Глава 8

— Погодьте, — ранним утром сказала я, — Кажется вы меня одну отпускать не хотели из-за моли двуногой?

Ночью опять снилась кровь и смерть, и я уже не хотела по Хобарту в одиночку разгуливать. А вдруг я прямо на улице в волка превращусь?

— Это было до его попытки вступить в контакт, — объяснил Атилас, — А теперь он знает, что ты под защитой и больше тебя не побеспокоит. Ах, как жаль, что не удалось допросить его как следует, не правда ли, Джин Ён?

В ответ Джин Ён лениво оскалился на Атиласа, но кажется он капризничал и раздражался от чего-то другого.

Мысленно вздохнула. Видимо зря я думала, что они на самом деле обо мне заботятся: стоило закончиться еде, как Пэт идёт в магазин и попутно провожает Эрику домой. Вчера перед окончанием смены она как раз попросила проводить её, а я не придумала достаточно веской отмазки, именно из-за того, что была уверена — мои психи одну меня не отпустят.

Так что я немного угрюмо спросила:

— А разве это нас не выдаст? Ну, раз они знают, что именно я нашла труп, а теперь ещё и работаю там же?

— Я так не думаю, — сказал Атилас, — Вероятнее всего они подумают, что ты уже там работала. Судя по информации, которую мне удалось собрать в полицейском участке, можно с уверенностью сказать, что ни с кем из работников магазина напрямую они не работают, а лишь исполняют приказы, когда нужно что-то подчистить. Поэтому, чтобы установить связь, придётся добраться до их руководства.

Вау. От его слов стало и жутко, и спокойнее. Даже не знаю, что из двух сильнее.

— То есть, даже если ему покажется странным, что в супермаркете работает вампир, который приглядывает за человеком, он необязательно об этом сообщит?

— Kugae aniya, — пробормотал Джин Ён. «Не то».

— Что? — не выдержала я, — Что я не так поняла? Ты за мной не приглядывал? Ну-ка, расскажи, может я чего не знаю!

Джин Ён даже сел ровнее — явно обиделся:

— Ya! No demae — nol wihae—!

— Что ты для меня сделал? В грёбаного волка превратил, вот что!

Пару секунд Джин Ён молча пялился на меня, а затем выплюнул:

— Ah, taesso! Petteu—

— Он доложит об этом своим непосредственным руководителям, но они не станут включать эту деталь в дальнейшие отчёты, — и глазом не моргнув перебил нас Зеро, — Они и так сделали всё, что от них требовалось. Вероятно, у них нет никаких инструкций касательно существ из За, их интересуют только люди. Они решат, что ты уже под контролем и вплотную займутся детективом.

— Ладно, — сказала я и отвернулась от Джин Ёна, который так и сверлил меня взглядом. Удивительно, что они вообще отпускают меня одну. Я и спросила-то только потому, что закончилась еда. Точнее, закончилась та, от которой меня наизнанку не выворачивало. Похоже придётся основательно запастись стейками.

— А что насчёт детектива? — спросила я Зеро.

— Детектив в состоянии позаботиться о себе сам, — ответил он, — Пэт, не опоздай в магазин — Эрика заканчивает в полдень. Если попросит, можешь проводить её домой.

— Есть, — сказала я и пошла наверх за кроссовками.

Клёво было выбраться из дома без сопровождения. В основном потому, что так я могла незаметно вынести дриаду. Раз не получается ничего сделать с медленным превращением в волка, то хоть с дриадой разберусь. Может быть.

В общем, взяла её на прогулку. Может, после магазина подскажет, куда идти. Прямиком пошла в супермаркет. Но когда я вышла на Элизабет стрит, на глаза попалась знакомая толстовка.

Дэниел? А разве он не должен на работе быть?

Планы тут же изменились. Я пропустила его вперёд, а затем пошла следом. Вроде за ним никто не следил, а Джин Ён и Зеро на работе, так что ни они, ни Вышестоящие меня не остановят.

Назовите меня параноиком, но ведь я всё ещё жива.

Стояла тёплая, солнечная погода. Кажется, дриаде она нравилась: хоть она не шелохнулась, но я чувствовала, как она устраивается поудобнее в кармане толстовки. Странное ощущение — немного щекотно, но приятно. И, похоже, она ничего не имела против того, что я слежу за Дэниелом, хоть изначально собиралась идти в другое место.

На повороте к Макдаку возле полицейского участка он слегка притормозил. Не похоже, что он бургер хочет. Или, может, ему зачем-то в участок понадобилось?

Но нет, пошёл дальше. Неужто показалось? Вообще человек, преследующий женщину, вряд ли сам пойдёт в полицейский участок, если, конечно, он не перевёртыш — например вожак стаи, и он не собирается переговорить с Вышестоящими о чём-нибудь. В конце концов, должна же быть причина, по которой копы не расследовали эти убийства.

Когда же вслед за Дэниелом я прошла с улицы сквозь галерею Кэт энд Фиддл, я начала думать, что он просто гуляет. А что: вместо работы решил парень по улицам прошвырнуться.

Хотя, скорее нет: он стал подниматься по наружной лестнице, которая вела в гараж. А я точно знала, что машины у него нет. Наверное, встречается с кем-то. Я подождала, пока он поднимется на несколько уровней, послушала удаляющиеся шаги, а потом стала подниматься следом.

