— Добро!

— Добро делать трудно и неинтересно, — наставительно сказал Крек, — а зло — легко и интересно. А мы с детства полюбили легкие дорожки. Теперь уж поздно переучиваться, — буркнул он.

— Ничего, на нашей планете Свет Разума вас живо переучат, поставят на правильную дорожку, — пообещал Тик-Так.

— Ха-ха! Мы туда и близко не подлетим…

Пока шла эта перебранка, Макар не смел поднять глаза. Это из-за него они не попали на родную планету Тик-Така. Из-за него очутились в плену у Перевертышей. Из-за него погиб Гоша…

— У меня одна просьба к вам, — сказал он дрожащим голосом, — чтобы меня… первого бросили в вулкан!

Те на радостях обнялись и стали выбивать чечетку.

— Мы бросим его последним! — прогнусавил Вяк. — Пусть посмотрит, как по его вине мучаются другие.

— И все это снимем на кинопленку! — скрипел Крек. — Это будет потрясающий фильм. Шедевр киноискусства. На моей родной черной звезде за него дадут целый корабль золота. Там любят такие фильмы.

— Требуй два корабля! — подпрыгивал Вяк. — Один тебе, другой мне. Нет, лучше три: один тебе, а два мне.

Неожиданно вмешалась Даша.

— Уважаемые злодеи! — сказала она ясным голосом. — А если бы вам дали десять кораблей золота, вы отпустили бы нас на свободу?

Крек выпучил глаза, а Вяк даже присел.

— Десять кораблей золота? Мы не ослышались?

— Шесть кораблей мне, а четыре тебе! — завопил Вяк.

— Нет! — отрубил Крек. — Девять кораблей мне, а один тебе.

— Это несправедливо! — забрызгал слюной Вяк, но Крек уже не слушал его. Присев на ручку кресла Даши, он вкрадчиво спросил:

— А где же ты, девочка, возьмешь целых десять кораблей золота? Где?

— Неважно, — мотнула головой она. — Вы только скажите мне, отпустите нас тогда на свободу?

— Конечно, конечно, — проквакал Крек. — Но…

— И доставите на планету Свет Разума?

— Безусловно!

— Дайте честное пио… злодейское слово.

— Честное злодейское слово, что выполню свои обещания! — с жаром воскликнул Крек, поднимая вверх оба пистолета.

— Тогда развяжите меня, — потребовала Даша. Она побледнела. — Вот здесь у меня под скафандром…

— Не смей, Даша! — крикнул Макар. — Они обманут…

Но было поздно. Грубые руки пиратов зашарили под скафандром у Даши и мигом извлекли Цветок долголетия. Увидев его, Перевертыши застыли, словно в столбняке, не сводя помутневших глаз с добычи. Казалось, они сходят с ума. Развязать Дашу они и не подумали.

— Видишь, — с горечью бросил Макар. Даша в бессилии кусала губы.

Наконец злодеи пришли в себя.

— Вот это добыча! — выдохнул Крек.

— Мы о такой и не мечтали, — промяукал Вяк. Но тут вмешался Тик-Так.

— Вам дали выкуп, — он повысил голос. — Вы должны нас освободить даже по вашим бесчестным злодейским обычаям. Иначе я сообщу в Звездный Совет, как вы гнусно поступили…

— Вы уже никуда не сообщите, — бросил через плечо Крек.

— Вы не смеете так делать! — крикнула Даша.

Наконец злодеи налюбовались добычей.

— Из-за чего шум? — полюбопытствовал Крек, деловито пряча Цветок за пазуху. Его усатый напарник потянулся было к добыче, но главарь свирепо оттолкнул его. — Не хочется умирать?

— Почему вы нас не развязываете? — Даша гневно сдвинула брови.

— А зачем? Мы приближаемся к цели путешествия.

— Вы же дали честное слово выполнить свои обещания!

— А вам следует знать, что злодейское слово никогда не выполняется! Иначе оно не будет уже злодейским словом…

— Эх вы!

— А во-вторых, я клялся, что выполню свои обещания. Но какие? Ведь еще раньше я обещал изжарить вас на вулкане. Именно это обещание я и выполню.

Он подскочил к Даше и загнусавил ей прямо в ухо:

— Ну, согласись, девочка, что десять кораблей золота за Цветок долголетия и три корабля золота за фильм о ваших мучениях больше, чем десять кораблей золота за Цветок.

— Тринадцать кораблей! — застонал усач.

