Профессор предпочел оставить свое мнение при себе, особенно после того, как Лайнел упомянул венгра. «Брат Эйлиш, — мрачно подумал он. — Знал бы Оливер, что на самом деле Эйлиш — княжна… Знала бы это сама Эйлиш!» Не имело смысла даже думать об этом, Рианнон никогда не согласится раскрыть правду о настоящем отце Эйлиш. Возможно, именно поэтому она хочет удалить из замка Александра и его друзей. Лайнел подошел к Оливеру и положил руку ему на плечо.

— Мне очень жаль, Оливер. Правда, жаль. Все мы знаем сколько для тебя значит эта девушка, — он помолчал немного, прежде чем продолжить с напускной развязностью. — Ладно, по крайней мере, в качестве утешения тебе остается то, что ты смог насладиться ее прелестями хотя бы один раз…

— Лайнел! — воскликнул возмущенный Август. — Сейчас не время для твоих шуточек!

— Я просто пытаюсь его успокоить. Сейчас Оливер разбит и это понятно. Но уже через пару дней он начнет смотреть на все по-другому. Когда он вернется в Оксфорд, то воспоминания уже не будут его так терзать как сейчас. Они просто станут частью его жизненного опыта, в первую очередь потому, что на этот раз он, наконец, повзрослел…

— Мы не делали ничего, из того что ты навоображал. Лайнел, — пробормотал Оливер.

— Как это ничего? Чем вы там, черт возьми, занимались столько времени, будучи вдвоем в пещере?

— Разговаривали. Говорили о том, что Рианнон не позволяла нам узнать, — под любопытными взглядами друзей Оливер устало продолжил, — Эйлиш — что-то вроде медиума. Точнее, ясновидящая, так как она контактирует не с умершими, а с аурой, которая окружает физические объекты. У нее дар психометрии.

Новость произвела эффект разорвавшейся бомбы. Август медленно встал, Александр подскочил к Оливеру.

— Психометрии? Ты серьезно? Почему ты нам раньше об этом не рассказал?

— Потому что сам узнал об этом только сегодня. Все, что говорят о мисс О’Лэри в Киркёрлинге, истории, которые бродят среди соседей с тех пор, как она была ребенком... частично они правдивы, но она никакая не ведьма. Рианнон заперла Эйлиш в Маор Кладейш, чтобы ей не причинили вреда. Наверное, миссис О’Лэри считала, что если изолирует дочь от внешнего мира, ей не будет грозить опасность. А теперь, по моей вине, все изменилось…

Он умолк, потому что открылась дверь и появилась Джемима с недовольным лицом. Она бесцеремонно прошла между Александром и Августом, чтобы взять стакан с открытой викарием полки.

— Госпожа желает, чтобы я отнесла ее дочери молоко, — попыталась она нарушить повисшее с ее приходом молчание. — Даже не знаю, зачем мне заморачиваться, все равно она швырнет мне его в лицо.

— Как она, мисс Лоулесс? — еле слышно спросил Оливер.

— Плохо, — без обиняков ответила она. — Хуже, чем обычно, учитывая, что я терплю ее уже долгие годы со всеми перепадами настроения. Лежит на кровати и рыдает без конца. У меня скоро голова лопнет. Постоянно зовет вас и отказывается даже посмотреть на мать, когда та пытается с ней поговорить. — Джемима взяла бутылку с молоком, чтобы наполнить стакан. — По-моему, она совсем рехнулась. Я знаю, что она всегда была не в себе, но последние события ее доконали. Вы можете собой гордиться, мистер Сандерс…

— Сделай одолжение, прикуси язык, — выпалил Лайнел.

Джемима не ответила. Вернула бутылку на место и вышла из кухни, но Оливер побежал за ней, схватил за руку и проговорил:

— Джемима, пожалуйста… Мне необходимо, чтобы Эйлиш понимала, что… что чтобы ее мать не делала, я ее не оставлю. Передайте это от моего имени, умоляю…

— Вряд ли она будет меня слушать, — ответила служанка. — Чтобы услышать, ей придется прекратить орать хотя бы на пару секунд. А это в ее планы явно не входит.

