идей) организации жизни общества и стратегий воплощения провозглашённых идеалов в жизнь.

· Но при этом люди должны быть защищены от идеологического тоталитаризма, и в обществе должна быть обеспечена свобода обсуждения и развития Идей, на основе которых общество строит свою жизнь, включая государственность и политику государства: глобальную, внутреннюю, внешнюю.