ГЛАВА 18

Корд

Мы не можем выбирать места, куда приведёт нас наше подсознание.

Сэйлор вздохнула во сне с милой улыбкой на лице, и я позволил себе погрузиться в роскошь забвения. И это привело меня прямиком в Эмблем.

Пустыня не похожа на лес. Земля ровная, кустарники редкие. В ней не так много мест, где можно спрятаться. Ещё сложнее, если вас трое, и вы убегаете, отчаянно ища место, в котором до вас не доберётся монстр. Ты слышишь, как он воет, приближаясь, его руки уже испачканы кровью твоей матери. А теперь он полон неистовой жажды взять немного твоей.

Один из твоих братьев замешкался в темноте среди колючих кустов креозота. Он в отчаянии. Вы все в отчаянии. Брату приходит в голову, что если разбежаться в разные стороны, то преследовавший вас зверь запутается. В конце концов он измотает себя, как это бывает всегда. И тогда можно позволить себе роскошь ещё одного восхода солнца.

Всё, что тебе нужно сделать, это переждать.

В одиночестве.

Но ты качаешь головой.

Нет. НЕТНЕТНЕТ!

В одиночку ты слаб. Втроём вы сильны. Вы должны оставаться вместе. Но другой брат несогласен и говорит, что нужно разбежаться. Ты прислушиваешься, как они уходят в самые потаённые глубины ночи. Монстр приближается, он знает территорию гораздо лучше, чем ты. Он старше, сильнее, всегда жил в этих местах. Он выкрикивает твоё имя, и этот звук отвратителен. Но ты не решаешься пошевелиться, желая, чтобы он последовал за тобой, а не за твоими братьями. Ты уже усвоил важный урок: как бы ни была ужасна его жестокость, когда ему удаётся схватить тебя, худшую агонию ты испытываешь, когда он забирает братьев.

Он не прикоснётся к ним.

Ты ему этого не позволишь.

Когда монстр почти врезается в тебя, в последний возможный момент ты ускользаешь в темноту. Все шипастые штуки, торчащие с пустынной поверхности, царапают голые ноги, но даже это тебя не остановит. Эта боль — ничто. Но вдруг ты слышишь мучительный крик, который перекрывает всё. Ему удалось схватить кого-то из братьев.

Ослеплённый ужасом, ты спотыкаешься, услышав звуки агонии брата. Внезапно ты вспоминаешь кое-что из того, чему учил твой дядя. Ты чуть не падаешь, споткнувшись о большой камень, но счастлив, потому как берёшь его в руки. Ужасающий звук становится всё ближе и ближе. Ты повышаешь голос до рёва, чувствуя жар, исходящий от него, от злобного существа, которое дало тебе жизнь. Но сегодня вечером монстр будет удивлён, потому что тебе есть что ему показать.

Ты тоже знаешь, как быть чудовищем.

Это талант, который у тебя в крови.

Я проснулся в изножье кровати. Моя рука болела. Во сне я бил кулаком по полу; кошмары заставляли меня принять его за нечто другое. Осторожно согнул пальцы и убедился, что ничего не сломано.

Тело было покрыто потом, хотя я чувствовал, что кондиционер работает на полную мощность. Пружины кровати скрипнули, и я посмотрел на Сэйлор. Она лежала обнажённой на одеяле и спала так же крепко, как и тогда, когда погрузилась в сон в моих объятиях, прежде чем я тоже заснул. Я осторожно укутал её в одеяло, радуясь, что не разбудил. Прямо сейчас я не мог прикоснуться к ней. Я просто, бл*дь, не мог.

Я надел боксеры и вышел из комнаты. Если не считать гула старого кондиционера и слабого храпа Крида, в квартире царила тишина. В ванной я наклонился над раковиной и включил воду. Она была тёплой, но я всё равно плеснул себе на лицо. Чувствуя слабость, ухватился за край раковины, пытаясь отдышаться. Ничего не помогало. Мне нужно было стошнить.

Сэйлор нашла меня с головой в унитазе.

— Корд? — Я оставил дверь открытой, и она выглянула из-за угла, укрытая одеялом. — Ты в порядке?

Я спустил воду в унитазе и схватил флакон с ополаскивателем для рта.

— Всё отлично. Я в порядке, малышка. Бля.

Сэй медленно вошла в ванную и опустилась на колени рядом со мной. Я выплюнул жидкость для полоскания рта и привалился спиной к стене. Сэйлор прикоснулась ко мне.

— Ты вспотел. Пищевое отравление?

Я покачал головой.

— Эй, ты можешь выключить свет?

Она погрузила комнату в темноту, а затем притянула мою голову к своей груди. Погладила меня по шее.

— Что случилось?

— Сны, — прошептал я, прижимаясь лицом к её тёплой коже в поисках утешения.

Сэйлор поняла, что лучше ничего не говорить. Она продолжала держать меня в своих объятиях, пока демоны не решили отступить, и я почувствовал себя достаточно сильным, чтобы отнести её обратно в постель.

Я осторожно проник в неё. И после того как Сэй содрогнулась от оргазма, я обильно кончил внутрь, как она и любила. Держа Сэй в своих объятиях, я снова погрузился в сон.

На этот раз сновидений не было. Не было ничего, кроме сладкой тьмы, пока Крид не наткнулся на что-то в гостиной и не начал орать как безумный. Я открыл глаза, проклиная безжалостные лучи летнего солнца, проникающие сквозь жалюзи.

Сэйлор уже надела жёлтый сарафан. Она лучезарно улыбнулась мне.

— Доброе утро!

Я широко зевнул, чувствуя, как хрустнула челюсть.

— Доброе, красавица.

