— Не надо, — предупредила она, поднимая руку и останавливая его, Лейн остановился.

— Рокки, что происходит? — тихо спросил Лейн.

— Я не могу заставить тебя это сделать, — сказала она ему, шагая из стороны в сторону, как животное в клетке, ее глазах быстро скользили по Триппу, Вере, Джасу, потом Лейну, потом все сначала, пока она повторила: — Я не могу так с тобой поступить.

— Как? — спросил Лейн.

Она покачала головой, поймав его взгляд.

— Я не могу заставить тебя это сделать.

— Что сделать, детка?

— Остаться со мной, — ответила она, затем начала петь, расхаживая по комнате. — Я не могу заставить тебя быть со мной, я не могу заставить тебя остаться со мной, я не могу заставить тебя остаться.

Господи.

— Рокки, детка, — прошептал Лейн.

Она начала качать головой и продолжала качать головой, глядя себе под ноги, пока все еще ходила назад и вперед:

— Я не помогла ей. Я не помогла ей. Было так темно.

— Боже мой, — выдохнула Вера, когда Лейн почувствовал, как у него сдавило грудь.

— Рокки, где было темно? — прошептал он.

Она продолжала качать головой.

— Было так темно.

— Где было темно, милая?

— Я пряталась, я пряталась, я пряталась, а должна была ей помочь. Я пряталась в темноте, — прошептала Рокки.

— Ты пряталась, — тихо произнес Лейн, медленно приближаясь к ней, — ты спряталась, когда пришел Карсон Фишер?

Затем она начала кивать, ее голова двигалась в ритме, бесконтрольно, подпрыгивая вверх и вниз, Рокки исчезла, взрослой почти сороколетней женщины, которой она стала сейчас в комнате не было. Она превратилась в ту девочку двадцать четыре года назад.

Лейн почувствовал присутствие Дэвина в комнату, но он не обернулся, а Рокки не заметила отца.

— Да, когда он пришел. Она услышала его машину. Она пришла в мою комнату. Разбудила меня и велела позвонить в 911. Она велела мне спрятаться. Она велела мне спрятаться. — Ее голова дернулась назад, Рокки перестала расхаживать, выражение ее лица проникло ему в душу, когда она прошептала: — Я сделала все, как она мне сказала.

— Детка, ты выполняла указания мамы. Ты позвонила в 911. Спряталась. Ты поступила правильно.

— Я должна была ей помочь.

— Ты не могла ей помочь.

— Она кричала.

Лейн подошел ближе, но остановился, когда Рокки заметила, сделав огромный шаг назад и начала трястись всем телом.

— Детка, ты не смогла бы ей помочь.

— Он ее так мучил, прежде чем убил, — прошептала Рокки.

Черт, черт, он знал это, он читал полицейский отчет. Карсон Фишер прежде, чем застрелить ее мать, провел некоторое время с Сесилией Меррик. Не много, у него не было особо времени. Но ему нужны были доказательства, которые были у Сесилии, поэтому он пытал ее, поспешно проделав грязную работу, результаты были ужасающими.

Сесилия, однако, пережила пытку и умерла от пули в лицо.

Лейн просто не знал, что Рокки об этом знала.

Бл*дь.

— Он причинял ей такую боль, она так кричала.

— Милая, иди сюда.

— Я не помогла ей, я пряталась, я пряталась, и было так темно.

— Детка, пожалуйста, иди сюда.

— Навес, — прошептала она, раскачиваясь из стороны в сторону, ее руки скользили по животу, — папа ненавидел, когда туда залетали птицы, поэтому плотно закрыл его. Я вышла через маленькую дверь на навес крыши, там было так темно.

— Рокки, пожалуйста, детка, иди сюда.

— Я шла туда, как трус, слыша в темноте ее крики.

— Рокки…

— Совсем одна.

— Рокки…

— Я оставила ее совсем одну.

— Рок..

