— Ты потеряла память, — утверждает он.

— Я получила высокую оценку за практический тест на прошлой неделе. — я поднимаю плечо. — Думаю, гениальность нельзя стереть с лица земли, да?

Люси улыбается, крича:

— Черт возьми, да! Кстати, она потрясающий преподаватель. На днях она помогла мне выиграть дебаты.

— Спасибо. — я смотрю в лицо Себастьяну. — Так что это будет? Срок действия моего предложения истекает примерно через... — я смотрю на свои часы. — Десять секунд. Девять, восемь, семь..

— Хорошо. Господи, словно тебе пересадили личность.

— Я приму это как комплимент.

Люси, Себастьян и я расходимся внутри, так как у нас разные классы. Я говорю «доброе утро» всем, кто меня приветствует, и, к моему большому разочарованию, некоторых студентов это все еще шокирует, будто в городе появилось что-то святое.

Мой следующий урок социология. Когда я вхожу, внутри никого. Только пустые стулья и ширма. Я оборачиваюсь, ища хоть какое-нибудь человеческое присутствие.

Урок отменили?

Мне действительно нужно начать чаще проверять веб-сайт колледжа.

— Здесь есть кто-нибудь?

Когда никто не отвечает, я направляюсь к выходу.

Дверь с шипением захлопывается у меня перед носом. Я пытаюсь дозвониться по внутренней связи, но ответа не следует.

Какого черта?

Я хватаюсь за ручку и тяну. Ничего. Как будто оно сделано из стали.

— Давай, открывайся...

Свет гаснет. Весь кабинет погружается в карающую тьму.

Мое сердцебиение учащается, когда я теряю главное чувство — зрение.

— Эй? — ненавижу, как мой голос дрожит на этом слове. — Это не смешно.

Я сую руку в сумку, выуживая телефон.

Раздается стук в стену.

Я вздрагиваю, и мой телефон падает на пол. Безошибочный треск экрана эхом разносится в воздухе.

— Черт.

Я приседаю, мои руки вслепую шарят вокруг.

Свет загорается в проекторе, как в старом фильме. Он светит на противоположную стену.

Я задыхаюсь, замирая в своем согнутом положении.

Черные слова, написанные кровавым шрифтом, вспыхивают на белых стенах. Они проходят так быстро, будто собираются вызвать у меня эпилепсию. Я собираюсь закрыть глаза, когда слова начинают регистрироваться.

Я. Иду. За. Тобой. Я. Знаю. Что. Ты. Сделала. Кровь. На. Твоих. Руках. Убийца. Убийца. УБИЙЦА.

Я прикрываю рот обеими руками, когда слова повторяются по кругу.

Нет.

Это какая-то дурацкая шутка.

Я отшатываюсь назад, мой каблук цепляется. Я чуть не падаю, но беру себя в руки и хлопаю ладонями по двери.

— Помогите! — я кричу во всю мощь своих легких. — Кто-нибудь, помогите!

Я бью в дверь все сильнее и быстрее, пока мои ладони не начинают жечь, а на глазах не появляются слезы.

Рядом с проектором раздается сигнал.

Я дергаюсь, мои руки становятся потными. Пот стекает по моим вискам, шее и проникает под одежду.

Огни продолжают мигать, мигать и мигать.

Я зажимаю уши обеими руками и соскальзываю на пол.

— Нет, мамочка, нет... Не уходи.. — рыдание вырывается из моего горла. — Мама... Рей...

Темнота хватает меня за горло, прежде чем они могут прийти за мной.