— Нет. Мы делились, но к тебе это не относится. Я не стану делить тебя ни с Дэниелом, ни с кем-либо еще.

Она отстраняется, влага блестит в ее глазах.

— Почему?

— Потому что ты, блядь, моя, красавица. Никто не имеет права смотреть на тебя или прикасаться к тебе. И если они совершат эту ошибку, я покончу с их жалкими жизнями.

— Даже с Дэниелом?

— Особенно с Дэниелом. Его имя на вершине моего списка дерьма.

Она слегка улыбается, и улыбка эта яркая и чертовски невинная.

— Я все равно сказала ему «нет».

— Правда?

— Да. Он не совсем в моем вкусе.

Моя грудь наполняется странным теплом, которого я не чувствовал уже... целую вечность. Это первый раз, когда кто-то сказал, что Дэниел не в их вкусе — он в вкусе каждого — и тот факт, что она, из всех людей, говорит это, делает со мной дерьмо.

Мне требуется весь контроль, чтобы спросить:

— А я?

— Возможно.

— Хм. Я должен добиться «конечно».

Я выхожу из нее, и она издает небольшой эротический звук, от которого я становлюсь твердым как камень.

Поднимаясь, я тяну ее за руку. Она спотыкается и прижимается ко мне.

— Куда мы?

Ее голос с таким придыханием, что я хочу трахнуть ее прямо здесь и сейчас.

Но это означает присутствие публики, а я этого не люблю.

— Домой.

— Но... я приехала с Гвен, Крисом и их другом... я должна им сказать.

— Забудь о них.

— Я не могу оставить Гвен одну. Она пьяна.

Я ворчу, продолжая тащить ее за собой. Я должен был догадаться, что пьяное состояние Гвен создаст проблему.

К счастью, я знаю правильного человека для этой ситуации.

Крепче прижав к себе Анастасию, я набираю номер Нейта.

Пусть он позаботится о пьяной дочери своего лучшего друга, чтобы я мог сосредоточиться на Анастасии.

На моей Анастасии.