Она выдернула свою руку из его пальцев, но Оливер не хотел ее отпускать.

— Скажите ей, что я буду ждать ее в Киркёрлинге столько, сколько потребуется. Что я не уеду из Ирландии без нее. Что я женюсь на ней, чтобы ни случилось. Вы сделаете это для меня?

Джемима молча выслушала его. Она равнодушно посмотрела на Оливера, затем ее взгляд скользнул к Лайнелу. В глазах девушки промелькнуло что-то, похожее на ненависть, впрочем, когда обратно к Оливеру она повернулась с улыбкой и кивнула.

— Конечно, мистер Сандерс. Можете мне довериться, — и пошла вверх по лестнице.

Оливер, наконец, выдохнул и позволил Александру и Августу снова увести себя на кухню. Лайнел же остался у лестницы. Он посмотрел вслед исчезнувшей за поворотом Джемиме и его охватило мрачное предчувствие.

————————

[1] Мала ́ га — десертное вино , производимое из винограда выращенного в испанской провинции Малага , в частности в окрестностях города и гор с одноимённым названием . В Малаге открыт Музей вина , экспозиция которого освещает винодельческие традиции провинции .

Глава 27

Как Эйлиш, так и банши не умолкали всю ночь, так что никто в Маор Кладейш не смог сомкнуть глаз. Оливер немного успокоился благодаря вину, налитого друзьями, хотя эффект несколько превзошел ожидания — парня пришлось поднимать в комнату. Уложив его, Александр проводил Августа до выделенной ему маленькой спальни и ушел в свою комнату.

Лайнел сделал то же самое, но был уверен, что не сможет уснуть из-за непрерывно воющего за окнами призрака. Он даже не стал раздеваться и долго стоял у окна в одной рубашке, наблюдая, как ливень сотрясал ветви деревьев близрастущих деревьев. Стук веток о стены замка, словно задавал ритм болезненным вскрикам сущности. Наконец, поняв, что эта ночь становится самой непродуктивной в его жизни, Лайнел со вздохом разочарования отошел от окна. Было очевидно, что ложиться в постель и пытаться заснуть — бесполезно, так что он обулся, подошел к двери и открыл ее с большой осторожностью, чтобы не заскрипели петли.

К счастью, в коридоре не оказалось никого из людей Фитцуолтера. Лайнел знал, что они будут патрулировать Маор Кладейш до рассвета, так что он поспешил на второй этаж замка, пока никто его не остановил. Ему в голову пришла довольно дерзкая идея, которая в случае удачи даст плоды, как в профессиональном, так и в личном плане. «Не могу уйти отсюда, даже не попытавшись. Надо пообщаться с ней наедине, чего бы это не стоило».

Она упоминала, что ее спальня одна из первых в южном крыле. Лайнел рисковал разбудить Деланси, Арчера или Риверса вместо нее, но попытаться стоило. Он провел рукой по спутанным волосам, заправил рубашку в штаны и остановился возле ее предполагаемой двери. Вид у Лайнела был, конечно, не самый подходящий для визита к даме, но откладывать было некуда. Задержав дыхание, он постучал костяшками пальцев, молясь, чтобы она еще не спала. Сначала было тихо, затем послышался шорох волочившейся по ковру материи и еле слышное «Кто там?»

— Это я, мисс Стирлинг, мистер Леннокс.

— Сейчас почти три часа ночи, можно узнать, что вам надо?

Лайнел усмехнулся, поняв, что она все еще в бешенстве.

— Я знаю, что с моей стороны не слишком вежливо, но... я подумал, что надо бы с вами попрощаться. Вы слышали, что сказала миссис О’Лэри: завтра мы должны отсюда съехать.