ГЛАВА 16

Уэст

Не будь я так отчаянно настроен затащить Нико в постель, непременно посмеялся бы над беспорядком своих эмоций. Но когда дело касалось Нико, я становился одновременно двумя сторонами некой странной монеты. Одна — похотливая — сторона твердила: «трахни его, трахни прямо сейчас», другая же — изголодавшаяся по любви — «отведи его в постель и крепко обнимай». Хотелось то рявкнуть на Нико, чтобы он разделся и встал на четвереньки. То пригласить принять ванну с пеной и сделать массаж ног.

Еще никогда в жизни я не испытывал таких противоречивых чувств к другому человеку.

Нико, опустившийся передо мной на колени, стал последней каплей. Я отчаянно желал, чтобы мой член оказался у него во рту, но при этом не хотел, чтобы все свелось к быстрому отсосу в полураздетом состоянии на кухонном полу.

Поэтому и спросил, могу ли отвести его в спальню, а он посмотрел на меня так, словно я предложил ему ранчо и коня в придачу. Будто не мог поверить в свою удачу. Как будто ему хотели дать то, чего он не достоин.

Это меня разозлило. Почему он считал, что не заслуживает лучшего, чем минет на полу? Что же такое стряслось с ним в жизни? Что заставило его думать, будто он не достоин, чтобы к нему относились с добротой и вниманием?

Когда Нико медленно поднялся с колен, глядя на меня, как испуганный жеребенок, сердцебиение зачастило сильнее от неведомого чувства. А стоило ему протянуть руку, чтобы помочь встать мне, и я ощутил смесь незнакомых эмоций еще острее. Напоминало счастливую влюбленность. Как будто я и впрямь начал испытывать чувства к этому парню.

Подобная хрень пугала до усрачки, потому что я не рассчитывал на что-то подобное с Нико Салерно. Я притащил его домой, чтобы переспать с ним, а не влюбиться. Мне срочно нужно было вернуть нас в русло «только секс».

Встав, я притянул Нико к себе для быстрого поцелуя, а затем увлек его в спальню.

За те пару минут, которые потребовались нам, чтобы добраться до кровати, я окончательно укрепился в желании избавиться от ненужных чувств, и просто сосредоточиться на физическом удовольствии. Покопаться в глубинах своих эмоций я смогу и позже. Или нет.

«Или нет» было определенно куда лучшим вариантом.

Стоило нам очутиться в спальне, как я тут же притянул Нико к себе для очередного поцелуя. Колечки в его нижней губе скользнули по моим губам, вновь и вновь извлекая стоны удовольствия из нас обоих, пока мы торопливо избавлялись от остатков одежды.

Уже оказавшись полностью обнаженными, я подтолкнул Нико на середину кровати и заполз на него сверху. Татуировки резко контрастировали с абсолютно белым постельным бельем, и воспользовавшись моментом, я провел рукой по некоторым изображениям.

— Так много рисунков, — пробормотал я. — Почему они такие разномастные?

Тень скользнула по его лицу, и, прерывисто вздохнув, Нико отвернулся. Я уткнулся носом ему в шею, пытаясь отыскать то чувствительное местечко за ухом, которое, как выяснил ранее, заставляло его чувствовать себя на седьмом небе.

— Извини, — прошептал я. — Не мое дело.

— Трепись поменьше, — просипел он, и это было так похоже на Нико в день нашего знакомства. Но он был прав. Мы здесь не для того, чтобы болтать. А для того, чтобы трахаться.

Покрывая поцелуями его шею, я спускался все ниже по ключице к пирсингу в сосках. А когда осторожно щелкнул по штангам языком, вздохи удовольствия Нико тут же вернули мне уверенность. Я играл с пирсингом до тех пор, пока Нико не начал задыхаться, сжимая простыни с такой силой, что костяшки его пальцев побелели.

Наконец я взглянул на его член, твердый и сочащийся белесыми каплями на живот. От такого зрелища рот мгновенно наполнился слюной, и я продолжил путешествовать языком вниз по телу, пока не приблизился к нему.

Мы с Нико снова встретились взглядами, когда я начал слизывать с головки вязкие капли его возбуждения. Он запутался длинными пальцами в моих волосах, пытаясь сдержаться и не толкнуться глубже в рот.

Я продолжал лизать и нежно посасывать, пока Нико не принялся умолять.

— Уэст... Уэст, прошу, — выдохнул он. — Возьми его в рот, мать твою. Пожалуйста.

Его мольбы прошивали насквозь, захлестывая бурными потоками эйфории, но я усмирил их к чертовой матери из страха разозлить Нико и испортить момент. Потому что знал наверняка, в любой другой ситуации, не касающейся секса, он бы скорее умер, чем стал умолять. И от осознания этого я почувствовал непревзойденную силу.

В конце концов, сжалившись над ним, провел языком снизу вверх по всей длине стояка. Голова Нико заметалась из стороны в сторону по подушке, а пальцы вцепились мне в волосы сильнее. Его бедра подрагивали, и крепко ухватив за них, я взял член в рот на всю длину.

