89. Измученная душа

У входа стояла женщина-солдат из Перьев, через зал наблюдая за небольшой группой глазами, полными ненависти. Мысль, что план провалился, была для неё непостижима. Только что она ещё видела, как войска её господина гордо шагают через магический портал, широко распахнутыми глазами восхищалась тем, как Фелтор связывает в себе и управляет чудовищной магией, была невероятно горда тем, что такие люди, как Фелтор, служат её господину... а потом, за одно мгновение, всё было кончено!

На мгновение она почувствовала удовлетворение, когда обратный удар магии из старой узловой точки захлестнул маэстру и в фанале поднял вверх. Она уже почти видела огненный столб, в котором маэстра должна была сгореть, но потом, перед её не верящим взором, магия мягко отпустила маэстру из своей хватки, не причинив вреда!

- Это нечестно, - с ненавистью прошептала она. - Мы этого не заслужили!

- Нет, не заслужили, - услышала она тихий голос в голове. - Никто из нас не был виноват, разве что мы были немного высокомерны. Но я говорю о другом, Асела. Я имею в виду то, что ты не виновата, что сегодня стоишь здесь и сожалеешь о поражении Талака.

Асела резко обернулась. Вокруг не было ни души, но... может там, в тени колонны... её глаза округлились, когда перед её глазами приобрела форму полупрозрачная фигура.

- Этого не может быть, - выдохнула она. - Ты умер!

- Смерть, как я теперь усвоил - понятие относительное. - Прежде чем она поняла, что происходит, призрачная фигура сделала шаг в её сторону и вошла в неё, после чего она чувствовала ещё только ледяной холод, когда он завладел её телом.

Она отчаянно пыталась сопротивляться, но всё было тщетно. Он был слишком силён.

- Я уже всегда был для тебя слишком силён, моя дорогая, - нежно сказал призрак в её голове. - Прежде всего теперь, когда от твоей воли осталась лишь частичка того, что было раньше. Фелтор прав, женщина, которую он любил, уже почти исчезла.

- Чего ты от меня хочешь? - в отчаяние спросила она. - У тебя нет права...

- Это не совсем так, - нежно ответил призрак. - Ты помнишь принесённую нами клятву? Но лучше давай немного пройдёмся, а то ещё привлечём внимание.

Ей пришлось беспомощно наблюдать, как её тело пришло в движение, сначала она слегка пошатнулась, потом пошла прямо.

- Есть разница в походке мужчины и женщины, - мысленно объяснил ей призрак. - Но научиться ей не так уж и сложно.

- Чего ты от меня хочешь? - спросила она, но уже получила ответ, когда протянула руку, и часть стены перед ней отодвинулась в сторону, открыв крутой спуск в глубину. Перед ней появился свет, и призрак медленно и осторожно спускался вместе с ней, в то время как стена позади снова сомкнулась.

Лестница уходила глубоко вниз. Не задумываясь, призрак убирал паутину, преграждавшую им путь, затем они добрались до старого волчьего храма. Один её жест, и добрая дюжина факелов загорелась, погрузив старый храм в мерцающий и мрачный свет.

Массивные каменные ворота с рельефом, в виде волка, преградили им путь, один жест, и камень скользнул в сторону.

Мерцающие ленты потока миров танцевали перед её глазами, когда рука Аселы закрывала одну золотую чашу за другой, приковывающие поток миров к этому месту. Она шагнула в середину комнаты, к колонне, в которой покоилась волчья голова.

- Что ты собираешься с ней делать? - упрямо спросила она. - Ты мёртв!

- Это не причина оставлять беспорядок, - заметил призрак, и она почувствовала его улыбку. Он взял волчью голову и сунул в карман. Вместе они поднялись по лестнице и вышли через теперь открытую дверь Палаты Гильдии. Только ещё раз он остановился в её теле и обернулся на далёкую фигуру в синей мантии, которая всё ещё устало сидела на скамейке со своими друзьями.

Затем они пошли дальше, она замерцала, и теперь по площади шагала Сова с глубоко опущенным на лицо капюшоном. Люди уступали ей дорогу, восхищались или улыбались ей.

- Помнишь, как это было, когда люди смотрели на тебя с таким восхищением и уважением? - нежно спросил призрак.

- Какой в этом прок? - резко ответила она и снова взбунтовалась против его воли, но он держал её как в железном кулаке. - Они уважают силу, вот что это такое.

- Послушай, что они говорят. Уже появился слух... в Аскире это происходит быстро, - улыбнулся призрак. - Речь идёт о битве, о том, что Сова победила проклятых... хотя, похоже, пока никто не знает, как ей это удалось.

- А ей и не удалось, - горько промолвила Асела.

- Верно. Это был её друг. Совершенно обычный вор, который отдал бы за неё свою жизнь, а она за него свою. Потому что они друзья. Такие, какими были мы. Ты, Фелтор, я, Серафина и Джербил. Ты помнишь? Мы умерли бы друг за друга. - В голосе призрака послышалась горечь. - Мы и умерли. Ведь мы с тобой последние. Если только Фелтору каким-то образом не удалось спастись, в чём я очень сомневаюсь.

Солдаты у ворот цитадели отдали под козырёк, когда они миновали ворота, затем призрак направил шаги Аселы к Совей башне.

- Башня для меня недоступна, - злобно сказала Асела. - Что бы ты там не задумал, ты не сможешь это осуществить.

