Они сидели на ковре друг напротив друга и смотрели уже со злобой.

— Anticonstitutionllement, — с остервенением произнесла Анна, но Альберт покачал головой. Они бились над этим словом битый час, в надежде что она произнесет его без запинки и акцента.

— Anticonstitutionnellement, — вздохнул Альберт совершенно не понимая, что может быть сложного, ведь она так хорошо со всем справлялась. Мужчина посмотрел на дочь, что обиженно всматривалась в учебник перед собой. Черт, как он не понял, что она все еще переживает из-за этого несчастного упонца? Первая любовь самая яркая, болезненно колющая юное, еще не окрепшее сердце. Ей бы отпустить его, увлечься новым кавалером и тогда все намного легче и быстрее проходит. Или возненавидеть — от этого было бы проще избавиться от надежды на совместное будущее. Ненависть сильное чувство, сопровождающееся болью, что не дает простить.

— Иногда мне кажется, что это никогда не закончится, — гробовым голосом произнесла княжна, раздосадованная своей неудачей. Все валилось из рук и она не могла сконцентрироваться постоянно мысленно возвращаясь в тот день, когда она благодаря новостям, не Куроки, черт его подери, узнала о его помолвке. Княжна стояла пораженная и не могла отвести взгляд от смущенной и счастливой Соры, представляя на ее месте себя. Она бы не была такой зажатой и скромной, она бы делилась своим счастьем со всем миром. Анна перевела взгляд на семью, что настороженно следила за ее поведением. Еще бы, в Грепиль, за неимением других новостей, будущая свадьба этого ужасного мерзкого принца стала событием месяца, так что Анна задумалась насколько грандиозно СМИ будут реагировать когда она решит связать свою судьбу. У нее был шанс научиться на примере Куроки, у нее было время сделать все как подобает и показать своим будущим подданным сказку, в которой все, до тошноты, будет правильно и ванильно-сахарно.

Она найдет того человека, что не будет ее разочаровывать своим страхом сказать правду в лицо, насколько бы она ни была ужасной. И обязательно расскажет ему о Куроки, о тех актерах с которыми она пыталась встречаться, об одиночества и страхе, что останется совсем одна. Без любви. Нет, не правильно. Без взаимной любви.

— Учеба никогда не кончится, — прервал ее мысли Альберт и слабо улыбнулся. — Таков твой удел. Постоянно узнавать что-то новое. Сейчас это сложно, но в будущем обучение будет подобно воздуху. Может быть, однажды ты проснешься посреди ночи и решишь до конца выучить уголовный кодекс.

— И часто с тобой такое бывает? — смеясь спросила княжна, задумавшись на тем, что через двадцать лет она должна будет наставлять своего ребенка, заучивать с ним Конституцию, помогать понять зачем все это нужно. Она будет Альбертом. Двадцать лет. Какими вы себя представляете через двадцать лет?

23.02.2001

Здравствуй.

Мне искренне жаль твою бабушку Митико. Это просто уму непостижимо. Ведь еще неделю назад она прилетала в Париж на выставку Ван Гога. Я перекидывалась с ней пару слов. Такая величественная и грациозная.

Мои соболезнования, Куроки.

И как у нас говорят:

Пусть земля ей будет пухом.

Я всегда с тобой. И прости, что была резка.

Мне без тебя…

A.P.

Сора молча, передала ему раскрытое письмо: она, конечно, поняла общий смысл, но все же искоса наблюдала за реакцией жениха. Тот же лишь пробежал глазами по строчкам, написанными обычной черной гелиевой ручкой и произнес неестественно сухим голосом:

— Нужно написать благодарственную.

Это значит, что ответить своей незнакомой лично сопернице должна она сама. Сколько же у нее мыслей крутилось в голове, резких ответов, насмешек, двусмысленных фраз. Но собравшись, Сора лишь написала стандартный текст.

29.02.2001

Наследный принц Куроки и его невеста Сора Ямада благодарят вас за оказанное внимание и сочувствие.

Она давно догадывалась о той другой и мучилась не от того, что она где-то есть, а от того, что не знает даже как она выглядит. Но Сора Ямала умела выжидать и получила имя, причем от первоисточника, что, так и не заметив, упомянул его. Она была… симпатичной. Титулованной и наверняка интересной. Иначе бы он не влюбился в нее. И Сору это бесило больше всего — не знать своего врага лично. Отрывки, фразы, газеты и теленовости со сплетнями не могут открыть полную картину. Узнать человека можно лишь лично. Ей было достаточно лишь слова. Посмотреть ей в глаза, почувствовать исходящие от нее волны. Вдруг она на самом деле потрясающий человек? Вдруг. Поговорить с ней. Найти слабости, те черты, что не нравятся Куроки и излечить себя от них. Стать идеалом на фоне той княжны. Ведь как ни грустно, но он совершенно не ценит человека, что заботиться о нем и любит, не смотря ни на что.