— А вот, кстати, и цель нашего путешествия, — зловеще сказал Крек. Он подошел к иллюминатору и отдернул штору:

— Планета Вулканов!

Словно кровью, каюту залили багровые отсветы пламени…

Крек умело посадил корабль — это был виртуоз своего дела — на краю самого большого вулкана, чтобы, как он выразился, «сразу заняться делом».

— Вяк, отвяжи пленников и выводи их. А я тем временем заряжу кинокамеру, — приказал главарь.

Едва он скрылся, Вяк подскочил к пленникам:

— Слушайте, слушайте! Я ослаблю ваши путы, а когда выйдем из корабля, то по моему сигналу бросайтесь на этого проходимца и вяжите его.

Макар и Даша с недоверием смотрели на него. А он тараторил:

— Пора наконец покончить с этим бессовестным грабителем! — толстые щеки его затряслись от злости. — Так обманывать людей! Мы бросим его в кратер, и пусть горит он синим пламенем.

— Но прежде отберем у него Цветок, не так ли? — спросил Тик-Так. Вяк подскочил:

— Конечно! Десять кораблей золота — и все мне! Только мне! Вы ведь не обманете?

— Мы-то не обманем, — Даша поднялась. — Но как бы вы снова…

Глазки Перевертыша воровато забегали:

— Нет, нет! Ни за что… — усач осекся. В каюту входил Крек. В руке его поблескивала кинокамера. Он подозрительно посмотрел на Вяка.

— Все готово?

— Да-да, — прохрипел тот. — Можем идти. Я связал их на славу. Если хочешь, проверь.

— Пойдем, пойдем, некогда. Время — деньги! Тик-Так уперся.

— Проверьте скафандры! На этой планете нет кислорода. А без кислорода жить нельзя…

Крек загоготал:

— Это без денег жить нельзя, а без кислорода как-нибудь проживем!

Но все же по его знаку Вяк проверил скафандры. Крек открыл люк, и пленники вышли наружу.

Тик-Так оказался прав: если бы на них не было скафандров, они сразу задохнулись бы от густого ядовитого дыма, окутавшего планету. И тогда не состоялись бы съемки фильма, все было бы кончено в один миг. Кругом дымились раскаленные камни, из трещин и ям выбивались струи пламени и газа, сотни больших и маленьких вулканов выбрасывали жидкую лаву и вулканические бомбы, которые с треском и грохотом падали на землю.

Крек с довольной улыбкой огляделся:

— Хорошо… Именно так мне всегда и представлялся рай для пенсионеров-злодеев…

Макар стоял настороженный, то и дело напрягая кисти рук, чтобы ослабить веревки. Усатый не обманул: веревки еле держались, их легко было сбросить.

Даша испуганно глядела на задымленные угрюмые скалы. Тик-Так с серьезным лицом к чему-то внимательно прислушивался.

— Ты готов, дружище? — придвинулся к нему Макар.

Тот еле заметно кивнул головой.

— О чем вы там шепчетесь? — набросился на них Крек. — Или вы еще не теряете надежды вырваться из моих рук? Напрасно!

Лицо его ужасало: жестокое, злобное и беспощадное, с горящими красноватыми глазками.

— Первым бросай его, — указал он на Тик-Така. — Все равно он ничего не видит и, следовательно, не будет страдать. А эти пусть смотрят. Подведи их к самому кратеру!

Он вскинул камеру к глазам, чтобы выбрать удобную точку съемки, и в это время усач за его спиной взмахнул рукой.

Это был условный знак. Пленники шагнули вперед.

— Отдай Цветок, негодяй! — Вяк схватил главаря за горло. Тот, хрипя, взмахнул камерой, и оба упали на дымящиеся камни. Макар одним движением сорвал с рук веревки и стремительно бросился к борющимся. И вовремя: сухой, вертлявый Крек уже брал верх над своим неповоротливым напарником. Оседлав Вяка, он схватил камень и занес его над головой. Толстяк в ужасе завизжал по-поросячьи.

Макар схватил разбойника за руку и опрокинул его на спину. Общими усилиями главаря быстро скрутили.

— Предатель! — связанный бандит заскрежетал зубами. — Вот как ты платишь за мою заботу! Предаешь уже триста восемьдесят шестой раз!

— А сколько раз ты меня предавал? — запыхтел толстяк. — Я уж и со счету сбился. Вспомни, как на планете Даномил ты не только выдал меня властям, но даже сам вызвался повесить меня на веревке из живых змей, плюющихся ядом!