– Не смей, блядь, - шиплю я, качая головой. – Не надо.

Мой папа нервно сглатывает. Он бросает взгляд на Зои. – Это было неправильно с моей стороны, ясно? Но ты была... – он сглатывает. – Сколько, э-э, тебе было лет?

– Она моего возраста, папа. - тихо говорю я. И это было пять лет назад. Нам было по семнадцать.

Его лицо бледнеет. – О Боже...

– Это не неудача, папа, - рычу я. – Это не та буря, которую можно пережить. Это то, что они называют убийцей карьеры. Это Энтони Вайнер, умноженный на десять. Отправка непристойных изображений и сообщений семнадцатилетней..

– Чего ты хочешь? – он выпаливает. – Деньги? Работа? Назови это, серьезно.

– Я уже говорила тебе.

Он тяжело дышит, выглядит потным и испуганным. – Фиона, я не могу просто ...

– Да, - мрачно говорю я. – Ты, черт возьми, вполне можешь.

Мы смотрим друг на друга через всю комнату. Я бы сказала, что в этот момент я знаю, что наши отношения закончились. Но я думаю, что мы пересекли этот мост некоторое время назад. И конечно, когда он заложил меня, чтобы расплатиться с долгом.

– Все обвинения снять, - тихо говорю я. - Ты даже можешь остаться в качестве окружного прокурора. Ты можешь баллотироваться в мэры, если хочешь, мне действительно насрать. Но если ты еще раз хотя бы взглянешь через забор Виктора, я сделаю и это просочится. Понял?

Мой отец молчит. Он мрачно смотрит на меня.

– Из тебя получится чертовски хороший адвокат, не так ли?

– Да, это так.

Я поворачиваюсь, беру Зои под руку и иду к двери.

– Я буду в участке через десять минут. Если он не свободен и не ждет снаружи, твоей карьере конец.

Дверь за мной захлопывается. Тогда на улице только мы с Зои. Я делаю глубокий вдох воздуха. Меня всю трясет, но я также чувствую себя более живой, чем когда-либо прежде. Я чувствую себя свободной.

– Ладно, эта новая Фиона "я переспал"? – Зои ухмыляется мне. “Это гребаный задира .”