Я смотрю вниз на запястья, проводя пальцем по синякам, образовавшимся из-за ленты. Мама на самом деле была довольно нежной, но я не жалела себя, пытаясь освободиться.

— Мама устроила мне засаду «У Денни». Наставила на меня пистолет. Я велела ей отвалить, но она сказала, что Тини выстрелит в тебя, если я не последую её приказам. Мы вышли к машине, и они увезли меня в пустыню. Похоже, они думали, что я привезла деньги, чтобы откупиться от Тини.

Челюсть Пака напрягается, и он собирается что-то сказать.

— Нет, — говорю я ему, беря за руку. — Знаю, ты злишься. Я тоже злюсь, но на этот раз давай не будем вымещать гнев друг на друге. Ситуация отстойная, но, по крайней мере, мы оба живы. Нам сейчас явно лучше, чем Тини. Просто хочу убраться отсюда и вернуться домой.

Пак хмурится.

— Не хочешь, хотя бы, поблагодарить меня за то, что я спас твою задницу? — спрашивает он, окончательно расстроенный.

— Спасибо, что спас мою задницу, — отвечаю я, гордясь тем, что мы не стали ссориться. — Но я уже сама спасла себя, ты видел.

— Помимо того, что застряла в пустыне с двумя трупами? Да, думаю, ты права. Ты была практически свободна к тому времени, как мы туда добрались.

— Мотоцикл Бакса все еще оставался там — я могла бы им воспользоваться.

— Ты знаешь, как ездить на байке? — удивленно спрашивает он.

Я закатываю глаза.

— Я выросла в мотоклубах. Конечно, я умею ездить.

— Не думал об этом, — отвечает он, глядя на меня по-новому. — Но что ты собиралась делать, ехать в город, вся в крови? А как насчёт доказательств? Ты не можешь просто оставить за собой след тел, Бекс. Что ты ответишь на это?

— Хорошо, ты спас меня, — признаюсь я. — Но я тоже приложила к этому руку. И я уж точно спасла тебя. Бакс наблюдал за тобой — он бы выстрелил в тебя прямо через дверь.

— Вероятно, это так, — говорит Пак. — Спасибо за это, кстати.

Мы едем молча несколько минут.

— Не могу поверить, что она снова меня обманула, — наконец произношу я. — И на случай, если неясно, я с ней покончила. Ты был прав всё это время. Я должна была прекратить отвечать на её звонки уже давным-давно. Должно быть, они думали, что я полная идиотка, снова и снова верившая в их ложь.

К его чести, Пак не тыкает мне этим в лицо. Он просто протягивает руку и сжимает мое колено.

— Ты удивилась, когда она напала на Тини?

Я жму плечами, накрывая его руку своей.

— Не знаю, что думать — я до сих пор не понимаю, почему она солгала мне и почему решила остановить его. Может, его желание убить меня перешло какую-то чёрту в её голове? Вероятно, я никогда уже об этом не узнаю.

— Скорее всего, нет, — соглашается он.

Я наклоняюсь, чтобы включить музыку. Разговор заставляет меня задуматься о многом.

***

— Бекка, ты должна немного поспать.

Я стою рядом с окном, глядя на темную парковку. Во всяком случае, качество наших отелей понизилось на еще одну ступеньку. Пак сказал, что чем хуже отель, тем меньше вероятность, что кто-нибудь узнает нас. Следуя этой логике, мы теперь были в полной безопасности. Я уже видела, как два наркоторговца стоят на улице, и готова поспорить на что угодно, что те две девушки с большим количеством макияжа и очень высокими каблуками неспроста устраивают вечеринку в своей комнате.

— Я продолжаю думать о Тини, — признаюсь я. — Мама просто продолжала бить его, снова и снова. Кровь брызгала повсюду. Как в фильме ужасов. Мало того, сегодня я убила человека. Наверное, я должна чувствовать что-то — вину, или волнение, или триумф, или что-то в этом роде. Но я просто устала.

