— Дождемся, когда стемнеет. — Я направляюсь в коридор, ведущий на задний двор. — Идем. Заодно и поговорим.

Снаружи, солнце уже начинает скрываться за стенами моего дома, окрашивая небо в сиреневые полосы.

Когда мы оказываемся на лужайке, окруженной дубами и цветущими кустарниками, я забираю у Шейна Шуберта и указываю ему на место возле бетонной скамейки в саду.

— Где ты отсиживался эти три месяца?

Он погружает острие лопаты в мульчу и начинает копать яму.

— Точно не в Новом Орлеане.

Если я стану давить на него, наверняка, он наврет о своем местоположении. Известно, что он был вне штата. Возможно, эта информация поможет детективу выследить его в дальнейшем.

Сидя на скамье, я изучающе смотрю на его редкие светлые волосы, невзрачные черты лица и пустые глаза. С трудом верится, что передо мной родственник Айвори.

— Расскажи мне все с самого начала, как вы пришли к этому? — интересуюсь я, глубоко вздохнув.

— Накануне Лоренцо сам позвонил мне и сообщил, что освободился, — не отрываясь от копания в земле, отвечает Шейн. — Он был за решеткой за кражу со взломом, — заметно замешкавшись, добавил он.

Либо Шейн сейчас издевается надо мной, либо реально не в курсе о моей роли в ситуации с арестом Лоренцо. Хоть братец Айвори тот еще идиот, я все же склоняюсь ко второму. Получается, он не хотел упоминать о краже со взломом по другой причине и, кажется, я догадываюсь, по какой именно.

— Лоренцо позвонил мне, как только вышел и сообщил, что у него проблемы с жильем и ему нужна легкая нажива. — Шейн начинает копать интенсивнее, всячески избегая моего взгляда. — Я был обязан ему жизнью, поэтому подкинул ему вариант и тут же вылетел сюда, чтобы помочь.

Я окидываю взглядом свой особняк, постепенно складывая фрагменты мозаики в единую картину. Должно быть, Шеин активно следил за своей сестрой еще до того, как встретился с ней возле школы. Если это действительно так, то ему уже было известно, где она живет. В тот вечер, увидев меня на парковке и признав во мне того парня, что вдарил ему по лицу, он сопоставил все факты. Наш с Айвори режим дня ни для кого не секрет, поэтому ему не составило труда понять, что в это время мы оба будем в школе.

— Так ты попал сюда с целью обнести мой дом. — Я сжимаю кулаки. — Но как ты проник внутрь?

— Я догадался, какой код доступа у Айвори, — отвечает Шеин, на секунду отвлекаясь от работы.

Дерьмо. Серьезный косяк с моей стороны, вынужден признать.

И что дальше? В дом пошел Лоренцо, а Шейн остался на шухере? Айвори сопротивлялась. Каким-то образом Шуберт попал под раздачу. Я не стану выпытывать это из Шейна. Моя девочка сама расскажет мне, когда будет готова.

— Она не должна была быть здесь, — бормочет Шейн, уставившись в землю.

— Но она была. Как думаешь, что Лоренцо намеревался сделать с ней после того, как надругается над ней? Не кажется, что вряд ли бы он оставил ее в живых, чтобы она сдала его с потрохами?

— Вот черт.

Его пальцы так крепко сжимают рукоять лопаты, что он вот-вот потеряет сознание от нарушения кровообращения.

— Догадываешься, почему я ударил тебя той ночью?

Он молчит, продолжая сверлить глазами землю под ногами.

— Она пришла на занятия с разбитой губой.

Мне приходится сглотнуть, подавляя в себе отвращение.

Шеин закрывает глаза, и его лицо искажается от осознания своей вины.

Его муки совести слегка усмиряют мой растущий гнев.

— Брат обязан защищать свою сестру. Всегда и во всем. Рисковать ради нее всем, лишь бы она была в безопасности, черт подери.

Его тело дрожит, и он опирается на черенок лопаты, как на костыль.

— Черт, да, я облажался. — Он проводит рукой по волосам, не скрывая слез. — Она пыталась достучаться до меня на протяжении многих лет, но я не хотел слышать ее. Я просто... был так зол на нее. Злился из-за ее отношений с отцом... от того, что она обосновалась здесь... в этом чертовом особняке...

На самом деле мне плевать на его оправдания и на то, что он приплетает в них меня. Единственное, что я хочу услышать, обещание оставить Айвори в покое.

Поднявшись со скамейки, забираю у него лопату и начинаю копать сам.

— Так получается, после звонка Лоренцо ты не придумал ничего лучше, чем обокрасть дом, в котором живет твоя сестра? Тебе просто захотелось отобрать у нее кусок счастья, воспользовавшись помощью опытного в грабежах приятеля?

— Да, — шепчет он, опуская руки и устремляя взгляд в сторону моего дома.

Я погружаю тушку Шуберта в яму, сглатываю слезы и начинаю закапывать могилу.

— Я должен был хоронить тебя вместо Шуберта.

На Шейне просто нет лица, но в глазах сверкают искры решительности.

— Я обещаю, что больше никогда не доставлю хлопот моей сестре. Черт, я буду держаться подальше от нее всю свою оставшуюся жизнь. Это единственное, что я способен ей предложить.

Я готов пожизненно оплачивать услуги своего частного детектива, только бы быть уверенным в этом.

— Теперь пришло время заняться более серьезными делами.

— Да, конечно. — Он наконец-то встречается со мной взглядом, а затем переводит глаза на темнеющее небо на горизонте. — Я знаю подходящее место.