ГЛАВА 14

Уэст

Что же делать с Нико Салерно теперь, когда он оказался у меня на кухне?

Я смотрел на этого парня, испытывая сильнейшее желание доминировать над ним. Еще никогда в жизни такого не чувствовал. Если бы пару часов назад меня спросили, каков я в постели, то ответ был бы прост — ваниль. Адски скучно, как ни крути. Немного того-сего, однако всегда с манерами и уважением.

Но с Нико? Я не хотел отдавать, хотелось лишь брать. Не просить, а требовать. Мышцы гудели от желания наброситься на него. Схватить за плечи и толкнуть на колени, вынуждая позаботиться о моем яростном стояке. Хотелось кусать и царапать зубами каждый сантиметр его тела, исследуя языком те места, которые никогда раньше не видел.

Хотелось не просто переспать с ним, я испытывал потребность обладать этим парнем.

Голова шла кругом от одной мысли о том, чтобы взять Нико, и я медленно наступал на него, пока не прижал грудью к стене. Глаза Нико широко открылись, зрачки расширились. Он хотел меня так же сильно, как и я его. Я чувствовал это подобно тому, как ощущал его теплое дыхание на своей шее.

— Сними пальто, — прохрипел я.

Нико прищурился, но сделал, как было велено. Мой взгляд непроизвольно зацепился за два колечка в нижней губе, и я уже знал, что они станут первой целью, как только я получу зеленый свет, чтобы поцеловать его.

— Что мы... — начал Нико, но я оборвал его.

— Обувь.

— Что?

Отступив на шаг, я скрестил руки на груди и посмотрел на него сверху вниз.

— Сними туфли.

Ноздри Нико затрепетали.

— Хрена с два.

Как в замедленной съемке, я уперся ладонями в стену по обе стороны от его лица и склонился над ним. Когда наши скулы слегка соприкоснулись, провел носом по холодному металлу многочисленных пирсингов в его ухе, обдавая жаром своего дыхания.

— Снимай. Нахер. Свою. Обувь.

Нико содрогнулся всем телом и через миг отбросил туфли в сторону. От того, как он подчинялся приказам, мой член стал еще тверже, и я понял, что играю с огнем.

Прижавшись к его щеке, я вдохнул рядом с ухом, и прошептал:

— А теперь сними пальто с меня.

Нико ощетинился, но сделал, как я сказал, без конца бормоча о том, какой я властный ублюдок. Потребовалось недюжинное самообладание, чтобы не рассмеяться в ответ.

С уверенностью можно было сказать, что Нико пытался для себя решить, препираться со мной или нет. Словно в нем боролись два разных человека — тот, который хотел мне сопротивляться, и тот, который хотел трахнуть.

Меня же вполне устраивало и то и другое. И если уж быть до конца откровенным, хотелось, чтобы Нико сопротивлялся. Разумеется, обоюдное желание всегда играло важную роль, но я не стал бы возражать, если бы он немного побрыкался. Хотя все мои желания слегка меня злили. Я не должен был хотеть Нико Салерно, «татуированного панка» из Калифорнии, который недолюбливает детей. Вот только мы не всегда выбираем тех, кто дергает за наши ниточки. А он, как охрененно умелый кукловод, дергал за все мои.

Безжалостно.

Сбросив обувь, я провел руками от его плеч до запястий.

— Чего ты хочешь, Нико? — прошептал я. — Скажи мне.

Он удивленно посмотрел, словно не в силах поверить, что меня интересует его мнение по этому поводу. Я видел, как мысли роятся у него в голове, будто Нико сам не мог решить, чего хочет, не говоря уже о том, чтобы объяснить это.

Я снова наклонился, пока наши лбы не соприкоснулись.

— Тогда позволь сказать, чего хочу я. Я хочу трахнуть тебя. Хочу овладеть тобой. Боже, хочу швырнуть тебя на кровать и оттрахать как дикарь. Готов буквально лезть на долбаную стену от желания, потому что хочу тебя сильнее, чем кого-либо за очень долгое время, если вообще когда-нибудь так хотел. Позволь мне взять тебя.