— Ложись спать, — повторяет Пак, отбрасывая одеяло рядом с собой.

Я подхожу и забираюсь на кровать, устроившись у него под боком.

— Ты злишься на меня?

— За что? — спрашивает он. — Тебе придётся немного объяснить мне, прежде чем я смогу ответить.

— За всё это. Ответы на её звонки. За то, что поверила Тини... потащила нас сюда.

Пальцы Пака играют с моими волосами. Потом он вздыхает.

— Может быть, немного, — признается он. — Но в основном я просто счастлив, что ты жива. Когда твоя мама позвонила, вокруг меня все словно остановилось. Всё, о чём я мог думать, это о том, что ты лежала мертвой где-то в пустыне. Это тоже могло случиться.

— Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это, — говорю я. — Но, похоже, я не могу чувствовать себя плохо из-за убийства Тини или его брата. И знаю, что это полная жопа, но я рада, что мама спасла меня. Может быть, по-своему она всё ещё любит меня, даже если она окончательно свихнулась. Наверное, это звучит безумно, но мне от этого намного легче. Не то, чтобы мне хотелось увидеться или поговорить с ней снова — не волнуйся.

Он целует меня в макушку, притягивая ближе.

— И что теперь? — спрашиваю я.

— Нам надо поспать, — заявляет он. — Если мы встанем пораньше и продолжим ехать, то завтра вечером будем в Айдахо.

— Нет, я имею в виду, что насчёт нас?

— А что насчет нас? — спрашивает он, с улыбкой. — Я просто проехал через всю страну, чтобы убить ради тебя. Еще я помог сжечь пару трупов, чтобы замести следы. Это подразумевает определенный уровень привязанности с моей стороны, не так ли?

— Ну, думаю, что когда ты так говоришь...

Пак целует меня. Крепко.

— Давай спать. Завтра нам предстоит долгая дорога.

Я прижимаюсь к нему, чувствуя, что начинаю расслабляться. Потом вспоминаю кое-что важное:

— Пак! — вскакиваю я.

Он хватает пистолет, готовый к действию. Я замираю.

— Что такое? — шепчет он. — Ты что-то слышала?

Я качаю головой, уставившись на оружие.

— Думаешь, сможешь его опустить?

Он кивает, потом медленно опускает ствол.

— Что такое? — спрашивает он снова.

Я нервно усмехаюсь, почувствовав себя глупо.

— Ну, сегодня я думала, что умру.

— Старайся не думать об этом.

— И… — начинаю я, потом качаю головой. Сейчас не подходящее время. — Давай просто спать. Мы можем поговорить завтра.

— Бекс, о чём бы ты ни думала, выкинь это из головы.

— Я люблю тебя. Когда Тини собирался застрелить меня — это всё, о чем я могла думать. Я люблю тебя. И хотела бы меньше времени проводить, ссорясь с тобой. Нам есть над чем работать, и меня это пугает, но что бы ни случилось, ты должен знать, что я чувствую. Тебе не нужно что-то отвечать.

Боже, как же неловко.

Пак поворачивается со опущенным пистолетом. Затем протягивает руку и хватает меня за затылок, прислоняя свой лоб к моему.

— Я тоже тебя люблю, — говорит он. — Не знаю, когда это произошло. Все говорят, что любовь с первого взгляда — это фигня, и они, вероятно, правы. Но то что я почувствовал к тебе в ту первую ночь? Это превратилось в нечто настоящее. Я никогда тебя не отпущу.

— Так что же это значит? — спрашиваю я. — Имею в виду, я всё ещё не поменяла своего мнения в отношении контроля над своей собственной жизнью.

Пак вздыхает и тихо смеется.

— Мы должны выяснить это позже, потому что я действительно чертовски устал, — признается он, падая обратно на кровать.

Я снова прижимаюсь к нему, кладя руку ему на грудь, и закрываю глаза.