— Блядь! О боже, — то ли ругнулся, то ли взмолился он.

Я двигал головой вверх-вниз, посасывая его ствол, изо всех сил стараясь доставить ему как можно больше удовольствия. Но обхватив рукой яйца, ощутил прикосновение прохладного металла к пальцам и непроизвольно выпустил член изо рта, чтобы взглянуть, что же там такое. Между анусом и мошонкой обнаружились три металлические петельки, расположенные ровно в ряд.

Должно быть, в моих глазах отразился шок, потому что Нико понимающе улыбнулся.

— Никогда раньше не видел пирсинг «гуч», да? — спросил он.

— Определенно нет, — пробормотал я и, продолжая пялиться, провел пальцем по маленьким серебряным обручам. — Это приятно?

Вопрос предназначался для того, чтобы узнать нравится ли ему стимуляция пирсинга, но ответ Нико был как всегда подначивающим.

— Твое лицо у меня между ног? Определенно, — признался он с гаденькой ухмылочкой.

Я поцеловал его в ягодицу, провел языком по пирсингу к яичкам, затем по основанию члена, и снова взял в рот. Я просто сгорал от нетерпения, и не хотелось тратить время на изучение всех тонкостей генитального пирсинга. Пока что. Но я непременно собирался вернуться к этому вопросу в ближайшем будущем.

Нико дернул бедрами, пытаясь засадить член как можно глубже мне в горло, и я позволил ему. Стараясь держать голову неподвижно, подхватил его под задницу, побуждая трахнуть мой рот как следует.

Пальцы Нико выскользнули из волос, он заключил мое лицо в ладони, благоговейно удерживая за щеки, пока таранил горло. Я все это время неустанно наблюдал за ним, поэтому без труда уловил момент, когда Нико пересек точку невозврата.

— Уэст, — выдохнул он, широко распахнув глаза.

Я медленно моргнул, давая понять, что все в порядке и я хочу, чтобы он кончил мне в рот, одновременно впиваясь пальцами в его голые ягодицы.

— Мпфх... Блядь, твою ж мать. Я не могу... — Нико вскрикнул, и горячая жидкость выплеснулась мне в горло. Я придерживал его за бедра, продолжая сглатывать вязкое освобождение, пока тишину комнаты не заполнили лишь звуки нашего хриплого дыхания.

Затем, вытерев губы тыльной стороной ладони, подполз выше на кровати. Расположившись рядом с Нико, провел рукой по его волосам, убирая пряди с лица, чтобы рассмотреть румянец на коже.

Сине-зеленые бездонные глаза смотрели на меня в удовлетворенном изумлении, и я наклонился поцеловать его в щеку.

— Ты прекрасен, Нико, — прошептал я.

Его взгляд заметался по сторонам, он смотрел куда угодно, только не на меня. Удивительно, как такой человек мог чувствовать себя настолько неуверенно. Да и вообще, неуверенность ли это была? Может, сожаление? Боже, я надеялся, что нет.

Отважившись наконец заглянуть в мои глаза, Нико, должно быть, разглядел в них сомнения, потому что тут же повернулся ко мне и, заключив в объятия, притянул к себе, утыкаясь лицом в шею.

Господи-боже, какая бы глупая часть меня не считала, что я смогу свести эту встречу лишь к «просто сексу», она была охеренно не в себе.

Хотелось спросить Нико, все ли в порядке, но наша ночь предназначалась не для этого. Оставаясь практически незнакомцами, мы с ним просто утоляли сексуальный голод. И точно не собирались обсуждать наши гребаные чувства. Мы собирались трахаться. Нико и сам требовал меньше разговоров. Так почему же моим мыслям этот план казался совершенно чужд?

Я потянулся, чтобы поправить член из неудобного положения, но прежде чем успел сделать это, Нико перехватил меня за запястье.

— Не-а, — проворчал он. — Мое.

Губы непроизвольно растянулись в улыбке, и я слегка откинулся назад, чтобы посмотреть на него. Лицо Нико разрумянилось, и мне стало интересно от чего больше — от оргазма или от такого собственнического заявления.

— Твое, да? Ну и что же ты собираешься с этим делать? — поддразнил я.

— Я все надеюсь, что Мистер Контролирующий Ублюдок доведет начатое до конца и трахнет меня, но пока дело ограничивается лишь пустым трепом. — Его голос звучал как сама страсть, посылая импульсы желания прямиком к моему члену, практически с самой первой нашей встречи.

Я не стал придумывать язвительный ответ на этот вызов, тягаясь с Нико в остроумии. Просто схватил его и перевернул на живот, а затем заставил подобрать колени под себя и раздвинул самые идеальные округлые ягодицы, которые мне когда-либо счастливилось держать в руках.

Стоило коснуться его задницы губами, и рот Нико, вечно извергающий хитроумные замечания, начал изобиловать теперь уже потоком бессвязной чепухи.