Глава 25

Солнце струилось через мое окно, было еще слишком рано. Я так и не смог заснуть после того, как вернулся домой, принял душ и лег — несмотря на то, что чертовски устал. Правда была в том, что я едва спал с тех пор, как Тенли вернулась в город.

Тенли.

Мое сердце трепетало в груди. Нужно было сказать ей правду. Я собирался вчера вечером, но время показалось неправильным. Как мы могли говорить о чем-то столь важном, сидя перед ее трейлером в темноте? А может, я просто струсил. Но я надеялся, должен был надеяться, что если попрошу прощения и скажу правду, она найдет в себе силы простить меня.

Опять же, как извиниться за ложь, когда сама ложь была почти такой же жестокой, как если бы была правдой?

Я поднял руку и провел пальцами по волосам.

Боже.

Была ещё одна проблема — Джейми Кирни. Ярость и ревность вспыхнули в моем теле, подталкивая меня встать с постели. Войдя на кухню, я прислонился к стойке. Все время, пока ее не было, я мучил себя тем, что она, вероятно, встречалась с другими мужчинами, возможно, даже влюбилась в кого-то другого. Я обезумел от ревности. Я знал, что она любила меня, но ведь я так сильно ранил ее. Ее любви ко мне было недостаточно, чтобы помешать ей двигаться дальше. И так и должно было быть... ведь я освободил ее. Я сделал свой выбор и должен был жить с этим.

И вот так я просуществовал почти четыре долгих года. Просто никогда не ожидал, что она вернется с Джейми, чертовым, Кирни. Я знал, что он спас ее в тот день на дороге, по пути из бара и был благодарен ему за это. Но его отец был отвратительной свиньей, и я понятия не имел, каким персонажем был Джейми. Он мог быть хорошим парнем. Тем не менее, когда я увидел, как он стоял на участке, где будет находиться школа Тенли, держа ее в объятиях, единственное, что приходило мне в голову, это все отдаленные места в горах, где никогда не нашли бы его погребенное тело.

Я включил плиту и поставил кипятить воду, чтобы приготовить кофе. Пока ждал, когда вода нагреется, мой разум вернулся к вчерашней ночи.

Я так сильно облажался с тех пор, как Тенли вернулась домой. Я не был готов, никогда за миллион лет не думал, что это произойдет при таких обстоятельствах... здесь. Я отреагировал как сумасшедший, или как полный мудак. У нее не было возможности узнать, что она разрушила все мои планы. Мне нужно было все исправить.

Когда Тенли позволила обнимать ее, утешая, мне было так чертовски приятно. Если она никогда не простит меня, как я смогу справиться? Последние четыре года прошли в ужасных страданиях. Но наблюдая за тем, как она выглядит — стильная и уверенная в себе, — я преисполнился гордости. Тенли сделала именно то, что как я знал, она сможет.

То же самое знакомое горе и одиночество нахлынули на меня, когда я подумал о том, кем она была, кем я был. Потому что, как бы я ни радовался тому, как Тенли изменилась, и как бы я ни принимал то, кем я был сейчас, раньше она была моей. Раньше она смотрела на меня с доверием и любовью в глазах. Раньше Тенли хотела меня, несмотря на все мои недостатки. Тогда она была готова бороться за меня зубами и ногтями. Раньше...

«Заткнись, Кайленд. Что сделано, то сделано, и ты должен разобраться с этим».

Мне нужен был душ. Это будет долгий день. Я должен был быть в шахте в десять, но хотел заехать и взглянуть на библиотеку в последний раз, прежде чем ее снесут. Думаю, это произойдет со дня на день. Когда я проезжал мимо, казалось, что строительная бригада подобралась к ней еще ближе.

Эта чертова библиотека... После того, как Тенли уехала, я сидел в ней день за днем, просто чтобы чувствовать себя ближе к ней. Я сидел за маленьким столом у задней стены и страдал. И это было меньшее, что я заслуживал.

Я вошел в маленькое здание, теперь пустое — за исключением полок, которые все еще были привинчены к стене. Несколько минут я просто стоял и смотрел.

Что я здесь делаю?

Я вдыхал воздух, ненадолго закрыв глаза, пока все воспоминания, как счастливые, так и грустные, мелькали в моей памяти. Я услышал тихий щелчок позади меня и обернулся. Тенли стояла там, с удивленным выражением на лице.

— Привет, — выдохнула она, войдя и закрыв за собой дверь.

— Привет, — сказал я, и мое сердце забилось быстрее.

Она была одета в обычные джинсы и футболку университета Сан-Диего. Ее волосы были убраны в высокий хвост, только несколько локонов выбились из прически.

Тенли была самой красивой девушкой в мире. Для меня она всегда была такой. И всегда останется.

Стоя там, глядя на нее, я понял, что с прошлой ночи что-то изменилось между нами. Она все еще смотрела настороженно, но ее взгляд стал мягче, и это придало мне надежду.

— Прости, — сказал я, шагнув к ней. — Я не должен быть здесь, я…

— Нет, все в порядке. Бригада приедет примерно через час или около того. Я просто… — она прикусила губу, на мгновение, отводя от меня взгляд, — просто хотела провести здесь немного времени, прежде чем они ее снесут.

Я кивнул.

— У меня была такая же идея.

В течение нескольких секунд наши взгляды задержались друг на друге. Воздух был словно наполнен энергией, которую мы с Тенли, казалось, всегда создавали, когда были в одной комнате.

Она кивнула, подходя ко мне.

— У тебя контактные линзы, — тихо заметил я.

