Вадим улыбнулся:

— Подарок от мамы.

11

Вскоре они прибыли на очередную стоянку. Князь помог Саше слезть с коня, и всадники повели лошадей на водопой. Идип спустил детей с повозки, и они удобно устроились на бревне.

Веста рассказала Саше, что вчера на их глазах была убита мать, а отец находится на службе. Утром князь сказал им, что они останутся в деревне, в которой отряд остановится этой ночью, а когда он прибудет в военный лагерь, то отыщет их отца и отправит того к детям. Девочка старалась держаться, но то и дело украдкой вытирала слёзы, крепко прижимая к себе брата.

— Итак, повесит или обезглавит? — Сарас присел на бревно рядом с Сашей и протянул ей кубок с вином.

— Ой, знаешь, как-то забыла уточнить.

— Что ж ты так? Ведь этот вопрос должен тебя волновать в первую очередь.

— Меня больше волнует то, что я здесь застряла.

Саша опустила голову. Снова вернулись мысли о том, что ей не суждено вернуться домой. Она подумала о Паше и о Валерии Павловиче, о Марине и всех остальных, кто остался там, в её мире.

— Зато у нас весело, — Сарас попытался приободрить девушку, видя её грусть и боль от того, что произошло, и от чего ей теперь не уйти.

— Война весело?

— Ну, скоро она закончится, и будет весело. Уж я об этом позабочусь.

Саша улыбнулась. Теперь все эти люди не казались ей странными и необычными. Такие же, как и она по сути. Люди, у которых есть свои проблемы, которые живут и печалятся, радуются тому, что встречают новый день. Люди, которые смеются и любят — такие же, как и сама Саша, только инопланетяне.

— Меня удивляет, что мы говорим на одном языке.

— Не велено. Или ты забыла?

— Всегда слушаешься брата?

— Он правитель — его все слушают.

— А какой он правитель?

— Хороший. У нас плохих не было.

— Ты это говоришь, потому что вы родственники?

— Вадим, сними, пожалуйста, свой запрет на разговоры с этой девушкой. С её способностями можно лазутчиков допрашивать — всё выложат, — обратился Сарас к князю, который только что присоединился к ним.

Вадим кивнул в знак того, что отныне люди могут говорить с девушкой свободно.

— Отлично, — Сарас повернулся к Саше, — меня это тоже удивляет, хотя сам факт того, что ты с другой планеты уже невероятен.

Дети, сидевшие рядом, навострили уши. На их лицах отразилось изумление, они смотрели на Сашу во все глаза.

— Что, детишки, ещё не встречались с «другими»? — Сарас передал им ещё хлеба и задорно подмигнул.

— Можно мне посмотреть твой меч? — Саша указала на рукоять оружия, которое торчало из ножен.

— А ты умеешь им пользоваться?

— Нет. У нас царит культ огнестрельного оружия.

— Какого?

— Не знаю, как объяснить. Это когда металлические шарики стреляют из железной трубки, на огромной скорости разрывая свою цель. Не очень понятно, да?

— Ты говоришь о ружьях? — Сарас протянул Саше меч. Девушка медленно вытащила его из ножен ровно настолько, чтобы рассмотреть узоры на рукояти и частично на стали.

— У вас есть ружья?

— Сейчас нет, были когда-то. Давно. По-моему, их все уничтожили после Великой войны. Хотя может парочка завалялась в хранилищах. Что думаешь, Вадим?

— Возможно, но это слишком бесчеловечно убивать с такой лёгкостью, а такое оружие этому способствует, — князь допил вино и отдал приказ собираться.

***

Какое-то время они молчали. Саша разглядывала местные пейзажи, щурясь от яркого солнца. Вадим внимательно смотрел по сторонам, стараясь не пропустить малейшего движения, которое могло говорить о приближении врагов.

— Куда мы едем?

— Остановимся на ночь в поселении. Затем ещё неделю на юг — ближе к границе. Раньше она была дальше, но гуаны захватили часть наших земель. Там, в городе Ута, мы встретимся ещё с несколькими группами и отправимся в лагерь, к месту сражения. Это, наверное, ещё три дня в пути.

— Вам не страшно?

— Всем страшно, но делать нечего. Ты можешь остаться в поселении вместе с детьми, если хочешь.

— Я, пожалуй, поеду с вами, если конечно вы меня не убьёте.

— Я не тот человек, кто убивает без причины.

— Вы сказали, что после Великой войны наступил мир, и сотни лет не было ни одного преступления. Но у вас есть армия. Вы боялись повторения тех событий?

— Не совсем так. У нас всегда было боеспособное войско на случай угрозы с той стороны портала.

Саша удивлённо посмотрела на князя, но Вадим не обратил на это внимания.

— А вы сами были на той стороне?

— Нет. Это строго запрещено.

Больше они не разговаривали до самого вечера, пока не въехали на холм, с которого открывался вид на долину. Посреди неё располагалась небольшая деревушка. Туда-то они и направились.

12

Саша представляла себе, что местные деревни похожи на наши: с маленькими покосившимися домиками, цветниками, стариками, сидящими на лавочках возле своих зубчатых заборов. Здесь же ничего подобного не было и в помине. Деревня представляла собой одну длинную улицу, по двум сторонам которой, через каждые десять-пятнадцать метров, стояли двухэтажные дома.