Анна смотрела в окно на зеленящуюся рощу деревьев, расположившуюся вокруг их главного дворца. Ей впервые за последнее время захотелось просто улыбаться. То пришедшее из Упонии письмо, словно вернуло ей крылья. Оно будто освободило ее. Ей всего двадцать один и она должна влюбляться, кружить головы юношам, а не сидеть в библиотеке за книгами по истории. Хотя может оно и лучше? Временами она писала рассказы. Чаще всего на скучных парах в университете, делая вид, что записывает лекции. И вот ее новое произведение наконец-то будет завершено и не уложено «в стол» как многие другие до него. Анне хотелось оживить свои старые наброски, сделанные еще в Гилеве. Вот он толчок — она снова одна. Ее голова постепенно очищается от этих постоянных мыслей о Куроки, учится жить без них. И как-то странно, но появилось больше времени.

Девушка отошла от окна к своему письменному столу, стоявшему сейчас посреди спальни и явно нарушавшему все законы дизайна. Сколько прошло времени, а она так и не смогла написать ни одной нормальной романтической истории. Ее герои были слишком пресны, нелогичны и похожи на нее — ни один адекватный человек не захочет тратить время на чтение сей бессмыслицы. Но больше всего убивало Анну осознание того, что она действительно ничего не значит в этой жизни, ничего не достигла. Княгиней она станет благодаря матери и Альберту. Женой и матерью станет благодаря приличиям. Оставалось лишь писать и надеяться, что хоть кого-то ее записульки не заставят написать ей гневный отзыв. Эх, жаль природа не наделила ее талантом петь — хотя бы скрашивала вечера гостям. Но впрочем, Хезер, зная об ее увлечении верила в нее и подбадривала.

Анна резко открыла папку с исписанными листами: вот-вот ее недоперсонажи должны улизнуть в свой мир бесконечно любви. Они-то смогут, а она? Как она может нормально описать то, что не чувствовала. Какая-то неискренность и ложь. Как же становятся хорошими писателями? Дар? Искра свыше? Или все же терпение, которым она наделена?

— Там Виктор приехал, — в комнату заглянула княгиня Мария, что как всегда выглядела, словно на фото для обложки журнала. — Спустишься к нам?

— Он так часто бывает у нас, что временами мне кажется, что он либо хочет увести тебя, либо подкатывает ко мне, — она не хотела дерзить матери, но именно эти слова довольно нахальным тоном сорвались с ее губ.

— Мне кажется он не достоин такого несчастья, как ты, — Мария, склонив голову в бок посмотрела на свою внезапно повзрослевшую и ставшую немного нервной дочь. — Если ты думаешь, что этот упонский принц единственная твоя любовь. То это полная чушь. Да, первая влюбленность это всегда потрясающий фейерверк. Слова "навсегда" и "только ты". Это остается навсегда с тобой. Но проходит время. Много или мало и ты внезапно встречаешься глазами с человеком, которого будешь уважать. Он станет для тебя центром тишины. Умиротворения. Ты выйдешь за него замуж. Родишь ребенка и будешь его любить так сильно, что будешь со снисходительной улыбкой вспоминать об этих страданиях, что живут с тобой сейчас. Так говорила моя мама.

— Бабуля всегда была права, — чуть улыбнувшись, произнесла девушка, понимая, что сглупила и сорвалась. — Сейчас я накрашусь и спущусь.

Темно-бордовый высокий ворс ковров, что лежали на всем пути ее в гостиную, заглушал ее шаги, словно давая ей шанс не встретить никого. Что же она будет делать? Перестанет думать о Куроки? Это было понятно и ясно с того самого момента, когда она узнала об обручении. Она будет ему писать максимум одно письмо в месяц, не звонить и не искать новостей. Меньше информации о нем. Нужно начать веселиться, вдохнуть воздух поглубже в легкие, ощутить легкость и новую жизнь.

— О, вы тоже довольно симпатичны, — сказала она вслух своему невидимому собеседнику и улыбнулась, начав уже тренироваться очаровывать мужчин.

— Польщен, — позади раздался немного насмешливый тон. Анна резко развернулась и увидела Виктора. Он точно не работал на разведку?

— Нехорошо подкрадываться к девушкам сзади, — она старалась не покраснеть, представляя как она оконфузилась перед гостем. Надо же, а он еще и усмехается, глядя на нее сверху вниз. Какой же она дурой временами предстает перед ним.

Виктор, молча, открыл перед ней дверь, стараясь не рассмеяться, глядя на ее чуть покрасневшие щеки и насупленное выражение лица. Анна, чуть присев в реверанс, зашла в гостиную с приподнятой головой, но все же косясь на мужчину. Она почему-то вспомнила все свои шуточки насчет намеренья выйти за него замуж: они же так просто не могли родиться в ее безумной голове? Он был статен, определено, красив и обаятелен, умеючи смешил ее, но возраст был иногда таким минусом. Интересно, а она ему нравится?