— Вы нарисовали Пифон? — выдохнула Медуза.

— Нет, я никогда не встречала Пифон, — поправила Карлинг с улыбкой. — Я срисовала изображения Пифон, которые были на стене в пещере.

— О, сколько бы я отдала, чтобы увидеть их, — произнесла Серемела, блестя глазами. — А знаете ли Вы, что мы зовем себя детьми Пифон?

Карлинг и Рун взглянули друг на друга. Она села на диван рядышком с ним, а он положил руку на спинку, время от времени касаясь волос у неё на затылке. Карлинг покачала головой, а Рун сказал: — Я тоже понятия не имел об этом.

Медуза пожала плечами.

— Я не знаю, является ли это историческим фактом. Если Медузы действительно дети Пифон, то это случилось за тысячи лет до вашей египетской пещеры.

— Ты знаешь, что с ней произошло? — спросил Рун. Он смотрел на Серемелу с напряженным лицом. — Я слышал лишь, что она умерла.

— Она отправилась в Грецию, и погибла в Дельфах, — ответила Серемела. — Некоторые версии гласят, что её убили. В греческой мифологии считается, что ее убил Аполлон, но греческая мифология не похожа на египетскую, или любую другую, их мифы, в основном, странные истории, которые содержат лишь зёрна истины. Я слышала истории, в которых говорится, что она погибла, упав в расщелину в земле. Хотя, она прожила в Греции достаточно долго, и успела создать Дельфийского Оракула.

— Я думала, что дар Оракула — это генетическое наследие, и способность к предсказаниям передаётся от поколения к поколению в человеческой семье, — заметила Карлинг. — Во всяком случае, это то, что мне рассказывали предыдущие Оракулы во время наших бесед.

Дельфийские Оракулы давно перебрались в Штаты и присоединились к коммуне человеческих ведьм в Луисвилле. В каждом поколении семьи Оракула рождалась единственная женщина, которая наследовала титул, вместе со способностями, как только прежний Оракул умирала. Она была отделена от основной правящей коммуны, которой управляла избранная Глава, Оракул сама по себе являлась высокопоставленным лицом. Карлинг ещё не встречалась с новым Оракулом. Сила переместилась всего несколько месяцев назад, когда предыдущий Оракул и ее муж погибли в автомобильной аварии.

Карлинг с трудом скрыла горькое разочарование оттого, что кто-то ещё подтвердил факт смерти Пифон. Ей казалось, что она контролирует выражение лица, пока рука Руна не опустилась на ее плечо в ободряющем пожатии.

— Что ж, способность к предсказаниям переходила из поколения в поколение, — заметила Серемела. — Так же, как и Вампиризм теперь передаётся от человека к человеку. И откуда появились способности Оракула — совершенно другой вопрос.

— Ты раньше консультировалась с Оракулом? — с любопытством спросил Рун у Серемелы. Он общался с Оракулами, как и Карлинг, для установления межрасовых контактов, но никогда прежде не был заинтересован в общении с оными, когда они проецировали Силу предсказания. Таинственное бормотание сводило его с ума. Как он говорил Карлинг ранее, общение с Пифон было похоже на отключку после передоза ЛСД.

— Я консультировалась с Оракулом, когда была намного моложе, — ответила Серемела. — Мне в тот момент едва исполнилось пятьдесят, и я была любопытна. Это оказался сильный и тревожащий опыт. Предсказание всегда неожиданно, и для предсказателя, и для вопрошающего.

— Могу я поинтересоваться, что она тебе сказала? — спросил Рун.

— Я не против, что ты задаешь вопросы, — тихо ответила Серемела, — но эта тема не относится к нашей беседе, и я предпочла бы это не обсуждать.

— Время, — пробормотала Карлинг. Прошедшее, настоящее и будущее. Могло показаться, что способности Оракула перемешались с ним. Она потёрла лоб, и попыталась сосредоточиться. Подняв глаза, она обнаружила изучающий взгляд Руна.

Выражение его лица было мрачным, а глаза были полны беспокойства. Когда она взглянула на него, Рун сжал её плечо.

— Что ты можешь сказать о свойствах яда не эксперту в медицине, то есть, мне? — спросил он у Серемелы.

Несколько мгновений Медуза рассматривала его. Змеи свесились через её плечо, и свернулись на её коленях спутанной массой. Большинство выглядели спящими, хотя несколько продолжали рассматривать Руна и Карлинг. Серемела слегка коснулась их пальцами.

— Для начала должна отметить, что этот раздел токсикологии не был предметом моего изучения в медицинской школе, поэтому я не могу рассуждать как специалист. Стоит учесть, что составляющие ядов чрезвычайно сложны, и могут содержать разные токсины для разных клеток и тканей тела. Они также могут быть обладать удивительно полезными свойствами, такими как лечение пчелиным ядом пациентов с рассеянным склерозом, или производные яда Малазийской гремучей змеи, который используют для лечения жертв инсульта. Предварительные исследования показали, что змеиный яд может замедлять рост некоторых раковых опухолей. Это увлекательная область для изучения. Так много зависит от специфики яда, и, конечно, от вида, к которому принадлежит жертва.

