ОСЕННЯЯ СКАЗКА

Романтика, любовь и честь,

Читатель всё увидит здесь:

Предательство, тоска, обман,

Но также юмор и соблазн.

И так, начнём же сей роман!

Однажды путник молодой…

Никто не скажет кто такой:

Быть может чей-то младший сын,

Купец, крестьянин, дворянин,

Обычный в общем гражданин,

За приключеньями что ходят.

Иной, бывает и находит.

…Зашёл в осенний лес, густой

И, поражённый красотой:

Игривых красок пеленой,

Благословенной тишиной,

Встал на поляне рот раскрыв,

Про всё на свете позабыв.

- Я некрасив и одинок.

Наш мир бед полон и жесток.

А тут такая красота,

Что пропадает, в общем, зря!

Эх, подарил-бы кто её,

Навечно, было чтоб моё…

Вдруг! Ветер дунул, и порыв

Качнув деревья, в раз затих.

И звонкий, громкий, шёпот листьев

Рванул из сердца тишину.

А сверху, в танце всё кружа,

Заполонила свет листва.

И разноцветье буйных красок

Слилось с мелодией в душе,

И вдохновенье, вот оно!

И наступило волшебство…

Герой увидел в листьях разных

Трёх обнажённых дев прекрасных.

Тела как будто бы тростинки,

Что гнутся гибко на ветру,

Стройны и ловкости полны,

Здоровьем, молодостью пышут,

Кружатся и соблазном дышат.

Их плечи, попки, всё прелестно,

А грудки, хоть и небольшие,

Торчат задорно, налитые.

Нежны движенья рук и ног

И грациозен поворот

Животики с пупком милы,

А ниже символ красоты!

Различья в них лишь цвет волос:

Одна, как золото блестит,

С листвой берёз тот цвет роднит.

Другая, с тёмной рыжиной,

Как дуб осеннюю порой.

А третья вся огнём горит,

За нею красный клён стоит.

Смеются, пляшут, веселятся

И шепчут голосом листвы:

- Твои слова любви полны.

- Чего ты хочешь? Говори!

- Исполним всё, лишь попроси.

- Хочу, чтоб девушки любили! –

Воскликнул сразу. И опять,

Боясь, желанье потерять:

- Чтоб толпами за мной ходили,

Чтоб восхищались мной они,

Чтоб счастья мог я им отдать,

Чтоб я всегда мог выбирать!

- Что ж, красотою наделим –

Девицы хитро улыбнулись,

- Игру любви в тебя вселим –

Друг с другом враз переглянулись.

- Осенним нравом одарим.

На парня, прямо голышом,

Накинулись они втроём:

И ну давай его ласкать,

Одежду рвать и вон кидать,

Любить и нежно целовать,

И милые слова шептать.

Дарить блаженство, и опять…

И снова, снова возбуждать!

Хоть был не так уж юн герой,

Бывало, лапал дев рукой,

Не раз за это бит метлой,

Такие позы и дела,

Не видел парень никогда.

И сколько длился этот бой,

Не знал, не понимал порой.

Смешался день и тьма ночи,

В любви пощады не проси.

- «Прошли недели? Месяца?

Но точно, точно не года…» -

Не ел, не спал, лишь пил его,

Нектар их уст и там ещё…

Ну как сказать? Влагалища.

Он был силён, неутомим,

Лесными феями любим.

Вдруг… Холод! Будто смерть пришла.

И дев мгновенно прогнала.

Снежинка мягко пронеслась,

На лоб тихонько улеглась.

Устало он к листве прильнул,

Закрыл глаза и вмиг уснул.

В тепле, на ложе из листвы,

Укрытый снежным полотном,

Проснулся от тревоги он.

По почве чувствуется гон!

- Охота?! Люди! Вот дела… -

Вскочил как был, весь голышом.

Одежды рядом не нашёл.

А по поляне, между тем,

Олень промчался, а затем

Собаки с лаем пробежали.

И вот охота выезжает,

И смех, и крики, и гоньба.

Остановились окружив,

На лицах изумленье – Жив?!

- Ведь голый, парень на снегу?

- Следов тут нет, как жил в пургу? –

Мужчины, женщины! Их взгляд

Смущает – «Дайте хоть наряд!» -

Но этим людям всё равно

Смешки и шутки – «Вот дерьмо!» -

- Ты парень кто? Совсем один?

