Глава 8

Пак

Моя рука сжимает стакан так сильно, чудо, что он не разбивается.

«Спасибо, что привез меня в Айдахо и спас мне жизнь».

Слова Бекки продолжают звучать в моей голове. Прошлой ночью, в первый час после того, как она назвала меня насильником, я хотел прибить её. После всего, что я сделал для неё, всего, что дал… И, когда я, наконец, заполучил ее, и дал то, в чем она нуждалась, Бекка вывалила на меня тонну дерьма.

Сумасшедшая стерва.

Из-за этого я разозлился еще больше, потому что в глубине души всё ещё чувствую себя виноватым из-за той ночи. Я чувствую себя ещё более виноватым, потому что последние пять лет пытаюсь выяснить, как повторить это с ней снова. Я наблюдал за ней в её квартире после нашей ссоры — закрой, наконец, свои проклятые шторы, Бекка, — она сидела за своей грёбаной швейной машиной. Моя душа рвалась на части, а Бекка занималась гребанным рукоделием.

Тогда я взял ключи и погнал на байке вдоль реки, пока не выехал на шоссе. Я остановился, глядя на восток, в сторону Монтаны, задаваясь вопросом, должен ли просто взять и уехать в том направлении. Я мог бы оставить все позади. Клуб, Бекку, всё. Я бы взял только свой байк и полетел навстречу ветру, пока жизнь не обрела бы новый смысл.

Конечно, я так не поступил.

И я всё ещё не уверен, почему.

Бекка идет, неся в руках тяжелый поднос, а ее задница, покачиваясь, так и просит хорошей трепки. Боже, я всё ещё хочу трахнуть её. Она обслуживает сегодня этих мудаков из академии, которые заняли два стола вдоль стены. Девки ведут себя как маленькие эгоистичные киски, прикидываясь взрослыми. Я вижу, как одна из них подзывает Бекку щелчком пальцев, и это меня бесит.

Я все еще злюсь на нее, поэтому не ищите смысла в том, что я хочу, чтобы другие относились к ней с уважением. Предполагаю, что глубоко внутри всегда была часть меня, которая считала её своей.

Чёрт, вот бы знать.

Пока девочки подкалывают ее и скулят о своих напитках, парни осматривают её, как будто она стриптизерша, танцующая на шесте. Я почти уверен, что кто-нибудь сегодня сунет долларовую купюру в её глубокое декольте.

Хм… Если это произойдет, мне придется выбросить отсюда маленького засранца. Тут уж ничего не поделать.

— Думаю, тебе следует решить проблемы с Маллоу, — говорит Буни, удивляя меня. — Он хочет поговорить. Нужно сделать это незаметно.

Я смотрю на него. Дип притягивает Карли к себе на колени и показательно лапает её. Она смотрит на меня, может быть, думая, что это заставит меня ревновать? Я предпочитаю не замечать ее взгляд, потому что у Дипа есть планы на неё, даже если она ещё не догадалась.

— Пойдём в уборную, — говорит Дарси, хватая за руку Карли.

Карли кивает, выскользнув из-за стола. Потом обе женщины исчезают в темном коридоре, оставив нас свободно обсуждать наши дела.

— Так почему ты хочешь, чтобы я с ним разобрался? — спрашиваю я Буни, наклонившись вперёд.

— Все логично, ты с ним примерно одного возраста, — отвечает Буни. — Если молодой парень выйдет поговорить со стариком, люди, с большей вероятностью, заметят это. Хочу, чтобы ты его прощупал, потом расскажешь мне, что о нем думаешь.

Я жму плечами. Меня не провести подобным оправданием, но у Буни, очевидно, есть на то свои причины. Чёрт, все, что уведет мои мысли в сторону от Бекки, на данный момент, должно подойти, не так ли?

— Хорошо.

Десять минут спустя Рурк встает и направляется к передней части бара, вытаскивая пачку сигарет из кармана.

Чертовски здорово.

Теперь мне придется выйти притвориться, что я курю. Дип улыбается мне, и я на мгновение задумываюсь, не подставляют ли они меня просто для того, чтобы поржать. Потом Буни пинает меня ботинком, и я снова ловлю его взгляд. Человек просто весь в делах — нет, он точно не обманывает меня.

— Пойду покурю, — объявляю я, потом встаю и иду к передней части бара.

Затем открываю дверь и оглядываюсь вокруг, заметив Рурка на углу крыльца, небрежно закуривающего сигарету.

— Не найдется еще одной? — спрашиваю его я.

— Конечно, — он протягивает мне пачку.

Я вытаскиваю сигарету. Мои пальцы испытывают райское блаженство, почти болезненное. Чёрт, я хочу курить. Почти так же сильно, как хочу Бекку.

И оба варианта убьют меня.

— Зажигалку? — спрашивает он.

Немного подумав, я отказываюсь, качая головой. Если бы здесь были другие люди, я бы прикурил, но пока мы одни. Пока мне нужно поговорить с ним, дым я оставлю на потом, когда мне действительно понадобится прикрытие.

Вот он я. Настоящий, мать его, святоша.

— Ну, так что? — спрашиваю я его. — Буни сказал, что ты хотел поговорить.

— Думаю, что у нас есть проблема, в которой клуб может нам помочь, — произносит он медленно. — «Вегас Бэлльс» — новый стрип-клуб, который открылся недалеко от границы Вашингтона и Айдахо. Я слышал, что они составили хорошую конкуренцию стрип-клубу Риперов.