— Давай сосредоточимся на змеях, — сказал Рун.

— Яды обычных змей делятся на две категории: гемотоксин, который парализует сердечно-сосудистую систему, и нейротоксин, который повреждает нервную систему. Я рискую слишком все упростить, но большие и маленькие змеи обычно стараются нейтрализовать свою жертву.

Карлинг подняла взгляд.

— Змеи на твоей голове ядовиты.

— Да, — ответила Серемела. — Мои змеи выделяют яд, вызывающий паралич, хотя, если тебя укусят один раз, доза яда не будет сильной. Обычный человек ощутит онемение, вялость, а место вокруг укуса опухнет и будет болеть. У кого-то может вызвать тошноту. В большинстве случаев, необходимости вводить антидот нет, разве что жертва укуса — ребёнок, или развился анафилактический шок. Но если на меня нападают, или если мои змеи сильно напуганы, то они могут кусать неоднократно, и тогда это может привести к смертельному исходу. Веры более устойчивы к моему яду. Если бы Рун согласился лежать неподвижно пару дней, и позволить непрерывно себя кусать, то яд моих змей, в конце концов, мог бы остановить его сердце. — Она взглянула на Карлинг. — И яд змей Медузы не оказывает сколько-нибудь заметного эффекта на Вампиров.

— А что по поводу других змееподобных существ из Древних рас? — спросила Карлинг.

— Что ж, тут Вам нужно добавить крайне непредсказуемый элемент Силы, — произнесла Серемела. — Яд моих змей совершенно обычный. Они просто присоединены к моей голове, вот и все. Нас объединяет нечто вроде симбиотической связи, которая включает в себя некоторую эмпатию, довольно грубый вид телепатии, который не даёт реального общения, и яд — это просто яд. Я бы повременила с предположениями о другом существе, особенно таком Могущественном бессмертном, каким была Пифон.

— Египетская жрица, с которой ты говорила, упомянула некое соглашение с Богиней-змеей, — сказал Рун Карлинг. — Так что, Пифон могла взаимодействовать с группой. Это звучит так, словно там присутствовала некая забота, ну или, как минимум, поклонение.

— Яд, паралич, время. Некоторые главные темы идут вместе, — пробормотала Карлинг. — Насколько я помню, жрица толковала о том, что Пифон заботилась о своих детях и дарила им «Поцелуй жизни», который был также смертью. Возможно, Пифон знала, что ее укус остановит их человеческое старение. Что бы ни было причиной или правдой, это уже не имеет значения.

— Почему ты так говоришь? — спросил Рун, сузив глаза.

Карлинг наклонилась вперёд, поставив локти на колени и прижала ладони к глазам. Она изучала и яды, и чародейство. Неудивительно, что ее лечебные заклинания помогали лишь временно отодвигать эпизоды. Эти заклинания, которые она делала для себя, были универсальными. Для того, чтобы создать нечто более узконаправленное или специфичное, ей нужно было знать первоначальные составляющие того, что она пыталась излечить.

— То, что течёт в венах Вампиров, мутировало давным давно. Это результат смешения первоисточника и человеческой иммунной системы. У нас нет чистого яда Пифон, поэтому, мы не можем создать противоядие, — произнесла она бесцветным голосом.

— А что по поводу более общего антидота? — спросил Рун напряженным голосом.

Карлинг покачала головой одновременно с Серемелой, которая произнесла:

— Для такой Сильной и специфичной ситуации, учитывая ваше замечание про малое количество оставшегося времени, боюсь, это будет бесполезно. Это займёт годы экспериментов и испытаний лекарств. Не тратьте своё время.

Напряжение Руна возросло. Сила его эмоций ударила ей по нервам.

— Я знаю, о чем ты думаешь. Возвращение в прошлое не поможет. Я никогда не встречала Пифон. А мои эпизоды слишком коротки, чтобы ты мог отправиться на ее поиски самостоятельно. — Сказала она ему.

— Я могу продолжать проходить, пока не пойму, как возвращаться самому, — ответил он хрипло.

Она покачала головой: — И рисковать дальнейшими изменениями в этой временной шкале? Это слишком опасно. Мы договорились, что остановимся. Нам нужно остановиться.

Рун открыл было рот, чтобы возразить, но заметил уныло опущенные плечи Карлинг. Поворот их беседы стал для него горьким ударом. Насколько тяжелее было это слышать ей, после того, как она так долго несла на себе тяжесть стольких разочарований? Он проглотил готовые вырваться слова.

— Давайте пока отодвинем все это в сторону. Я думаю, нашим следующим шагом должна стать поездка в Луисвилл, и разговор с новым Оракулом. Надо послушать, что она может нам сказать, особенно, если она тоже одна из детей Пифон.

Карлинг вздохнула и произнесла: — Да, нужно ехать.

Серемела тихо спросила: — Может, мне осмотреть Вас, пока я здесь? Не уверена, что могу что-то еще добавить к тому, что Вам уже известно, но это такая серьёзная ситуация, что я буду чувствовать себя намного лучше, если мы используем все имеющиеся возможности.