К сожалению, на четвёртом уровне я его упустила.

Опёрлась об оконную раму, чтобы отдышаться. Думаю, стоит взять у Зеро несколько уроков по слежке. И, конечно, нужно больше тренироваться, чтобы в следующий раз так вот не сдыхать после каких-то нескольких пролётов.

Да кажется даже дриада расстроилась — тоже, поди, думала, что я его не упущу.

— Ну извини, — запыхаясь сказала я, — Слишком мало тренировалась! Зато не подпрыгивала!

Я надула щёки и, наконец, отдышалась. Чтобы не раздавить, поставила крошечное растение на подоконник — а то билась как дюгонь раненая. И увидела в окне кое-что интересное.

— Дружок твой? — спросила я дриаду.

Хоть между слоями стекла в окне была вставлена мелкая сетка, а само стекло адски грязное, я всё равно видела здание напротив. На торце красовалось огромное зелёное пятно мха, очень напоминавшее лицо с бородой. Прикольно. Это явно дриадин друг, потому что, клянусь, часть напряжения вокруг меня рассеялась.

— Это ты со мной играешь? — спросила я деревце. Она, разумеется, как всегда, не ответила, но один корешок вылез из камешка и прикоснулся к грязному стеклу, — Ясно, дружбан твой. Если смогу туда забраться, сходим в гости.

Бетонная лестница в углу была украшена старыми жвачками, но если посмотреть под правильным углом, то это малюсенькие круглые цветочки, которыми они и были в Между. На стенах, тут и там, виднелась влага: она слегка покачивалась, как и положено веточкам папоротника, которыми она была в Между. И никакого труда мне не составит проскользнуть сквозь эту живую преграду: прямо ощутила, как листочки будут слегка щекотать руки и лицо.

Но вот добраться до зелёного мужика уже сложнее. На той стороне была пожарная лестница, которую можно опустить с земли, но я слишком низенькая. А отсюда, если смотреть взглядом обычного человека, можно было увидеть баннер, растянутый от стены гаража до платформы пожарного выхода.

Но если глянуть на него, как обычный человек, который может видеть Между, всё тут же менялось.

Сунула дриаду обратно в карман толстовки. Да, мне нельзя в Между без Зеро и остальных, но вообще-то я могла делать несколько штук, которых, по идее, не могла ни в коем случае.

Во всём Атилас виноват. Это как раз он и подначивал меня делать невозможные вещи. Просто меня не учили толком.

Надеюсь, дриада ничего не увидит. А она вообще может видеть-то? Наскоро оглядела пустую лестницу и сдвинула в сторону влажные ветки папоротника, которых видеть не должна, и шагнула сквозь прохладный бетон в Между. И вот одной ногой я уже на твёрдой ветке, которая в человеческом мире всего лишь баннер.

Она оказалась упругой — значит крепкая. Тогда я поставила и вторую ногу, ухватившись за папоротник. Но тут я нашла ещё одну ветку.

Я с облегчением выдохнула. В принципе, на такой широкой ветке я бы и без дополнительной поддержки удержалась, но я на высоте четвёртого этажа, так что лучше перестраховаться. Зелёный мужик впереди оказался зеленее, чем, когда я его впервые увидела, поэтому белая стена на его фоне выглядела прямо белоснежной.

Он пошевелился, ветерок запутался в его бороде. Легчайшие клочки мха подлетели ко мне и обвились вокруг запястий. Я выпустила ветку, за которую держалась — надеюсь, не упаду. Но каким бы лёгким не казался этот удивительный зелёный мох, он отлично помогал держать равновесие.

Сначала собиралась перелезть через перила площадки и перенести нас с дриадой в привычный обычный мир, но куда приятнее оказалось сесть на толстенный сук, обхватив его ногами.

Пушистые клочки зелёного мха перебрались выше по моим рукам. Я взглянула на почти человеческое мшистое лицо.

— Привет, — сказала я. Моего лица коснулся ветерок. Аккуратно, чтобы не задеть поддерживавшую меня зелень, я потянулась в карман и достала радостно позеленевшую дриаду, — Дриада говорит, ты друг. Вот, принесла её поздороваться.

— А, — ответил глубокий, древний, как сама жизнь, голос, — Очень было любопытно узнать, кто носит с собой дриаду.

Я обвела рукой ветви, украшавшие пространство между зданиями.

— Это ты сделал? Или я сама вошла сюда?

— Я впустил тебя, — ответил он, — А это есть всегда.

Наверное, не стоило засыпать его вопросами, но удержаться сил не было.

— Тебя сюда кто-то посадил, или ты вырос сам?

— Ни то, ни другое. Это лишь одна грань меня. Нас множество, мы существуем на всех слоях и вырастаем на любой поверхности, на которой пожелаем.

Появилось ощущение, что за «поверхностью» стояло нечто большее, чем если бы это слово сказала я. Как, например, если бы он говорил не о поверхности стены, а о поверхности реальности.

От этой мысли холодок пробежал по шее. Но в то же время я настолько осмелела, что спросила:

— Может знаешь, что мне сделать с дриадой?

— Если пожелаешь, — ответил мой зелёный собеседник, — Можешь оставить её в трещине подо мной.