Пальцами я закрыла Коте рот, как раз тогда, когда он говорил Норту другой шифр. Слезла с колен и толкнула его по направлению к чердаку. Кота сразу понял, что происходит: прижал телефон к груди, скатился с кровати, открыл дверь на чердак и исчез.

Кто-то подёргал ручку двери. Затем последовал стук.

- Сэнг, - из-за двери раздался мамин голос.

У меня затряслись руки. Я внимательно осмотрела комнату, нет ли каких вещей, которые ей не понравятся. Пнула сумку Коты под кровать, отперла дверь и выглянула.

Мама стояла прислонившись к двери. Она переодела платье, но от нее все равно пахло потом. Глаза у нее были бешеные.

- С кем ты разговаривала?

Я протёрла глаза, зевнула.

- Разговаривала?

- Я слышала мужской голос.

Я вскинула голову.

- Радио?

Она сузила глаза. Ее грудь вздымались, она тяжело дышала. Должно быть, подъем по лестнице дался ей нелегко. У нее что-то болит?

- Твоё радио не включено.

- Я выключила его, когда ты постучала.

Она нахмурилась.

- Почему ты мне лжешь?

Я широко распахнула глаза.

- Я не лгу.

- Я знаю, когда ты мне лжешь, - сказала она, прижимая ладонь к щеке.

- Сэнг, ты лжешь и лжешь. Ты всю неделю только и делаешь, что лжёшь!

Моё сердце резко остановилось: она вспомнила про табурет и душ?

Она открыла дверь и я, по привычке, отошла к стене, пропуская её. Она осмотрела комнату.

- Почему ты переставила вещи?

- Хотела сделать перестановку, - ответила я как можно спокойнее, но мой голос в конце фразы оборвался. Наверное, это от волнения... Да, я волновалась, потому что Кота был за дверью и всё это слышал.

- Ты голодна? Я сделаю завтрак.

Мама осматривала комнату и её взгляд остановился на книжной полке, и её лицо исказилось.

- Что там за ней? - спросила она.

- Дверь на чердак, - сказала я. - Она страшная, так что я попыталась как-то прикрыть...

Она взялась за верхушку полки и наклонила её. Полка покачнулась и упала. Радио упало и разбилось от удара об пол. Книги полетели и рассыпались по комнате. Вентилятор, который стоял за полкой, отлетел, ударился о дверь чердака и задержал падение книжной полки. Дверь на чердак была заблокирована.

- Не ври мне! - закричала она.

Я прижалась к стене, обхватив себя руками. Меня сильно трясло.

Послышался скрип. Дверь на чердак приоткрылась, но полка с вентилятором не дали ей открыться до конца. Кота собирался прийти мне на помощь? А теперь он в ловушке?

- Нам лучше пойти вниз и сделать что-нибудь поесть, - сказала я так громко, как могла. Шум за дверью прекратился. Он понял. Я не пострадала. - Я приготовлю яйца и тост.

- Хватит юлить и уходить от ответа, - она потерла ладони друг о друга. Её качало.

- Ты переставила мебель, из твоей комнаты слышны голоса, ты мне лжешь! Ты мне прямо сейчас расскажешь, что происходит!

Я не знала, как ответить. Как рыба открыла рот, но не промолвила ни слова. Как назло, ничего не приходило в голову.

Она подошла и приказала ледяным голосом:

- Вниз, сейчас же!

Я глубоко вдохнула, медленно выдохнула, но повиновалась и не спеша вышла из комнаты. Так будут лучше. Я уведу её от Коты.

Меня не побили, и не сказали сидеть в ванной, разве это не хорошо, не так ли?

Мама медленно спускалась вниз всем телом опираясь на перила. В холле она остановила меня:

- Оставайся здесь.

Я вздохнула облегчённо. Рис. Или табурет. Табурет! Она будет его искать, а его нет. Я в беде!

К счастью она вернулась с мешком риса, насыпала кучку рядом с дверью и указала на нее.

- Встань на колени, - приказала она.

Я упала на колени, склонив голову к полу, показывая покорность.

- Когда твой отец придёт… - сказала она, но продолжения не было. Она никогда не заканчивала предложение. Сказала и ушла в свою спальню. Звук новостей донёсся из комнаты. Она не собиралась спать сейчас.

Я стояла на коленях и пыталась убедить себя, что она не будет меня проверять сегодня, ведь она никогда не проверяет. Минуты проходили. Кота заперт на чердаке. Я гадала, успею ли я встать, помочь ему выбраться и вернуться прежде, чем она заметит, что меня нет.

- Псс, - звук донёсся до меня. Я быстро подняла голову, и это движение вызвало у меня небольшое головокружение. Рис впился в коленки.

Кота и Натан сидели на верхней ступеньке с окаменевшими нахмуренными лицами, они пристально смотрели на меня сверху вниз.

Ну, зачем? Зачем они сидят там оба? Почему-то оказаться в таком положении перед Котой было особенно унизительно.

Кота подал мне знак:

- Ты в порядке?

Я кивнула.

Показал жестом:

- Встань.

Я открыла рот, чтобы ответить, но его строгий взгляд остановил меня.

Он показал жестами:

- Встань или я спущусь за тобой сам.

Я скрестила руки перед собой, пытаясь жестами ответить ему трясущимися пальцами, что не стоит этого делать.

Он сверкнул глазами, поправил очки и принялся снимать обувь. Натан сделал также. Они обувь, сорвали носки.