- Я?! Да. Пожалуй, дворянин…

- Вот дичь попалась, непойму –

Принцесса подняла губу

- Куда олень мой подевался,

Такой доход мне ни к чему… -

Хоть девы острый разговор,

Но глаз её ещё остёр.

Свой плащ дала ему с плеча:

- Возьмите на круп паренька! –

И тут же вскинулась рука

- Собачий лай… Туда! Туда! –

И развернув кобылу прочь

В лес погнала монарха дочь.

Солдат хотел уж подсадить,

Но фрейлина опередила

И руку парню предложила.

Боец плечами лишь пожал

И за толпою поскакал.

Той даме лучше угодить,

Не хочет он врага нажить.

Герой наш лошадь оседлал

И даму сзади приобнял.

Она сказала тихо – Пшла! –

Лошадка медленно пошла.

Качаясь, трутся их тела.

Приятна женская спина,

И талия вполне тонка

А попка? – «Ужас хороша!

И так приятно жмёт туда…» -

Лишь скрип подков в сыром снегу,

Еловой веткой по лицу…

Рука скользнула между ног

Нащупав женский пирожок.

Склонив головку на бочок

Откинулась, открыв лобок.

На ушко слышится – Люблю… -

И согласилась – Да, хочу! –

Он тут же юбку ей задрал,

Порвал трусы, чуть приподнял

И прямо задом опустил.

На кол свой твёрдый насадил.

Целуя в шею, крикнул – Но! –

Ударил лошадь заодно.

В галоп та сразу сорвалась,

Как только не надорвалась?

По лесу скачка началась.

И стоны, крики, топот ног

И хохот, дикий злой восторг.

Ломая ветки и кусты

По речкам треснули все льды,

«В лесу враги!» как будто бы.

Нагнали жути на зверей,

Собак, людей и лошадей,

«Принцессу в замок поскорей».

Лишь сумрак это прекратил

И даму всадник отпустил,

А лошадь ко дворцу пустил.

Она сказала – Очень мил,

Меня прекрасно ублажил –

И гладила его лицо

- Пойдёшь со мной? Хочу ещё –

Как-раз въезжали на крыльцо,

Где стайка глупеньких девиц

Кидала взгляд из-под ресниц.

Одна особо хороша,

Вон та, что смотрит чуть дыша.

Он, спрыгнув с лошади хромой,

И отвернулся прочь, долой,

Ответил – Нет уж, не могу…

- Но что сучилось? Почему?

- Прости, я больше не хочу! –

Его с крылечка свет манил.

Повёл бровями, оценил,

Плащом чу-чуть пошевелил,

И тут же скромницу пленил.

Встав на колено, прошептал:

- На веки ваш! Я твой вассал!

Всю ночь девицу развлекал.

То сверху на себя сажал,

То сам поверх неё скакал.

К утру та вся изнемогла,

Мужчину обняла, шепча:

- Ты мой! Я счастье познала… -

Он отстранился от неё

Нахмурившись, спросил – Чего? –

Подумал вдруг – «А ну её!»

И вылез из кровати той.

- Куда же ты? Прости! Постой… -

- Скучна ты и глупа. Не ной!

Все ошибаются порой –

Схватив свой плащ, ушёл нагой.

За горничной, с большой косой.

Так продолжалось день за днём.

Любил он фрейлин молодых,

Служанок и придворных жён,

Пригожих девок городских,

Что всё трепали языком.

В чужих кроватях спал и ел,

Над жёнками всю ночь корпел.

Их соблазнял он как хотел,

А бросив, вовсе не жалел.

Однажды даже герцогиню,

Знатьём с принцессою ровня,

Он соблазнил, когда она,

Услышав девичьи стенанья,

В дверную щель глянула раз.

Там портомойки, так и сяк,

Всё изнывали перед ним,

А он блаженство им дарил.

Лаская любопытный глаз

Случился у неё экстаз.

Толкнула дверь она тогда,

Очами грозными сверкнув

Порочных дев всех прогнала

И только, на него взглянув,

Влюбилась эта госпожа.

И на колени перед ним:

- Я мотылёк, огнём пленим!

- «А герцогиня горяча!»

