они встретятся вскоре. Затем, журналист спрашивает об отношении президента к

сыну избранного Гоше. На что президент отвечает:

- Лучше, чем словами Сталина о Рокоссовском, у которого недруги зафиксировали

несколько любовниц, я не могу сказать: Гоше будем молча завидовать.

Отец и дочь понимают, что произошло непредвиденное - отец избран мэром их

Города. По-видимому, женщины Города голосовали за него, известного им

гинеколога, а мужчины голосовали из-за Гоши, которому все завидуют.

Они срочно возвращаются в Город. По дороге все радиостанции повторяют одну и ту

же фразу президента, что Гоше будем молча завидовать.

Изменился общий тон высказываний. Гоша теперь стал как бы любимым сыном

отечества, типа умный младший сын Иван-царевич.

Подъехали домой. Никого не видно. Потом с мансарды спускается заспанный Гоша, который сразу же радостно поздравляет отца. Вслед за ним с мансарды спускаются

три его подруги. Жгучая Земфира, называя гинеколога Папой, также поздравляет

его с избранием.

Беря быка за рога, Земфира сразу начинает командовать, и советует будущему мэру

заблокировать все средства мэрии, пока их окончательно не украли. Отец

слушается, звонит в банк знакомой. Та сразу же выполняет его указание.

Выясняется, что на счету мэрии лежат какие - то копейки.

Городу нужны средства. Земфира подключает своих знакомых во властных

структурах и сразу же добивается получения большой суммы для города.

Избалованная Оля и безмятежная Глафира с восхищением смотрят на решительную

и властную Земфиру.

Они все, вместе с вновь избранным мэром, мчатся в мэрию, чтобы выгнать

прежнюю команду. Захватив с собой по дороге пузатых полицейских, они

врываются в зал заседаний мэрии, и под руководством властной Земфиры

заставляют написать заявления об увольнении с работы всех членов мэрии, похожих

на бандитов. Затем, опять же под руководством Земфиры новый мэр вызывает всех

силовиков и заставляет их усилить контроль в Городе. По всем действиям видно, что

силовики полностью подчинились Решетникову и новый мэр, не дожидаясь

окончательного официального избрания, приступил к своим обязанностям. За

событиями, происходящими в зале, девушки теряют из виду Гошу. И тогда Земфира

грозно восклицает:

-Вы оставили его одного в приемной.

Девушки выскакивают в приемную и видят, что Гоша сидит в кресле, а на ручку

кресла присела длинноногая секретарша, которая смеется над шуткой Гоши. Увидев

ревнивых девушек, секретарша мгновенно возвращается на свое место. Земфира

велит ей отнести новому мэру кофе. Секретарша независимой походкой несет поднос

в зал и при этом, обращаясь к Гоше, просит его:

-Гоша, последите за тем, чтобы ничего не пропало в моё отсутствие. А то ходят

всякие, а потом галоши пропадают.

Тройка девушек и сестра во главе с Гошей выходят из мэрии. Пузатые менты

подобострастно отдают им честь. Навстречу им в мэрию бегут испуганные

чиновники и предприниматели и еще быстрее выбегают из мэрии и мчатся кто куда.

Периодически возникают кадры зала мэрии, где новый мэр сидит в окружении

соратников, а перед ними на стуле сидят разные люди как на суде и мэр

красноречиво показывает им решетку на пальцах.

На улицах видно, что в городе появился настоящий хозяин: начинают

ремонтировать дороги, красят дома, убирают мусор, кругом ездят поливальные

машины.

Главные герои гуськом во главе с Гошей медленно идут домой.

Сестра Нюся периодически поглядывает на всю четверку и видно, что она

догадалась о чувствах каждой из девушек к Гоше. Она понимает, что каждая из них

воспринимает Гошу как свою собственность, которую она никому не отдаст. И если

романтичная Глафира нашла того, кто стал музой в её творчестве, то страстная

Земфира нашла того мужчину, с которым ей просто очень комфортно, а Оля нашла

свою первую любовь и не расстанется с ним никогда. Нюся меланхолично подумала, что это одно уравнение с четырьмя неизвестными, а такое уравнение в математике

решения не имеет. Она также думает, что отец будет рад всем будущим внукам, а ей

придется растить будущих племянников. В любом случае девушки идут с надеждой

на будущее, но Нюся никогда не согласится с женитьбой Гоши на этих девушках.

Один Гоша идет с унылым видом человека, на которого повесили ярмо большой

семьи и он, конечно, будет безропотно тащить его всю свою жизнь.

Слышна песня Мой любимый Одиссей уплыл вдаль за сто морей .

Ищет он свое руно на кораблике Арго.

Часть 2.

Опять стены старой лаборатории. Похоже, что в личной жизни Гоши ничего не

изменилось. Отец и сестра категорически против его свиданий с Глафирой и

Земфирой, женщинами старше его по возрасту. А родители Оли запрещают ей

встречаться с Гошей, мотивируя тем, что он Дон Жуан.