Я дрожала и не могла двинуться. Все же, нашла в себе силы и продолжала объяснять жестами и умолять глазами:

- Остановитесь! Не делайте этого! Если я встану, она услышит. Если вы спуститесь, она услышит. Если она поймает нас, всё будет кончено. Два мальчика в доме. У нее будет сердечный приступ и она позвонит в полицию. Вас арестуют! Академия будет вовлечена!

Но они меня не слушали и спускались вниз на цыпочках, осторожно, по краю ступенек, чтобы не раздалось ни единого скрипа. Кота шел первым. Натан шёл за ним след в след.

Кота на коленках подполз ко мне. Сегодня он был в джинсах, но я знала, что этот материал ему не нравится.

- Сэнг, - прошептал он. - Вставай.

- Вы должны уйти, - прошептала я. - Она вернётся.

- Ты не можешь стоять на рисе на коленях, Сэнг, - прошептал он. - Это не нормально.

Натан встал на колени, приподнял шорты и опустился голыми коленками на рис. Его лицо исказилось от боли. Он беззвучно проклинал всё на свете.

Я покачала головой Коте, обняв себя, меня трясло.

- Если она вернётся, и не найдет меня здесь...

- Если ты стоишь, то и мы будем стоять на коленях рядом с тобой до тех пор, пока ты не встанешь, - прошептал Кота.

Зачем? Зачем они это делают? Пара часов стояния на полу это пустяки. Я уже стояла и ничего страшного не случилось.

- Вы не должны этого делать, - прошептала я.

- Ты одна из нас, Сэнг! - сказал Кота командным шепотом. - Мы вместе! Мы – семья!

То есть, он серьезно собирался стоять рядом, пока я не поднимусь. Один взгляд на Натана убедил меня, что он точно решил здесь остаться. Ему было очень больно – он скрипел зубами и прижимал кулаки к бёдрам. И тут я поняла, что он здесь не из-за Коты. Как и Норт, Сайлас и другие, он хотел выполнить обещание и вытащить меня из дома, где мне угрожает опасность, при первой хорошей возможности.

Слезы жгли мне глаза и я старалась не расплакаться. Это не из-за риса. Мари, родная сестра, когда-либо стояла рядом со мной на коленях из солидарности? А мама? Она, вообще, понимала, что делает? Так что значит семья? Мари сбежала развлекаться к Даниэле, хотя видела, что я заболела. Она никогда ничего не замечала. Моя мама не заметила бинты. Она, вообще, забыла, как оставила меня в ванне, связанную и без голоса. Стояние на коленях не нормально.

Рядом со мной Кота. Рядом Натан. На их лицах читалась верность, готовность помочь, во что бы то ни встало. Никогда и ни от кого я не чувствовала такой поддержки. Болело сердце за Натана: он передвигался на коленках, и я знала, что он чувствует. Мне тоже было больно, но, видимо, у меня на коленях кожа толще, или я привыкла к рису. Раз я не смогла убедить их оставить меня, стоит ли я попытаться еще раз?

Семья это выбор. Я должна научиться им доверять. Если Кота скажет уйти, я уйду. Если Натан сказал, что вытащит меня отсюда, я должна верить в это. Чтобы ни случилось после этого, я должна следовать за ними. Я собираюсь быть частью их или нет?

Я поднялась с колен, осторожно вставая на пол. Рис, вдавившийся в кожу, начал осыпаться на деревянный пол. Казалось, зерна падают с неимоверным грохотом и я застыла, боясь, что моя мать услышит и придет на кухню узнать, что за шум.

Натан смахнул ладонью приставший рис с моего колена, а Кота схватил меня за локоть, чтобы подняться. Жестом попросила их замереть. Они встали рядом со мной, ожидая.

Я приняла решение. Оно далось не легко и поэтому немного потряхивало от осознания последствий этого решения. Моя мать навсегда останется моей матерью, а Кота и Натан стали моей семьей. Пока я ещё не чувствовала этого до конца, но я приучала себя к этой мысли. Если ребята хотят дать отпор моим родственникам вот так, рискуя всем ради меня, что ж, так тому и быть. Мне и самой это нужно. А еще мне нужны они, ребята, моя семья. Ведь семья поступает именно так – протягивает руку помощи в трудную минуту? Я хочу, знать больше о взаимоотношениях в семье. Я готова рискнуть с ними.

Кота пополз к ступенькам, Натан последовал за ним.

Я уже начала двигаться следом, когда услышала щелчек открывающегося замка со стороны входной двери и замерла. Зазвенели ключи. Что-то тяжёлое упало на пол в холе. Раздалось тихое ворчание знакомым глубоким голосом.

Папа вернулся.

Кота и Натан обернулись и посмотрели на меня. Я сделала большие глаза и жестами показала им, что надо подниматься наверх. Кота повернулся ко мне в пол-оборота, готовый бежать обратно. Кота сказал мне идти на верх и не вставать на колени снова, но я хотела защитить их. Решила отвлечь внимание и дать ребятам возможность подняться наверх и спрятаться на чердаке. Отца я не боялась, он никогда не наказывал меня. С другой стороны, я его совсем не знала. Он был как какой-то незнакомец, который живет со мной в одном доме.

Я осталась стояла возле риса, а ребята поднялись наверх по лестнице. Я увидела ноги Коты на краю верхней площадки. Тихо, как обычно, напоминал мне, что он рядом и ждет.

Высокая фигура отца появилась в зале. Он вошел и остановился, заметив меня. Угрюмое небритое лицо, усталые глаза. При взгляде на меня он удивился и приподнял одну бровь.