Я размешал молоко на дне своей чашки. Мне не хотелось ворошить это дерьмо прямо сейчас.

— Все сталкиваются с трудностями, — пробормотал я.

Сэйлор взяла меня за руку.

— Ты выиграл над своими, Кордеро. Ты их победил.

— Ты так думаешь? — спросил я довольно категорично, и Сэйлор моргнула, убирая руку. — Эй, — огрызнулся я. — Только не надо меня жалеть, ладно?

Сэйлор слегка ощетинилась.

— Я не испытываю к тебе жалости, Корд. Я восхищаюсь тобой. Если это звучит снисходительно, то это твоё собачье дело.

Никогда раньше не слышал, чтобы девушка говорила мне такое. И никто другой тоже, если уж на то пошло. Я сидел неподвижно, с отсутствующим выражением. Сэйлор вздохнула и продолжила:

— Понимаю, твоя жизнь была одной длинной чередой сражений. Но не все вещи — борьба. — Она решительно прижала мою руку к своей левой груди на уровне сердца. — Это, — сказала она с серьёзным выражением лица, — уже твоё.

Я начал массировать, и Сэй выгнулась от прикосновения. Её сердцебиение участилось. У меня получилось отодвинуться от стола более грубым жестом, чем рассчитывал, и Сэйлор зажмурила глаза. Однако не отступила и не запротестовала, когда я притянул её в свои объятия.

Но когда я положил её на пол посреди гостиной и поднял рубашку, обнажая бёдра, она изо всех сил попыталась встать на ноги.

— Твои братья... — пробормотала она.

— Их здесь нет, — ответил я, вытаскивая уже твёрдый член. Затем провёл руками по её телу, задержавшись между ног. Сэйлор дрожала и пыталась дотянуться до меня, но я удерживал её на расстоянии вытянутой руки.

— Так значит, это моё? — спросил я, глубоко погружая в неё пальцы. Я уже знал, к какому месту прикасаться.

— Да, — извиваясь, стонала она.

Я поддразнил её вращательным движением и добавил внутрь ещё один палец.

— Вся целиком?

— Да! Окей, Корд?

— Покажи мне, Сэйлор.

Думал, она просто раздвинет ноги и притянет меня к себе. Я её недооценил. Глаза Сэйлор сверкнули решимостью, и она изо всех сил толкнула меня в грудь. Не успел я и глазом моргнуть, как она оседлала меня, устроившись сверху.

Это была дикая поездка, и мы кончили одновременно в неистовом порыве объятий и царапин. Вскоре она должна была уйти. Перед работой Сэйлор требовалось принять душ и сменить одежду. Мы целовались целую вечность, прежде чем я отпустил её.

Сэйлор коснулась моего лица и прошептала:

— Увидимся позже, Корд Джентри.

Я попытался подавить внезапное желание прижать её к себе, пока она убирала волосы за уши, одаривая меня последней счастливой улыбкой.

Неприятно было видеть, как она уходит. Отчасти потому, что я знал, — пройдёт совсем немного времени, и мне снова захочется её трахнуть. И отчасти потому, что я боялся, вдруг волшебство последних часов мимолётно и суровые реалии мира, с которым я уже был знаком, сговорятся против нас.

И что это была битва, которую мы в конце концов проиграем.