- На! Вот тебе моя свеча…

Любовным соком напоил

И грудь, и шею окропил.

- Ах – стонет – может быть ещё?

- Твой муж козёл, ты брось его.

- Да, выросли его рога.

Я брошу, буду ждать тебя!

- Случится, я приду тогда,

И верность сохраню, поверь! –

Ушёл, в очередную дверь.

Она как дурочка вняла.

Разрыв оформила пошла,

С позором развелась при всех.

А он, ну надо ж, как на грех,

С другой желал уже утех.

А ей сказал, глядя в глаза:

- Ну право, что за ерунда?!

И как-то так, само собой

Накрылся мрачной пеленой

Дворец, туманом и тоской.

Принцессу это раздражало,

Душа-то праздника желала.

Но слёзы лишь лились рекой

И лица, хмурою толпой.

- Никто не в силах что-ль помочь?

Я всё-тки королевы дочь! –

Одно лишь светлое пятно

Вон-то знакомое лицо.

- Ах да, моя добыча, дичь.

Ну как в гостях, нормально жить?

Постой, ты бос, но почему?

А под плащом что? Не пойму…

- Он ваш, чужое не к чему!

От вас одежду лишь приму.

- Так это мой? Хи-хи… Верни!

- Приказ исполню госпожи –

Встав на колено перед ней,

Не постеснявшись всех людей,

Движеньем тело обнажил.

С поклоном плащ к ногам сложил.

Теперь совсем не как в лесу,

Все устремили взор к нему.

Никто не нёс ту чепуху.

На лицах дам застыл восторг

И ахи, и шуршанье ног

И поцелуи на лету.

А кто-то утирал слезу.

Принцесса тоже поддалась.

Ей смелость прям понравилась,

И стать, и преданность того…

Однако более всего

Слова из нежных уст его:

- Принцесса, только прикажи!

Не будет у тебя тоски.

От скуки я огорожу,

От мрачности тебя спасу! –

Ласкают слух эти слова.

Глаза же смотрят в пах, туда,

Где пушка, снизу два ядра.

- «Вот дура я была тогда,

Такое чудо проспала!

Охотничий азарт пленил

Когда в лесу тот случай был…» -

Метались мысли у неё,

А по ногам уж потекло.

- «Всё, хватит! Больше нету сил!

Моё он сердце подстрелил…»

- Вставай, меня же ждут дела.

Так… Где совет мой? Господа?!

- «Укройся же, не мучь меня!» -

Со свитою она ушла.

Совет открылся очень просто

Тут на повестке два вопроса:

Во-первых, тёмный пессимизм,

Случился странный катаклизм?!

Как будто вымерло вокруг

Веселье, жизнь и счастье вдруг.

Второй: престол, власть короля,

Что не годится никуда.

Монархи умерли давно,

Такое вот случилось зло,

Теперь одна осталась дочь,

Никто не может ей помочь.

Наследник нужен королевству,

В постели муж, любить невесту.

- Вопросы оба я решу,

Сыграю свадьбу, так хочу! –

И кулачком, да по столу

- Ну сколько можно, нет да нет,

Уже мне восемнадцать лет!

Я в девы вовсе не хочу

И скука эта не к лицу

Народный дух она меняет

И королевство подрывает! –

Министры поняли заданье

Так началось то заседанье.

- Нам своего никак нельзя,

А то опять пойдёт вражда!

- Соседи тоже не пойдут,

Хотят нас взять, того и ждут!

- К тому же нужен весельчак,

Прогнать чтоб скуку, темень, мрак!

- А что? Ну… Может быть чужак? –

Принцесса, будто невзначай,

Спросила, разливая чай

- Он верен, честен и хорош,

Весёлым нравом нам пригож…

Министр морду кирпичом,

Другой пожал одним плечом,

Усы встопорщил генерал,

Четвёртый прямо напугал:

- Ха-ха! Принцесса, ну вы дали…

- Чего-б вы в этом понимали?! –

Обиженно произнесла

И слово дамам отдала.

- За ним пойду я хоть куда –

Одна из них произнесла

- Как горячи его уста?!

А как сильны его слова?!

Он вдохновлял всю ночь меня,

Но бросил, слишком я глупа.

Его я недостойная.

Пускай страдаю и терплю,


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: