Глава 10

Впервые за долгое время я проснулась, чувствуя себя отдохнувшей. Причиной этому мог стать чистый воздух или то, что я находилась рядом с озером или то, что я провела ночь с Бобби. А может быть все вместе. Но, когда открыла глаза, Бобби рядом со мной не было. Я села, огляделась вокруг, пытаясь найти следы его присутствия, но ничего не нашла. Что, если Бобби снова ушел? Вдруг он запаниковал, понимая, что мы повторили наш самый большой грех и сбежал? Я встала и открыла входную дверь. Бобби шел ко мне, он был без рубашки и, увидев меня, начал улыбаться.

— Здесь совершенно нет еды, и я хотел, что—нибудь нам принести, но, — он указал на меня. — Моя рубашка у тебя.

Я опустила глаза и почувствовала каждое его прикосновение прошлой ночи.

— Ты хочешь сказать, что не пойдешь в город без рубашки? — спросила я с сарказмом.

— Только если и ты пойдешь без рубашки, как и я, — он указал на меня.

— Хорошо, можешь получить ее обратно. Доброе утро, кстати.

— И тебе прекрасного доброго утра.

Я стояла перед ним и медленно расстёгивала каждую пуговицу на рубашке. Я не спеша сняла ее со своих плеч. Солнце ласкало мое обнаженное тело. Его глаза блуждали по мне.

— Ну, — фыркнул он. — Это впечатляет.

Сегодня мы не были друг и подруга, мы вернулись к Лилли, жене его брата, и Бобби, брату моего мужа. По крайней мере, я так думала. Мы решили не говорить об этом вчера вечером и по какой—то причине не касались этой темы сегодня утром. Я схватила свое платье с дивана и скользнула в него.

— Я иду с тобой.

Он улыбнулся.

— Хорошо. И речи быть не может о том, чтобы ты сделала что—нибудь полезное здесь.

Он подмигнул мне, изображая недовольного мужа. Я бы все отдала, чтобы оказаться в этой реальности.

— Ну, во—первых, где мои туфли? — спросила я.

— Мне казалось, что я видел их на улице.

Его ухмылка заставила свернуться мой желудок, и вспыхнуть воспоминаниям о прошлой ночи.

Мы сели в пикап и направились к ближайшему магазинчику.

— И так, чтобы ты хотел на завтрак?

— Тебе решать. Чего бы ты хотела?

— Я голодна!

Я схватила мешок картошки.

— Жареный картофель, французский тост.

Я проходила ряд за рядом.

— А где бекон? – пробормотала я.

— Не ожидала? – спросил он, выглядывая через отверстие между полок.

Я попыталась схватить его и поцеловать, но он увернулся. Я побежала по проходу, чтобы догнать его, но он уже скрылся от меня. Потом я почувствовала, что он обнял меня сзади и начал кружить, я вскрикнула от неожиданности. Хихикнула, пытаясь вырваться из его объятий.

— Если ты будешь продолжать меня держать, я приготовлю мясной рулет!

— О нет, только не рулет.

Он поставил меня на ноги, и я обернулась.

— Ты же говорил, что любишь мой мясной рулет, — сказала я и толкнула его в грудь.

Он сложил руки.

— Я говорил. Это правда. Клянусь. Я просто пошутил. Тем более ты первая сказала, что твой пирог не вкусный.

— А ты должен был его хвалить! Это же так легко для тебя и это было бы приятно для меня. Лови этот пирог!

Я бросила в него буханку хлеба, и он поймал ее, а затем схватил меня за предплечья и потянул к себе для поцелуя. Я решила, что не совсем понимаю, какие у нас правила сегодня. Наши губы соединились, но услышали приближающие к нам шаги. Появился пожилой мужчина и бросил коробку на прилавок, и мы поспешно отодвинулись друг от друга.

— Доброе утро, — крикнул он. — Дайте знать, если вам нужна будет помощь.

— Спасибо, — ответила я. — На самом деле нам нужны яйца и бекон. Наверно, все.

— Позвольте мне помочь вам, встретимся около кассы.

Я узнала человека, как только он положил яйца и бекон на прилавок рядом с другими нашими покупками. Он был владельцем этого магазина, с тех самых пор как открылся. Он начал пробивать наши покупки и покосился на Бобби.

— Ты случайно не один из мальчиков Лайтли?

— Да, я.

Владелец улыбнулся.

— О... Боже, я так давно не видел тебя в этих краях. Наверно, прошло уже лет пять или шесть.

— Вы правы.

— Ты тоже бывала здесь раньше. Ты одна из дочерей Гейлс?

— Да, я проводила здесь лето. Моя семья останавливалась у семьи Лайтлов.

— Ооо, — пробормотал он. — Ну, вы двое сильно повзрослели.

Он продолжил собирать наши покупки, прежде чем обратился к Бобби.

— Кстати, очень сожалею о твоих родителях. Они были хорошими людьми.

— Спасибо, — ответил Бобби угрюмо.

— Ты знаешь, я был уверен, что ты выходила замуж за Рори, — усмехнулся мужчина. — Даже был на свадьбе, но возможно, что—то путаю, уже не молод.

Мне стало не по себе. Это было наше место. Мы убежали от наших проблем. Но все равно не смогли убежать от наших ошибок.

— Я…, я буду ждать тебя в грузовике, — сказала, улыбаясь. Я почувствовала заинтересованный взгляд Бобби на себе, но ушла, не оглядываясь, и лишь звон колокольчика сопровождал мой выход.