Она выглядела удивленной.

— Да. Как ты узнал?

Я провел рукой по волосам.

— Раньше ты щурилась, когда смотрела на меня из другого конца комнаты.

Она улыбнулась.

— Хм, я не знала, что кто-то замечал это.

Когда дело касается тебя, я замечаю все. Я влюбился в тебя даже раньше, чем мы впервые заговорили.

— И твой голос, я имею в виду, твой акцент — он вернулся.

Она тихо рассмеялась.

— Марло сказала то же самое. Не потребовалось много времени, чтобы мой разум вспомнил, что я девушка из Кентукки.

Моя девушка из Кентукки.

Она глубоко вздохнула и, оглянувшись, провела рукой вдоль книжной полки.

— Это место спасало меня от одиночества, — сказала Тенли, с задумчивым выражением на лице.

Я сделал глубокий вдох.

— Со мной то же самое. После того, как ты уехала, я... часто приходил сюда.

Тенли посмотрела на меня с удивлением, наклонив голову.

— Ты приходил сюда?

— Да.

— Зачем? — выдохнула она.

— Потому что так сильно скучал по тебе, что думал, будто умру, — признался я.

Ее глаза расширились и она сглотнула.

— Ты скучал?

— Да, скучал. — Я сделал паузу. — Очень сильно скучал, — повторил я, на мгновение позволяя воспоминаниям о той боли вернуться ко мне.

Тенли прикусила губу, слегка нахмурив брови и наблюдая, как палец скользит вдоль полки.

— Джоуи не мой, Тенли. Я даже не думал, что он был моим, — выпалил я.

Ее палец остановился.

— Я знаю.

На секунду я замер, а затем испустил длинный вздох.

— Шелли?

— Да. Она приходила ко мне вчера.

Подняв руки, я сцепил их за головой. Я не мог сказать, что был удивлен. Она потребовала, чтобы я все рассказал Тенли. И я собирался…

— Я хотел сам тебе рассказать. Просто... пытался выбрать подходящее время.

Тенли всплеснула руками.

— Подходящее время? Чтобы сказать кому-то, что разбил его сердце жестокой ложью? Такое вообще бывает? — спросила она.

— Ты бы не уехала, Тенли. Ты собиралась отказаться от стипендии и остаться. Я не мог позволить тебе сделать это. Просто не мог.

— Были и другие варианты.

— Возможно. Но в тот момент я не смог придумать ничего лучше. Мне нужно было убедиться, что ты уедешь и никогда не оглянешься назад.

Тенли фыркнула.

— Ну, ты добился желаемого, это уж точно. — Она отвела взгляд, а потом снова вернула его ко мне. — Почему ты не мог поехать со мной? Ты вообще хотел? В смысле, в то время... ты вообще хотел меня?

Она выглядела так, будто была готова расплакаться. Я сделал шаг в ее сторону.

— Я просто не мог. Я хотел, Боже, я очень хотел, но не мог.

— Почему? — Ее голос звучал хрипло и был полон печали.

Я приблизился к ней, вторгся прямо в ее пространство, точно так же, как в тот раз, когда впервые поцеловал ее, когда впервые попробовал ее сочные губы.

— Потому что хотел большего для тебя, — ответил я, надеясь, что она не спросит о большем. Я не смог бы ответить. Остальное было моим. И так будет всегда.

Ее плечи поникли, но она не отвела взгляд.

В течение нескольких секунд между нами было только молчание.

Я взглянул на полку, на которой размещались те книги, которые мы читали вместе, оставляя в них небольшие любовные записки друг для друга. По крайней мере, это то, чем они были для меня.

— Именно здесь я влюбился в тебя. — Я замолчал, и ее глаза расширились. — Я пытался выяснить это, после того, как ты уехала. Где я потерял свое сердце? Как будто знание момента... места, могло как-то помочь дать мне понять. И я все-таки выяснил. Это было здесь. Прямо вот здесь.

Любовь, смешанная с болью, поднялась в моем горле, и мой голос понизился до хриплого шепота.

— Я влюбился так чертовски сильно, Тенли. Стоя прямо у этой книжной полки. Я отдал тебе свое сердце, а тебя даже не было в комнате. — Я запустил пальцы в ее волосы.

Она на секунду закрыла глаза, издавая хриплый вздох.

— Я так сильно все испортил, сделал тебе так больно, но... никогда не возвращал свое сердце. И, Боже…

Я медленно покачал головой, двигаясь еще ближе, прижимаясь к ней всем телом.

Тенли моргнула, глядя на меня и раскрывая губы.

— Надеюсь, когда-нибудь ты захочешь его снова.

Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, полными эмоций, которые я не мог понять.

— Пожалуйста, скажи мне, о чем ты думаешь? — умолял ее я.

Тенли приоткрыла губы, но слова не выходили. Она прочистила горло, но когда заговорила, ее голос все еще звучал хрипло.

— Я думаю о том же, о чем и в первый раз, когда мы стояли здесь, вот так. Я подумала: «Боже, надеюсь, этот парень поцелует меня прямо сейчас».

Мое сердце пропустило удар, а желудок сжался, мое тело ожило от неизмеримого жара и страсти, которые я испытывал к ней. Я наклонился и прижался к её рту, раздвигая губы своим языком. Когда скользнул внутрь теплой влажности ее рта, первобытный стон поднялся в моем горле, и я сильнее прижал ее к книжной полке. На вкус она была как кофе, шоколад и Тенли. Маленький хриплый стон вырвался из её горла, и это распалило меня, моя эрекция запульсировала напротив ее живота.