Она сжала камень крепче, решив доказать, что он не прав.

- Я не верю, что стать Жутью – мой единственный вариант.

- Это не вариант. Все так совпало.

- Хватит путать слова, Император. Есть еще способ все исправить.

Он широко развел руки.

- Тогда расскажи, принцесса. Сообщи о новом плане, потому что у меня идеи кончились.

Камень впился в ее ладонь, разрезал ее кожу до крови. Плана не было. Она даже не знала, как убедить его оставить ее человеком.

Двоих не хватило бы, чтобы наладить все в обоих королевствах, особенно, когда они злились друг на друга и пытались переменить на свою сторону.

Она выпустила камень, и он упал на землю.

- Я не знаю, Император. Я не хочу этого.

- Как и я.

- Тогда зачем идти по этому пути? Зачем думать о таком:

Он опустил руки по бокам.

- А у меня есть выбор? Мой народ умирает. Юные в опасности, как и все, кто под моим крылом.

- Должен быть другой выход, - она шагнула к нему, угрожая своей безопасности, чтобы он понял. – Мы можем разобраться. Вместе.

- Ты просишь невозможного, принцесса.

- Разве? – Даниэлла сделала еще шаг. – Я прошу просто подумать вместе.

В этот раз он шагнул ближе. Император коснулся рукой ее щеки, прижал ладонь.

- Ты просила забрать тебя из твоего королевства, и я преклонился перед твоей волей.

- Я просила научить меня защищаться, а не забирать из дома.

- Ты желала свободы, и я дал тебе это, встав на колено, - его когти задевали кожу ее головы, не рвали, но угрожали обратить ее.

- Я не просила об этом, - прошептала она.

- Я не просил тебя существовать, но вот ты, - пробормотал он, склоняясь, и она ощутила его дыхание на губах. – Ты меняешь все, и я не могу выжить. Я могу отдать пространство и время, но не хочу отдавать душу.

Даниэлла застыла, ждала того, что произойдет.

- Я не стала бы просить твою душу.

- Но она у тебя, глупая женщина.

Он прижал ладони к ее лицу, придерживая ее челюсть с заботой. Словно Даниэлла была из стекла. Он быстро поднял ее и прижался губами к ее губам.

Его губы были теплыми и нежными, это удивляло, ведь его кожа была грубой, как камень. Но его рот прижимался к ее, и это обжигало ее внутри.

Она могла поклясться, что они делали это уже тысячу раз. Она целовала его, наверное, во снах, но не так. Не со злыми ладонями на ее лице, не с ее кулаками, прижатыми к его груди.

Она целовала его, словно могла вдохнуть его силу. Словно могла впитать ее.

Может, и могла. Каждое движение его губ придавало ей смелости и сил. Она прильнула к его телу. Он погладил языком, и она разжала ладони и обвила руками его шею.

И когда он прижал ее к своему телу, каждый его дюйм прижимался к ней. Даниэлла ощутила, как ее душа взлетает.

В тот миг у нее были крылья. Он дал ей не только силу, но и то, что не было у людей. Она могла сбежать от цепей на ней.

Он не врал. Император Жути дал ей свободу.

Они отодвинулись друг от друга, тяжело дыша.

Даниэлла не знала, куда смотреть. Не знала, нужно ли было что-то говорить. Что говорили после поцелуя с монстром? Чудищем? Ее народ боялся его и его вида, а она ощущала между ними больше жара, чем с другими мужчинами, которых целовала.

Император смотрел в ее глаза. Его желтые глаза стали медными, и она не совсем узнавала их, но они больше подходили его лицу.

Он погладил ее скулу большим пальцем и прошептал:

- Рафаэль.

- Что?

- Меня зовут Рафаэль.

Дыхание вылетело из нее. Рафаэль. Он вспомнил свое имя.

Она поймала его ладони, удерживая их на своей челюсти и шее.

- Рафаэль, ты поможешь спасти наш народ?

Он смотрел в ее глаза, искал там что-то. Она не знала, что именно, но, возможно, он это нашел.

Он кивнул и сжал ее.

- Да, принцесса. Мы найдем способ.

- Вместе? – ей нужно было слышать его. Знать, что он был с ней. Полностью.

Император Жути, Рафаэль, улыбнулся от ее слов. А потом повторил:

- Вместе.