Бобби подошел к грузовику с двумя пакетами наших покупок. Я напряженно сидела и думала. Что же мы тут делаем? Было ли это правильно? Что мы будем делать, когда вернемся домой? Просто притворимся, что ничего этого не было? И именно этого я ждала семь болезненных лет?

Я первая нарушила молчание.

— Мы должны вернуться домой.

— Как насчет завтра?

— Я забыла, что Рори может позвонить. И он начнет беспокоиться, что мы не отвечаем на его звонки.

На самом деле это была не совсем правда. Я часто пропускала его звонки, так как всегда была занята домашними делами, и Рори обычно не переживал по этому поводу. Но сейчас это звучало, как весомый повод.

— Случайно это не связанно с тем, что сказал мистер Купер? Он просто пожилой человек, и это был просто милый разговор.

— Ты думаешь, он ничего не понял, Бобби? Он видел, как мы росли. Был на моей свадьбе. Видел, как мы целовались.

— Ну и что?

— Дело в том, что мне придётся вернуться. Я замужем за Рори. Мы связаны законом. Я не могу просто так взять и уйти. Для меня ставки слишком высоки.

— Ты думаешь, что я оставлю тебя?

— Раньше ты именно это и сделал, не так ли?

Он вздохнул.

— Лил, теперь все по—другому. Может быть вы и связаны на бумаге, но Рори мой брат. Он моя кровь. Единственный родственник, который у меня остался. Ставки довольно высоки и для меня.

Я выглянула в окно и взглянула на магазин, где мы только что были. Где впервые почувствовала себя неверной женой. Бобби и я должны были уехать очень далеко, если хотели начать нормальную жизнь. Мы должны были оставить всех, кого знаем. Никто не поймет нас. Ни моя семья, ни его. Многое изменилось за эти годы, но не эта дилемма.

— Если бы я мог нажать на кнопку и перестать любить тебя, я бы … — провозгласил Бобби. Столкнувшись с возможностью нелюбви Бобби мне захотелось вернуться домой и защищать наши чувства. — Я бы не стал.

— Тогда бы я сделала это для тебя. Ты был намного счастливее, если бы не я, — повернувшись к окну покачала головой.

— Слушай, Лил, — Бобби положил мне руку на колено. — Я думал об этом сегодня утром. Хотел бы остаться здесь на пару недель, чтобы отремонтировать кое––что. Есть вещи, на которые у Рори просто не хватило времени. И хотел бы, чтобы ты осталась здесь со мной.

— Но Рори может позвонить.

— Вот там есть платный телефон. Он сказал мне отель, в котором остановился. Я могу позвонить ему и рассказать о своих планах. Скажу ему, что ты поехала со мной, чтобы помочь. Без тебя я просто не могу справиться.

Он улыбнулся.

— Ты подписываешь меня на каторгу? — пошутила я.

— Ты очень сильная, Лил. И мне нужен кто––то, кто будет носить древесину для меня.

Страх и сомнения таились в теплой улыбке Бобби. Перспектива была слишком заманчивой: я и он, вдвоем в течение двух недель. Практически фантазия воплощалась в жизнь.

— Мы могли бы, по крайней мере, побыть вдвоем некоторое время. Это будет наше время.

— А что потом? Что будет, когда закончатся эти две недели?

— Будущее будет здесь. Мы разберемся со всем потом.

Это был тот самый Бобби, который никогда не пасовал перед страхом.

— Давай просто жить эти две недели. Представим, что все плохое оставили в этом магазине, это будет наше место. Это будет наш подарок.

Я обдумывала свои аргументы еще секунду, но мое сердце уже приняло решение.

— У меня нет с собой никакой одежды. Только это платье.

— В доме тебе не понадобится одежда, — он лукаво усмехнулся. — К тому же я уверен, что в шкафу мы найдем какую—нибудь одежду.

— А как же быть с праздником к четвертому июля, который мы планировали?

— Можем сделать что—нибудь здесь. Почему бы тебе не позвонить Барби и не попросить о помощи?

Я посмотрела на него снизу—вверх, не в силах сдержать улыбку, которую демоны вины пытались у меня украсть.

— Ты позвонишь ему или я?

Семь лет назад.

В люксе для новобрачных меня окружали хихикающие и смеющиеся женщины. Счастье буквально кружило вокруг меня, но его не было внутри меня. Их сладкие голоса были похожи на кудахтанье кур––несушек. Моя голова пульсировала, звучал безжалостный глухой звук, который сохранялся, и становилось только хуже, а до свадьбы оставался всего лишь час.

— Лилли? Лилли? — голос моей матери был слишком слабым, будто я была под водой.

Я потерла виски и подняла голову. В зеркале на меня смотрела девушка, которая выглядела невинно и сладко. С абрикосовыми щеками и розовыми губами, ее длинные волосы были завиты в невероятные кудри и собраны. Но эта девушка уже не невинна. Она потеряла ее в ночь перед тем, когда действительно должна была вступить во взрослую жизнь. Сдалась любви. Ее невинность осталась на ночной рубашке, которая теперь лежала на дне корзины с грязным бельем.

— Дорогая, когда бы ты хотела надеть платье?

Оставался всего час до того, как мой отец поведет меня к алтарю. Все вокруг гудело. Все дёргали и тыкали в меня. Мне нужно было подумать. Мне нужна была тишина. Звук становился все сильнее.

— Вы можете просто помолчать! — огрызнулась я.

Моя сестра и две двоюродные мгновенно остановили свою болтовню и испуганно уставились на меня.

— Мама, я могу сама надеть платье. У меня болит голова, и я просто хочу побыть одна. Можете все просто спуститься к озеру, пожалуйста? Я приду туда, когда все будет готово.