ГЛАВА 16

Ещё до того, как я успела ответить, Кожевник махнул рукой, подзывая кого-то из дальнего угла комнаты. Металлическая дверь со скрипом отворилась, и в зал вошли Такеши с Анной. Малачи издал страдальческий звук при виде их, и взгляды Такеши и Анны устремились на него. Малачи отпустил мою руку, пока они шли по залу, со стражами по обе стороны от них, направляясь к передней части помещения.

Они остановились прямо перед нами.

— Капитан, — обратился Малачи к Такеши так тихо, что я едва расслышала его слова.

Такеши улыбнулся.

— Капитан, — сказал он в ответ.

Затем они оба шагнули вперёд и встретились посередине, заключив друг друга в яростное объятие. Хотя Малачи был выше и мускулистее своего наставника, Такеши, казалось, на мгновение подпёр его. Они резко отстранились друг от друга, их эмоции быстро утонули под уравновешенной внешностью, но я могла видеть дрожь прерывистого дыхания Малачи. Казалось, им слишком много нужно было сказать, и именно поэтому они решили вообще ничего не говорить.

Такеши устремил свой взгляд на Кожевника.

— Спасибо за гостеприимность.

Кожевник приподнял бровь.

— Никогда не думал, что знаменитый и грозный бич этого города скажет мне такое.

— А я никогда бы не подумал, что скажу такое, — пробормотал Такеши.

Кожевник фыркнул, а затем бросил на Анну явно голодный взгляд.

— И ты тоже одна из них. Страж, — он снова широко улыбнулся, заставив меня вздрогнуть. — Вас четверо. Это беспрецедентная возможность, я бы сказал.

— О каком восстании идёт речь? — спросила я, искоса взглянув на Анну.
Кожевник был до крайности жутким, но прямо сейчас мы не могли с точностью наверняка разобраться в союзниках.

— Потому что мы тоже рассматривали такой вариант.

— Никогда бы не подумал, — сухо ответил он. — Расскажи мне, что вы задумали.

Анна шагнула вперёд и встала рядом со мной.

— Ты хочешь, чтобы мы рассказали тебе о наших планах в зале, полном людей, которые могут передать эту информацию напрямую к Королеве?

Кожевник с удивлением огляделся вокруг, посмотрел на Тресу, на танцоров, выступающих перед толпой облаченных в кожу людей, развалившихся за столами вдоль стены зала, а затем снова на нас.

— Здесь все преданы мне. Предателей отправляют на мясокомбинат.

Я едва могла скрыть своё отвращение.

— Тогда как насчёт этого: у тебя есть вся власть. Думаю, ты можешь понять, почему это заставляет нас колебаться, дабы обнажиться до кишок.

— Я могу обнажить тебя до кишок, — предложила Треса, положив руку на рукоять кинжала.

Малачи смерил её убийственным взглядом.

— Только попробуй.

Она посмотрела на него так, словно ей было приятно принять вызов, но потом пожала плечами.

Кожевник, с интересом наблюдавший за этим обменом репликами, поднял руку.

— Успокойся, Треса. Я понимаю их беспокойство, — его взгляд остановился на мне. — Я хочу свергнуть Королеву. Она — источник несчастий в этом городе. Как только её не станет, с Мазикиными будет покончено.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Малачи. — Они правят городом.

— Но она мать их всех.

Мои брови поползли вверх, но потом я вспомнила её странно раздутый живот, когда она появилась перед толпой на площади, и как Такеши сказал, что все детёныши-Мазикины содержатся в одном убежище.

— Подожди. Что? Их всех?

Кожевник кивнул.

— Она как муравей, и это её холм. Убейте Королеву, и они лишаться матери. Ни одна самка-Мазикин не может размножаться.

— А что насчёт отца? — спросила Анна.

— У Королевы много... спутников. Она выбирает самых сильных на роль отцов её детёнышей.

— Но здесь есть ещё и Король?

— Как ты думаешь, кто построил портал и нашёл путь через него? — буркнул Кожевник. — Король был её супругом, одним из первой двойни. Он исчез много лет назад. Он называл себя Неро. Полагаю, когда-нибудь он вернётся, но...

— Он никогда не вернётся, — тихо сказал Малачи.

— А? Как ты можешь быть уверен в этом?

— Потому что я избавился от него, — голос Малачи звучал ровно, словно память о той победе придавала ему сил.

Кожевник издал один из тех кипящих, флегматичных смешков.

— Простите меня, если я предположу, что это займёт больше, чем...

— Малачи говорит правду, — громко сказал Такеши. — Он преследовал Неро, обманул его, захватил в плен, при этом несколько раз чуть не погибнув.

Он смотрел на Малачи с нежностью, раздражением и уважением, как старший брат смотрит на младшего брата, который выкинул крутой, но невероятно опасный трюк.

— Неро заключён в тёмную башню за Суицидальными Вратами, — сказал Такеши. — И он больше не вернётся.

Глаза Кожевника загорелись радостью.

— Итак, повторюсь: если мы убьём Королеву, то всё будет кончено. Мы сможем выбраться из этого адского места.

— Мы тоже этого хотим, — сказала Анна, хотя и выглядела неуверенно.