Эти жилища напоминали шале, которые так популярны на горных курортах. Первый этаж был покрыт белой известью, второй был сложен из брёвен, а сверху дома венчали широкие крыши, сильно выступающие вперёд.

Когда отряд въехал в деревню, их встретили местные жители: женщины и дети, старики и несколько мужчин.

Вперёд вышла высокая и статная женщина. На вид ей было около шестидесяти лет, но она держала голову высоко поднятой, а её осанке могла позавидовать любая молодая девица.

Все женщины были одеты в длинные платья, по форме напоминающие русские сарафаны, только платья были цельными со стоячим воротничком, неглубоким вырезом на груди и длинными рукавами, которые обтягивали тонкие женские руки. Мужчины же носили обтягивающие рубахи и штаны. Одежда отличалась друг от друга по цвету и узорам, вышитыми серебряной нитью.

Вадим подошёл к женщине и о чём-то с ней переговорил. Авриил подвёл к ней детей, и та кивнула девушке, которая забрала Весту и её маленького брата, и скрылась с ними в одном из домов.

***

Близилась ночь. Женщина, которая оказалась главой поселения, повела Сашу за собой в один из домов. Они вошли в небольшую переднюю, а оттуда попали в просторную комнату. По одной стене здесь стояли столы, тумбы с дверцами и шкафы с кухонной утварью. В центре комнаты находился очаг, но это был очаг, не похожий на русские печи. Он походил на кирпичный стол, на котором готовились блюда, а сверху над ним нависал металлический купол — дымоход. Вся эта конструкция очень напоминала отдельно-стоящий камин.

Женщины пересекли кухню, и вышли на задний двор, где находились хозяйственные постройки. В одну из них хозяйка и повела Александру.

Это оказалась типичная русская баня, только посередине «парилки» стояла огромная деревянная ванна. Женщина дала Саше жёсткую губку и бочонок с какой-то жидкостью.

— Этим моют волосы и тело, — ответила она на Сашин вопросительный взгляд с таким видом, будто девушка неотёсанная невежа и даже не знает, что такое мыло.

Женщина подождала, пока Саша разденется, а затем взяла её грязную одежду и удалилась.

Саша залезла в ванну.

«Наконец-то!»

Мыло пахло цветами. Саша вымыла волосы несколько раз подряд и долго тёрла своё дурно-пахнущее тело. Вода стала тёмной от грязи и пота, который смыла с себя девушка.

На пороге появилась молодая женщина, которая молча открыла отверстие внизу ванны. Вода стала сливаться в дыру на полу, и убегала дальше по каналу, который тянулся на поля, расположенные за деревней.

Затем женщина повернула висевшую на стене металлическую трубу так, что она оказалась прямо над ванной, и отодвинула задвижку на стене, в том месте, где труба уходила в брёвна. Хлынула тёплая вода, вновь заполняя собой пространство вокруг Саши.

Всё это время девушка молча наблюдала за действиями женщины с изумлением. Когда ванна вновь наполнилась, женщина вышла, улыбнувшись Саше напоследок. Девушка немного расслабилась и огляделась.

На лавках, которые стояли вдоль стен, горели лампы с какой-то жидкостью. Некоторые из них были украшены причудливыми узорами и отбрасывали на стены цветочный орнамент. Саша откинулась назад и просто наслаждалась тишиной и покоем. Девушке не хотелось ни о чём думать, ни даже вспоминать события последних дней.

Саша набрала полную грудь воздуха и опустилась в ванну с головой. Она наблюдала игру воды, которая переливалась радужными красками в свете ламп. Её волосы, ставшие гладкими и податливыми, струились вокруг лица, и девушка как заворожённая наблюдала за их мягкими плавными движениями.

«Почему она постоянно куда-то исчезает?»

Перед Сашей возникло лицо князя. Оно было спокойно, но сапфировые глаза Вадима смотрели на девушку с едва заметным любопытством.

Саша резко вынырнула из воды.

— Что вы здесь делаете?

— То же что и ты.

Вадим был абсолютно нагим, и его это ни капли не смущало в отличие от Саши.

Князь сел в ванну напротив девушки и принял расслабленную позу. Он откинул голову назад и закрыл глаза. Саша подтянула к себе ноги и прижала их к груди. Её очень смутило появление князя в бане.

— Вы хотите... меня?

— Нет, я хочу помыться, — усмехнулся Вадим.

— Хорошо.

Саша покраснела и прикусила губу, но видя, что он не обращает на неё никакого внимания, немного расслабилась. Хотя в нашем мире мужчина и женщина оказываются вместе в ванной обычно с одной определённой целью.

Лицо князя оставалось спокойным и непроницаемым. Саша наблюдала за ним весь день, и ей казалось, что у этого человека есть всего три выражения лица. Когда он улыбался, то едва заметно приподнимал уголки рта и его глаза становились ярче. Если он злился, то губы складывались в тонкую нить, на лбу появлялась складка, а глаза становились холодными и жестокими как бездна Великого океана, о котором он рассказывал. Но большую часть времени лицо варвинского князя походило на каменную скульптуру, не выражающую никаких эмоций.