У Гоши после защиты диссертации возникла новая идея, и он просит шефа

перевести его в отдел Самуиловича. Они вдвоем в кабинете. Самуилыч

заинтригован идеей Гоши, машет руками, бегает по комнате. Говорит:

-Если эксперимент на ускорителях подтвердится, то это мировое открытие с

миллиардными доходами. Но для эксперимента надо ехать в Европу, в ЦЕРН, в

России ускорители не работают. Нужно решение Академии наук.

Самуилыч вопросительно смотрит на Гошу. Гоша понимает, что надо подключать

Земфиру.

Через некоторое время все административные вопросы были улажены. Гоша и

Самуилыч стали готовиться к поездке в Швейцарию. Гоше сестра купила у своей

коллеги итальянский костюм, и сводила Гошу к своему парикмахеру на студии.

Визажист долго возился с его волосами, которые обычно безобразно стригла сама

Нюся.

Гоша появился в аэропорту позже назначенного времени. Встревоженный

Самуилыч уже бегал по аэропорту, разыскивая Гошу, и несколько раз пробежал

мимо него, не узнавая в этом европеизированном юноше своего всегда неухоженного

коллегу.

Они должны были лететь в Цюрих, где Земфира договорилась о проведении

испытаний в ЦЕРНЕ. Но билетов в Швейцарию не было и пришлось добираться

туда через Германию.

В самолете Самуилыч постоянно напоминал Гоше о возможных провокациях и

необходимости соблюдать осторожность.

Прилетев в Германию, наши герои пересели в Штутгарте на электричку до Цюриха.

Проходящие по вагону таможенники не обратили внимания на Гошу, но у

Самуилыча потребовали документы. Тот на своем идише, который он называл

идеальным немецким, что-то им объяснял. Гоша слышал его слова Цюрик и цурюк, а полицейские как немецкие, так и швейцарские подозрительно смотрели на

Самуилыча и неохотно вернули ему документы. Самуилыч потом говорил Гоше, что это конечно провокации против российского ученого. Гоша только посмеивался

в глубине души.

В Цюрихе они быстро нашли технологический институт, где их должны были

зарегистрировать для дальнейшей работы. Немного взволнованный Самуилыч

велел Гоше остаться снаружи, а сам пошел в офис выяснять обстановку. Гоша

смотрел на здание института и удивлялся, что буквально в 10 метрах от него

находится пивной бар с большим количеством столов и деревянных лавок. А когда

окончились занятия, то сотни выскочивших студентов бросились занимать места за

этими столами, и им официанты быстро разнесли пинты пива. Родители посылают

учиться своих детей в этот источник знаний, а они большую часть времени проводят

в пивнушке, думал Гоша.

Появился Самуилыч, дрожавшим голосом сказал:

-В офисе девушка не понимает немецкого языка, и вроде того, что не хочет нас

оформлять.

Гоша сам пошел в регистратуру. Девушка приветливо его встретила, и когда он

представился, сказала, что она не поняла Самуилыча, хотя она сама немка, но

такого диалекта немецкого она не понимает. Потом она сказала Гоше, что возникли

проблемы и на ускоритель их могут пустить только через две недели, но поскольку

заминка в эксперименте произошла из-за ошибок института, то они им оплачивают

пансионат с проживанием. Девушка выписала им гостевые карточки в

апартаменты, недалеко от института.

Наши друзья вскоре нашли нужное здание и их поселили соответственно Самуилыча

в полуподвальный цокольный этаж с видом на помойку, а Гоши достался люкс на

последнем этаже, с прекрасным видом на гору Юнгфрау. Похоже, что регистратор в

институте приняла Гошу за руководителя. Но Самуилыч был доволен бытовыми

условиями и, сказав Гоше, что будет готовиться к эксперименту, достал из чемодана

бутылочку водки. А Гоше он посоветовал познакомиться со Швейцарией, пока у них

образовались незапланированные каникулы.

Гоша бродит по Цюриху, рассматривая все его великолепные здания. Захотелось

пить. Гоша подошел к киоску с прохладительными напитками. Достал одну из

швейцарских банкнот, которые ему выдали в качестве командировочных, и стал с

интересом её рассматривать, поскольку банкнота была на самом деле произведением

искусства. Подошла его очередь обратиться к торговцу за водой. Но в это время

перед ним стоящая девушка купила бутылочку воды, открыла её и предложила

Гоше попить. Гоша не понял, что девушка обращается к нему. Даже обернулся

назад, но сзади него никого не было. Машинально он взял протянутую ему

бутылочку и сделал несколько глотков, а затем вернул её девушке. Та также отпила

немного из бутылки. Затем сказала Гоше, что её зовут Джейн (девушка двадцати лет, высокая с распущенными волосами, типаж артистки спортсменки) и предложила

растерянному Гоше погулять вместе. Во время прогулки Джейн сказала, что её отца

перевели в Швейцарию, и она приехала сюда вместе с ним в Цюрих на учебу, поскольку здесь самая спокойная обстановка. И что у неё тоже возникли каникулы, и что она тоже хочет познакомиться со Швейцарией.

Они купили так называемый льготный Swiss Path- проездной билет на все виды

транспорта. Но проездной билет действовал лишь при их совместной поездке. Их