Я не разделяла её осторожности, я не могла поверить в нашу удачу. Кузнец, казалось, ненавидел всех, кто противостоял Мазикиным, но Кожевник был полной противоположностью. Мы предложили Кузнецу шанс стать нашим союзником, шанс помочь всем выбраться, а он наотрез отказался. Но Кожевник, похоже, хотел того же, что и мы.

— Но почему именно сейчас? — спросила я. — Ты сказал, что пробыл здесь очень долго.

Его взгляд скользнул по нам четверым.

— В этом городе мало сильных душ. За эти годы я собрал несколько и хорошо защищал их в обмен на их преданность. Но мы так долго находились под гнётом чудовищ, что большинство из них потерпело полное поражение.

— Похоже, у тебя всё в порядке, — огрызнулась Анна.

Я подавила улыбку. У неё это не очень хорошо получалось.

Кожевник провёл рукой по широкой груди.

— Я стар и устал. Я лишь хочу помочь своему народу стать свободным. Вы — воины, и вы можете быть инструментом к их спасению. Когда Мазикины начали строить планы по захвату Малачи, я послал своих шпионов следить за здешним Стражем, — толстым пальцем он указал в сторону Такеши. — Я надеялся, что он попытается освободить нового пленника, и что мы сможем ему помочь. Представьте себе моё счастье, когда эти огненные шары взорвались у купола, я тут же понял, что что-то происходит. А потом вернулась Треса с донесением, что две женщины сбежали из мясной телеги и свободно разгуливают по городу, — он снова ухмыльнулся, обнажив страшные чёрные зубы. — Я сразу догадался, кто вы. Я знал, что сейчас самое время.

Анна скрестила руки на груди и уставилась на него.

— У меня есть оружие, — сказал он, словно видел, как крутятся шестерёнки в её голове. — Я построил целый арсенал. Не такой, как у Кузнеца, но я могу вооружить вас. И у меня есть люди. Мы можем взять самых сильных стражей. Мы можем проникнуть во дворец и застать их врасплох, — он вскинул брови. — Я знаю путь. Я работал над ним много лет, но он уже давно готов. Мне просто нужна была сила. Помогите мне. Это будет нелегко, но вместе мы сможем одержать победу над Мазикиными.

Анна повернулась к нам. Я прочла нерешительность в её глазах. Она не доверяла ему, но у неё не было другого плана, тем более что Кожевник держал нас более или менее в своей милости. Я кивнула ей. Это был наш шанс. Она посмотрела на Малачи. Он взглянул на Кожевника и тоже кивнул. Она сосредоточилась на Такеши. Он слегка улыбнулся ей.

— Тебе решать, капитан, — тихо сказал он.

Анна выпрямилась, встретившись с бездонным взглядом Кожевника.

— Хорошо. Давайте сделаем это.

* * *

Как только Анна согласилась, Кожевник достал карту системы подземных туннелей, над которой работал. Такеши и Малачи рьяно бросились изучать её. Такеши хорошо знал город, но было ясно, что эти тропы он видит впервые. Малачи был просто энтузиастом картографии, посвятив годы созданию карты тёмного города. Когда мы были в мире живых, я точно знала, что он проводил время в картах Google, запоминая расположение районов, которые мы патрулировали. В конце концов, он знал Род-Айленд так же хорошо, как и я. Может быть, даже лучше. И когда он жадно уставился на карту Кожевника, я не сомневалась, что он с готовностью впитывал информацию. Это наполнило меня огромным облегчением, видя его ум острым и сосредоточенным, видя Малачи таким, каким он должен быть. Я была благодарна Кожевнику за то, что он помог этому случиться.

Посмотрев на карту, мы увидели, что город Мазикинов был намного меньше, чем тёмный город, может быть, десять квадратных миль, но всё равно чрезвычайно сложным, особенно потому, что под землей была раскинута целая сеть туннелей и пещер. Мы решили провести группу из двадцати человек через ряд туннелей, которые вели к подземной реке, служившей источником воды для всего города. Она текла под Костяным дворцом, соединяясь с их кухнями и системой утилизации отходов. Что это означало: поскольку дворец находился на северной окраине города, а река текла на юг, Королева и её фавориты получали чистую воду, а остальная часть города получала воду, загрязненную их отходами. Я даже поймала себя на том, что жалею жителей южных районов.

Кожевник сказал, что у него есть способ проникнуть во дворец прямо из-под туннелей. Мы захватим дворец изнутри, когда они меньше всего этого ожидают. Казалось, что это лучший шанс, который у нас когда-либо был, поэтому мы приняли предложенное им оружие с костяными рукоятками, жёсткие кожаные доспехи и толстые сапоги, и последовали за Кожевником в катакомбы, которые он создал под своей крепостью, где собирались остальные его люди.

Малачи держался рядом со мной, хотя я не была уверена, было ли это потому, что он пытался защитить меня, или он нуждался в моей защите. Я не жаловалась. Я всё ещё пыталась убедить себя, что мы, в самом деле, здесь вместе, что я действительно могу доверять этому, хотя тепло в его глазах и осторожные прикосновения, которые он дарил мне, притягивая меня ближе к себе с каждой минутой. Он скользнул пальцами вниз по ремню моей сумки, раскручивая её на моём плече.