Ее руки внезапно опустились, сжались в кулаки, и она закричала:

— Я оставила ее совсем одну! Он пытал ее, а я оставила ее совсем одну! И она знала, что я слышу ее крики! Она умерла, зная, что я все слышала. Она знала! Моя мама. Оназналаоназналаоназнала.

Лейн быстро двинулся вперед, подхватил ее на руки, но она вырвалась и побежала в угол, прижавшись к стене боком, потом повернулась к нему, подняв руку, не сводя с него глаз.

— Не прикасайся ко мне, — прошептала она, и он увидел, как ее тело задрожало.

— Ма, звони доку, — приказал Лейн, не сводя глаз с Рокки, Вера, не сказав ни слова, но он понял, что она вышла из комнаты, видел по глазам Рокки, следящим за Верой. — Рокки, детка, ты сама не своя, — сказал он ей, снова медленно двигаясь вперед, она снова перевела на него взгляд. — Это называется посттравматическим синдромом, дорогая. Ты не в себе. Ты сейчас не там, а здесь и здесь тебе ничего не угрожает.

Она покачала головой.

— Нет, не правда.

— Ты в безопасности, детка, никто никогда не причинит тебе здесь вреда.

— Нет, нет, я не в безопасности. Ты не в безопасности.

— Мне ничего не угрожает, Рокки.

— Нет, — она продолжала качать головой. — Неправда. Это могло быть правдой, но сейчас неправда. Не сейчас. Все хуже, чем раньше. Намного хуже. У нас могло бы быть время, но я облажалась.

— Дорогая...

Все еще качая головой, она говорила о нем.

— Я не могу заставить тебя сделать это.

Она начала сползать по стене, прижимая колени к груди, ее рука все еще была поднята, как будто она хотела оттолкнуть его.

— Я не могу заставить тебя сделать это, — повторила она.

Лейн присел перед ней на корточки в двух футах от нее.

— Детка, не можешь заставить меня сделать что? — прошептал он.

— Потерять меня, — прошептала она в ответ.

— Ты никуда не уйдешь от меня, — сказал он ей.

— Я умру.

Тело Лейна застыло.

Затем он прошептал:

— Что?

— Ей было тридцать девять, когда она умерла. В следующем году мне будет тридцать девять, Лейн.

— Рокки…

— Вот что я получу за то, что не помогла ей. Я умру в этом возрасте, как и она. Знаю, я всегда знала, что у меня ничего не получится. Ничего у меня не будет. Я поняла, каково это — потерять тебя, и я знала, что ты почувствуешь ту же боль, если потеряешь меня. Как папа. Ты похож на папу. Если бы у нас был шанс жить нормальной жизнью, я знала, что ты никогда не двинешься дальше. — Ее рука опустилась, и она обхватила обеими руками свои ноги, но ее глаза не отрывались от него, они прожигали его грудь, горло, и он ничего не мог сделать, кроме как смотреть ей в глаза. — Я оставила тебя, чтобы дать тебе шанс жить, малыш, — прошептала она хриплым голосом, слезы застилали ей глаза, тихо скатываясь по щекам. — Я хотела, чтобы у тебя была своя жизнь без меня.

— Так вот почему ты меня тогда бросила? — тихо спросил он.

Она кивнула.

— Я не хотела, чтобы ты испытывал такую боль, как я. Я знала, как это больно. Почувствовала. Видела это по Мерри. Видела по отцу. Я не хотела, чтобы тебе было так больно.

— Рокки, иди ко мне.

— У нас не будет дочки, у нее не будет мамы, — прошептала Рокки.

Голос Лейна был хриплым, когда он, умоляя, произнес:

— Пожалуйста, детка, иди ко мне.

— Я знаю, каково это — потерять маму.

— Детка, прошу тебя.

— Я не могу сидеть за столом с семьей, Лейн. Я позволила своей семье умереть, оставила ее умирать в полном одиночестве, съежилась на крыше, как трус, в темноте слышала, как она кричала от боли, пока я позволяла ей умереть.