Я жму плечами, гадая, к чему он ведет. Несколько дней назад я услышал это от Пэйнтера, и Маллоу прав. Прибыль в «Лайн» падает с тех пор, как открылся новый клуб вниз по улице. До сих пор они не предпринимали никаких действий, но это не продлится вечно. Рано или поздно «Вегас Бэлльс» либо перейдет к Риперам, либо закроется — так все устроено на севере Айдахо.

— Немного слышал об этом, — отвечаю я.

— Это зона влияния Каллаганов, — объясняет Рурк, прислонившись к перилам. — Джейми Каллаган все ближе к нам, он готовится к двадцать первому дню рождения Шейна МакДоноха. Вот тогда все и дойдет до высшей точки. Если Джейми победит, они отстанут от Шейна, и контроль над «Смеющейся Тесс» уйдет из долины навсегда. Поверь мне, ты не захочешь, чтобы Джейми был за главного.

— Почему тебя это волнует? — спрашиваю я. — Раскрой свои карты — доверие играет сейчас значительную роль.

— Они отправили меня в Нортвудс, чтобы вернуть Шейна в наши ряды, — отвечает он. — Он должен стать одним из них, понимаешь. Каллаганы всегда планировали вернуть его, но он никогда не умел выполнять приказы. Видимо, как и я.

— А как же твой отец? — прямо спрашиваю я. — Он не тот человек, чтобы переходить ему дорогу. Что он подумает?

— Он тоже не Каллаган, — отвечает Рурк, пожав плечами. — Они могут думать, что он таков, но отец заботится только о себе и больше ни о ком. Ни обо мне, ни о моей матери. Ни о ком. Мне насрать на этого мудака.

Интересно. Это не сходится с нашей информацией.

— Так каков план?

Он задумчиво смотрит на меня.

— Мотоклуб с нами или нет?

— Я не могу отвечать за клуб, — говорю я. — Братья должны проголосовать. Ты хочешь, чтобы я донес что-то до собрания, но сначала ты должен дать мне это.

— Справедливо, — соглашается он, потушив сигарету.

Он едва коснулся ее, и думаю, что он вряд ли затянулся хотя бы раз. Пустая трата. Боже, как я хочу курить. Мои пальцы буквально зудят.

— Шейн должен продержаться до тех пор, пока ему не исполнится двадцать один год. В этот день его приказ о домашнем аресте закончится, и он возьмет под контроль «Смеющуюся Тесс». Звучит достаточно просто, но они постоянно бросают в нас новое дерьмо, пытаясь обойти волю деда. Фуфло о судебных регистрациях, слушания по поводу умственной отсталости, да что угодно. Мы думаем, что они пытались отравить его на прошлой неделе, хотя это трудно доказать.

— Мы думали, он нужен им живым.

— Это с какой стороны посмотреть на слово «живой», — бормочет он. — Они хотят найти способ превратить его в овощ, который впишется под их потребности. Его мать подаст на постоянное опекунство и приберет к рукам «Смеющуюся Тесс». Это достижение Каллаганов, когда рот Кристины открывается, оттуда доносится голос Джейми. Я здесь, чтобы сказать вам, что пришло время занять чью-то сторону, и клуб должен поддержать Шейна. В противном случае, этой долине — конец.

Я киваю, думая, что он, вероятно, прав. Они выкачивали всё, пока не осталось ничего. Чёрт, им уже удалось поиметь шахтеров. Местный профсоюз годами кричит об оборудовании для обеспечения безопасности, но управляющие и знать ничего не хотят. Мы должны поблагодарить Каллаганов за это.

— Так что ты хочешь?

— Шейн хочет встретиться с тобой, — говорит он. — Мы проведём тебя в школу сегодня вечером. Мы устроили вечеринку, на которую придут местные. Это будет твоим прикрытием, на случай, если кто-нибудь тебя увидит. Просто еще один придурок, который хочет напиться в академии, подцепить девчонку, или подраться, или ещё что-нибудь.

Понятно, почему Буни выбрал именно меня. В двадцать шесть лет я не особо похож на подростка, но я самый младший полноправный член клуба.

— Хорошо, — говорю я. — Я приду поговорить с ним. Но хочу что-нибудь дельное для моего президента.

— Мы — союзники. Вы хотите, чтобы долина была в безопасности, Шейн хочет, чтобы долина была в безопасности. В краткосрочной перспективе, вашему клубу и МК «Риперы» нужен неработающий «Вегас Бэлльс». Джейми Каллаган приедет на этой неделе, чтобы оценить положение вещей — возможно, это наилучший шанс, который когда-либо у нас будет, чтобы схватить его. У нас информация о нем, а вы — сила. Все в выигрыше.

Я раздумываю над этим, а потом киваю.

— Я поговорю с Буни, — говорю я ему. — Потом приду в школу. Но запомни, мы здесь не в игры играем. Ты понял?

Рурк смеется, звуча старше и циничнее, чем любой подросток его возраста.

— У нас уже есть длинный список людей, которые хотят избавиться от нас. Поверь, мы не хотим его увеличивать.

— Справедливо.

Я хватаю пальцами незажжённую сигарету. Я должен раздавить её, выбросить подальше от крыльца. Но вместо этого сую себе в карман.

К черту курение и к черту Бекку.

Может быть, хорошая драка с Каллаганами разрядит атмосферу. Не то, чтобы у меня есть что терять, чем бы все это не закончилось. Но в одном Рурк Маллоу прав: мы определенно не захотим, чтобы Джейми Каллаган прибрал к своим рукам «Смеющуюся Тесс».

Бекка

После небольшого перерыва в кладовке, все становится намного лучше. Пак все еще не говорит со мной, но, учитывая все обстоятельства, это меньшее из зол. Я чувствую, что его глаза следят за мной, но заставляю себя не обращать на это внимания.