Крид повредил лодыжку, ударившись о ножку журнального столика. Он хромал и ругался. Чейз уже наедался своей отвратительной кашей. Он поднял ложку, насмехаясь над Кридом.

— Для большого парня у тебя определённо низкий болевой порог.

Крид сверкнул на него глазами.

— Пошёл ты, красавчик.

Чейз усмехнулся.

— Мы все красавчики. — Он заметил Сэйлор. — Эй, ты умеешь готовить, милая?

Я схватил две кофейные кружки и протянул одну Сэйлор.

— Нет, — любезно ответила она, — а ты можешь?

Чейз что-то проворчал в свою миску с хлопьями. Крид, пытаясь добраться до кофейника, врезался в меня.

— Последнее, что помню, это как я ел курицу и задавался вопросом, какая из прекрасных дам, сидящих в баре, даст мне первой. А очнулся лицом на ковре.

Он посмотрел на Сэйлор и слегка нахмурился.

— Мы говорили прошлой ночью?

Она невинно моргнула, глядя на него.

— Нет. Я даже не помню, чтобы видела тебя.

— Хорошо, — кивнул Крид с облегчением.

Через несколько минут он скрылся в душе, а Чейз предложил нам две миски своей марципановой дряни.

Мне нравилось смотреть, как Сэйлор загружает свой кофе килограммами сахара, составляя конкуренцию Чейзу. В какой-то момент он задумчиво посмотрел на нас двоих и указал мокрой ложкой в нашу сторону.

— Мне тоже не помешает.

Сэйлор оглядела себя сверху вниз, а затем подняла брови.

— Сарафан?

— Нет, глупышка. Подружка.

Сэйлор рассмеялась.

— Ты из тех, кто любит постоянство?

Чейз пнул меня.

— А он?

Я бросил в него ложку и стоял, уставившись.

— Пока что он отлично справляется, — ответила Сэйлор, посмотрев на меня и покраснев.

Моему брату это показалось чертовски забавным.

— Хорошо тебя обработал, да? Итак, — он наклонился, — вы, ребята, действительно занимаетесь этим без резинки?

— Господи, — пробормотал я. — Ты подслушивал?

Чейз встал и отрыгнул.

— Ну, я, бл*дь, не глухой. Что в этом такого особенного? — Он ехидно ухмыльнулся Сэйлор. — И вообще, рождение близнецов — это наследственное. Надеюсь, тебе хватит места в этой пещере, куколка.

Я сердито вскочил на ноги, опрокинув стул. Сэйлор, однако, просто захихикала и потянула меня за руку.

— Всё в порядке, Корд.

— Придурок должен научиться заниматься своими делами, — пробормотал я.

Чейз нахмурился.

— Кордеро, чем ты старше, тем большей занозой в заднице ты становишься. Сэйлор, сделай с этим что-нибудь, хорошо? Я иду в спортзал.

Когда Чейз нахлобучил на голову бейсболку, я кое-что вспомнил.

— Не уверен, что это хорошая идея. Идти в спортзал одному, после того, что произошло вчера.

Брат махнул рукой.

— А что, ты думаешь, я позволю этим бритым жлобам указывать мне, куда идти? Я вернусь к обеду, если только моя охота за киской не окажется успешной. Тогда встретимся за ужином. Сэй, ты работаешь сегодня вечером? Я снова в настроении съесть цыплёнка.

— Да, Чейз. Увидимся позже.

Я покачал головой, а Чейз ушёл насвистывая.

Сэйлор перед работой хотела вернуться к Брею и поразбирать свои коробки. Она пожала мне руку, когда мы шли в тени к квартире её двоюродного брата.

— В конце концов, — вздохнула она, — я же не могу просто оставить все свои пожитки у него в холле. У Брейдона квартира практически однокомнатная.

— Мы можем перевезти всё ко мне домой, — предложил я.

Сэйлор взглянула на меня и покраснела.

— Я не хочу, чтобы ты был моим носильщиком или хранителем моей скудной коллекции мусора.

— А почему бы и нет? — Я схватил её за задницу, и Сэй взвизгнула.

— День в самом разгаре!

Я продолжил ощупывать её.

— Ну и что? Тебе это нравится.

— Немного. Ладно, мне очень нравится.

— В любом случае, — продолжил я, размышляя вслух, — ты заслуживаешь более надёжного места для сна, чем диван Брейдена.

Сэйлор рассмеялась.

— Может быть, я уговорю маму и Гнома взять меня к себе.

— Или ты можешь жить со мной.

Сэй остановилась как вкопанная.

— Что такое? — Я обнял её. — Если всё это моё, я должен иметь возможность брать, когда захочу, верно?

Она покраснела, покачиваясь.

— О чём ты меня спрашиваешь, Корд?

Я притянул Сэйлор ближе и провёл пальцем по её губам. Она на мгновение закрыла глаза и вздрогнула.

— Я хочу быть с тобой, Сэй, — сказал я, проводя руками по её спине и лаская голые участки, пока не добрался до трусиков. — Хочу быть с тобой всё время. А ты… ты хочешь остаться со мной?

— Да, — прошептала она, крепко прижимаясь ко мне. — Я хочу быть с тобой.

Я поцеловал кончик её носа, уголки рта.

— Хорошо.

На мгновение я задумался о своих братьях. В нашем доме никогда не было никаких мимолётных подружек. Но я знал, братья поняли, что Сэйлор другая. Я тоже это знал. Она — навсегда.

Сэйлор нужно было собираться на работу. Я сказал ей, что мы можем воспользоваться грузовиком и перевезти все вещи ко мне домой после того, как она закончит сегодня вечером. Перед тем, как прощаясь, мы поцеловались, она недоверчиво посмотрела на меня.

— Корд Джентри, — покачала она головой, — откуда ты, чёрт возьми, взялся?