— Не ты позволила ей умереть, свитчикс, это Фишер ее убил.

— Я не могу сидеть за столом, когда позволила своей маме умереть.

У Лейна кончилось терпение.

— Я иду к тебе, Рок.

Она покачала головой, слезы скатывались по ее лицу, по подбородку и падали на свитер.

— Сию минуту, детка, я иду к тебе.

Она продолжала качать головой, он двинулся к ней, приготовился к борьбе, но, когда добрался до нее, она с силой прижалась к его груди. Он развернулся у стены и сел в угол, она забралась к нему на колени, свернувшись калачиком, ее руки обвились вокруг его шеи, будто она боялась его отпустить, и слезы. Не слезы. А громкие, сокрушительные, сотрясающие все ее тело рыдания.

Он прижал ее к себе, подняв глаза, увидел Дэвина, Триппа и Джаспера.

— Дэйв приедет, наверное, и Мерри. Пусть не входят сюда. Мне все равно что вы сделаете, но я не хочу, чтобы они были здесь, пока ее не осмотрит док.

— Хорошо, сынок, — прошептал Дэвин.

— Уходите, закройте дверь, — приказал Лейн.

Дэвин кивнул, повернулся, но Джаспер и Трипп не двигались, их глаза были прикованы к отцу.

— Идите, — прошептал Лейн.

Дэв обнял обоих мальчиков за плечи, мягко развернул и вывел из комнаты.

Рокки еще глубже уткнулась лицом ему в шею, Лейн опустил голову и прошептал ей на ухо:

— Мы выбьем эти ужасные воспоминания из тебя, детка.

Она покачала головой.

— Клянись, Рок, клянусь, я позабочусь о тебе. Да?

Она не ответила, просто сильнее вжалась в него.

Руки Лейна напряглись.

— Люблю тебя, Ракель.

Еще один всхлип вырвался у нее из горла, но, слава богу, она сдержалась.

* * *

Док убрал волосы Рокки с шеи, затем его взгляд остановился на Лейн.

— Ты можешь отпустить ее, сынок, она спит, — прошептал Док.

— Позови маму, — приказал Лейн.

Док посмотрел ему в глаза, вдохнул и кивнул. Затем он вышел из комнаты.

Лейн лежал на постели, прижавшись плечами к изголовью, Рокки свернулась калачиком на нем, она спала. Док сделал укол, пока она все еще рыдала, Господи, было так много слез. Он не знал, что у человека может быть так много слез. Она не сопротивлялась уколу. Просто стала медленно затихать в его объятиях.

Теперь он знал, что Дейв и Мерри находились внизу. Он также знал, что они потеряли жену, мать.

Но ему, бл*дь, было насрать.

Вера скользнула в комнату, и ее глаза остановились на сыне.

— Ма, ложись на мое место.

Она кивнула и поспешила на ту сторону кровати, где лежала Рокки. Она прилегла так, как лежал Лейн, он повернул Рокки в ее протянутые руки. Когда голова Рокки опустилась на грудь матери, Вера обняла Рокки, Лейн соскользнул с кровати.

— Не отпускай ее, — прошептал Лейн.

— Не буду, милый, — прошептала Вера в ответ.

Лейн подошел к двери, закрыл ее, ему следовало перевести дух. Ему следовало посчитать хотя бы до трех.

Но он этого не сделал.

Спустился по лестнице.

Все были на кухне: Дев, Трипп, Джас, Док, Дейв и Мерри.

Дейв сидел за островком. Рядом с ним стоял Мерри.

— Как...? — Начал Дейв, но остановился, потому что Лейн направился прямиком к Мерри.

На лице Мерри читалось беспокойство, но через свою ярость Лейн не видел этого выражения. Но беспокойство ослабло бдительность Мерри, поэтому он недостаточно быстро реагировал, Лейн подошел ближе, крепко обхватил рукой Мерри за горло, продолжая двигаться вперед, толкая Мерри назад.