- Башня недоступна не для тебя, Асела, - нежно произнёс призрак. - А для некромантов. Так что мы отпустим души, которые ты украла...

- Нет! - воскликнула она, когда почувствовала, как он прочёсывает её мысли и находит узы... она беспомощно почувствовала, как добыча, так тщательно выбранная на протяжение всех этих долгих лет, ускользает от неё.

- Так много? - печально спросил призрак. - Должно быть, их было более сотни... пусть Сольтар дарует им мир и в следующей жизни компенсирует мучения, которые ты им причинила.

- Никто из них не заслуживал таланта и не умел правильно пользоваться, - сказала она. - Это была моя добыча, которую ты только что отобрал!

- Нет. Это была добыча твоего господина, чьей собакой ты была.

Они подошли ко входу в башню. Перед глазами Аселы мерцала тяжёлая дверь угрожающего, тёмно-красного цвета, преграждающая ей доступ в башню... ещё пару шагов, и старая магия императора уничтожила бы её.

- Мы все работали над тем, чтобы ни один проклятый никогда не смог войти в башню. В том числе и ты... а теперь мы стоим здесь. - Он долго колебался. - Мне очень жаль, что придётся сейчас сделать это... Я должен ослабить узы, которые наложил на тебя твой господин... Ты увидишь, что он с тобой сотворил.

Заключённая в своих собственных мыслях измученная душа вскрикнула, когда маэстра, Асела из башни Сов, очнулась от своего долгого плена, и к ней вернулись воспоминания.

- Бальтазар, - выдохнула она, и даже его крепкая хватка не смогла удержать её. Она, плача, рухнула на землю. - Что я сделала!

- Ничего, - нежно ответил призрак, вытирая ей слёзы и заставляя снова встать. - Это была не ты, ты была жертвой, как и все те, кто умер от твоей руки. Но я не могу полностью избавить тебя от уз, ты всё ещё его рабыня, его собака. И его дыхание всё ещё давит на твою душу и мешает тебе войти в башню. Понимаешь, что я пытаюсь тебе сказать?

- Да, примус, - мысленно ответила Асела. - Я понимаю. Как думаешь, Фелтор выжил?

- Боюсь, нет, - нежно отозвался Бальтазар, примус Сов. - Но если он жив, я передам ему, что твоя последняя мысль была о том, как сильно ты когда-то его любила.

Использовав всю свою силу и так быстро, как только возможно, чтобы она почти ничего не заметила, примус Сов вырвал душу Аселы из её собственного тела. На мгновение ему даже показалось, что он видит её с этой кривой улыбкой, которую не только он любил в ней... а потом она ушла. Каждой фиброй своего существа он надеялся, что Сольтар примет её, и её душа будет в безопасности от Безымянного.

Оставшись в её теле один, Бальтазар сделал глубокий вдох, и когда на этот раз вытер щёки, плакала уже не она.

Теперь дверь была для него не заперта. Он медленно вошёл, ненадолго остановился перед портретом и медленно покачал головой, потом пошёл дальше вниз по лестнице, всё ниже и ниже, к самому основанию башни, где мощная дверь с рельефом дракона преградила ему путь.

Открыть её мог только маэстро седьмого уровня... Но Асела была такой маэстрой. Он положил её тонкую руку на ручку, почувствовал укол, когда замок взял у неё кровь, затем дверь медленно открылась, являя взору самый большой из когда-либо найденных волчьих храмов.

Бальтазар прошёл дальше к тому месту, где в центральной колонне отсутствовала голова волка и поставил голову волка на своё место.

Бледное мерцание наполнило комнату, когда магия потока миров впервые, спустя столетия, была снова привязана к этому месту. Вспыхнул луч света и устремился вдоль оси башни, чтобы на одно долгое мгновение окутать всю цитадель сияющим светом, затем в свете сформировалось худое тело и тяжело упало на пол.

Бальтазар наклонился над телом и приложил тонкие пальцы к горлу мужчины, ища там, вопреки всякой надежде, пульс.

Но лежащее там старое и дряхлое тело, было без души и разбудить его, если это вообще возможно, могла только движущая сила. И каждое мгновение, которое он мешкал, уменьшало шансы на успех.

Он положил тело Аселы рядом со своим и отпустил её, ища дорогу назад... прикоснулся к тому, что когда-то было его телом, только чтобы испуганно отпрянуть. Почти с облегчением он вернулся в женскую оболочку... и глубоко вздохнул.

Он с трудом повернул другое тело на бок, и теперь увидел след, который оставила магия, когда сжигала его в том далёком храме. Никакая жизнь теперь не смогла бы удержаться в этом теле.

Стоя на коленях, она глядела на то, что когда-то было Бальтазаром и вздохнула, когда на кроваво-красных губах появились кривая улыбка.

Он надеялся, что Борон простил её, что Сольтар дал ей время посмотреть вниз и увидеть, что и он, примус, тоже был не безупречным. И да, он надеялся и молился, чтобы она простила его.

Возможно, сейчас она смеялась над ним. Слишком часто он дразнил её из-за её красоты, из-за лёгкости, с которой она могла украсть сердце мужчины, из-за её непостоянства и потому что она иногда просто не могла оставаться серьёзной. «Женщины могут так поступать, это делает их привлекательными», - смеялась она.