Его аквамариновые глаза потемнели и стали огромными, а дыхание участилось.

— Пожалуйста, Нико, — прошептал я ему в губы. — Прошу, позволь мне.

Нико издал стон, полный желания, нужды и отчаяния. Но что еще важнее, он означал стопроцентную капитуляцию и согласие. Стоило его услышать, как я не терял больше ни минуты.

Все еще удерживая его за запястья, поднял их над головой Нико, прижав к стене одной рукой. И смял его рот в сокрушающем поцелуе, жадно поглощая наши всхлипы и стоны.

Губы Нико на вкус напоминали клубнику и, лизнув их, я ощутил на языке еще больше сладости, удерживая свободной рукой его за горло, чтобы беспрепятственно лакомиться этим сладким ртом столько, сколько пожелаю. Нико попытался потереться пахом о мои бедра, но я отстранился. Одному Богу известно, почему я отказал ему в этом удовольствии, тем не менее я это сделал.

Исследуя его рот, я потерялся во времени, и лишь чуть погодя смягчил поцелуй, чтобы поиграть с маленькими колечками в нижней губе. Я лизал и тянул, наслаждаясь этим, пока Нико прерывисто не задышал мне в рот.

Я прервал поцелуй, пытаясь перевести дыхание, и Нико издал стон разочарования.

— Позволь прикоснуться к тебе, — попросил он, пока я продолжал удерживать его руки над головой.

— Нет, спасибо, — поддразнил я, припоминая ему поведение у костра.

Его ноздри гневно раздулись, и я понял, что в игру вступает рассерженный Нико.

Что ж, поехали. Злой Нико мне охрененно нравился.

— Дай к тебе прикоснуться, мать твою, — прорычал он, пытаясь высвободить руки.

— Нет, — усмехнулся я, и наклонившись, лизнул мочку его уха. — Ты же не думал, что я позволю тебе все контролировать, а?

Он сделал отчаянную попытку ударить меня коленом в пах, но я предвидел это. Поэтому резко крутанул Нико лицом к стене, прижался к нему сзади и, продолжая удерживать одной рукой за запястья над нашими головами, припал губами к основанию его шеи. Слегка согнув колени по обе стороны от его ног, я прижимался к нему все плотнее, продолжая целовать. Мой член идеально устроился, потираясь о шов джинсов на заднице Нико.

— Только скажи «стоп», и я прекращу, хорошо? — пообещал я, толкаясь в него бедрами. — Не имею ни малейшего желания заниматься сексом с тем, кто меня не хочет.

Нико не сказал ни слова, однако кивнул в ответ. Отлично, мы были на одной волне.

На его шее сбоку красовалась какая-то племенная татуировка, и я провел по ней языком. Одновременно с этим пропустив свободную руку ему под футболку, и медленно поглаживая живот.

Все его мышцы напряглись в ожидании моего следующего шага.

— Боже, ты великолепен, Нико, — пробормотал я. — Хочу прикасаться к тебе везде. Облизать всего. Засадить член по самые гланды и слушать как ты выкрикиваешь мое имя.

— Господи, мать твою, — простонал он. — Пожалуйста.

Я провел рукой по его животу вниз к поясу и, расстегнув пуговицу штанов, скользнул кончиками пальцев под резинку трусов.

— Хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе, Нико? — Его имя на вкус ощущалось словно лакомство, которым меня дразнили целую неделю с тех пор как он приехал в город.

— Да, — выдохнул он.

— М-м-м? — Я уткнулся носом в его волосы, вдыхая букет дыма от костра и аромата шампуня, который уловил ранее. А скользнув пальцами еще ниже, почувствовал влажный кончик члена. И застонал от ощущения его кожи.

— Охрененно сексуально. Ты так возбужден для меня?

Я услышал прерывистый вдох и почувствовал, как член Нико дернулся, легонько шлепнув меня по руке.

— Пожалуйста, Уэст... Хочу прикоснуться к тебе, — снова попросил он и на этот раз показалось, что я слышу настоящего Нико. Поэтому высвободив его запястья из своей хватки, я, лаская, провел рукой по телу, вниз к штанам, а затем сжал его эрекцию.