На этот раз Василии почувствовал, что опасения Никиты имеют достаточно оснований. Но когда нервы его бывали взвинчены, как сейчас, он не способен был действовать осмотрительно и менее, чем когда-либо, желал показаться трусом.

– Глупости все это,– резко сказал он.-А хоть бы и затевали они что,– не боюсь я их! Едем!

– С тремя десятками людей?

– Да!

– Василей Пантелеич…

– Я сказал! – крикнул Василий.– А еще станешь ныть, я и этих велю тут оставить!– и не глядя на сокрушенно умолкнувшего Никиту, он быстрыми шагами вышел из горницы.