— Здесь внутренний предохранитель, поэтому дави на спусковой крючок посильнее, и тогда выстрелит, — пояснил Руссо.

Джессика коротко кивнула с решимостью на лице и повела их вверх по лестнице. Вжимаясь в стены и пригибаясь, они миновали темный второй этаж, проверяя каждую комнату, чтобы снова не нарваться на какой-нибудь сюрприз. Им попались два охранника, которых удалось обезвредить без смертельных исходов.

Наконец они добрались до апартаментов в конце северо-восточного коридора. Из-за дверей доносился русский мат, сопровождаемый яростными ударами и громкими хлопками.

— Сергей, это бесполезно, — послышался тихий голос. Леви узнал его хозяина — красивого, невысокого твинка, который сидел рядом с Волковым на покерном турнире. — Генератор не оживет сам по себе. Стоит поискать другой выход, а не сидеть на месте и биться головой о стену в ожидании смерти.

— Ты! — рявкнул Волков, видимо, кому-то третьему. — Иди, проверь обстановку.

— Сергей, умоляю, не надо...

Леви и Доминик заняли позиции по обе стороны двери, а Джессика спряталась за Руссо. Стоило охраннику вылететь из спальни, Доминик выкинул наперерез ему руку. Мужчина грохнулся на пол, а Леви для надежности ударил ногой ему в лицо.

Руссо и Абрамс вошли в комнату, готовые к битве, но столкнулись лишь с двумя противниками — у Волкова не осталось людей. Сергей стоял у дальней стены, от которой был отодвинут внушительный книжный шкаф, скрывавший массивную металлическую дверь. Рокко сидел в добрых пяти метрах от него в изножье огромной кровати.

Волков резко развернулся с пистолетом наготове, но Доминик и Джессика мгновенно нацелились в ответ. У Леви был другой план.

Стоило Волкову положить палец на спусковой крючок, он тут же перевел оружие на Рокко и спокойно произнес:

— Не двигайся.

Рокко от ужаса взвизгнул, его оленьи глаза распахнулись от страха. Волков замер, оценил расстояние между ним, Леви и Рокко и сделал неуверенное движение в их сторону.

— Не, не, не. — Абрамс сдернул Рокко с кровати и прижал дуло к его виску. Конечно, детектив скорее себя прикончит, чем убьет невиновного мальчика, но Сергей об этом не знал.

Рокко жалобно застонал. Волков побледнел. Он поднял руки, затем положил пистолет на пол и пнул в их сторону. Доминик забрал оружие, передал Джессике и взялся обыскивать Волкова.

— Не трогайте его, — произнес Сергей, игнорируя грубое обращение Руссо. Он не сводил глаз с дрожащего в руках Леви Рокко.

— Все зависит от тебя, — заявил Абрамс.

— Чисто. — Доминик толкнул Волкова на колени.

— Где Майло Радич? — спросил Леви. — Он выжил в перестрелке на складе?

— Да. — Волков ни на секунду не переключал внимания с Рокко. — Он пытался заявиться сюда, но я его раскусил. Давно подозревал, но не хотел верить. А теперь не осталось никаких сомнений. Я дал ему один день форы из уважения к нашей многолетней дружбе.

Оставалось надеяться, что Радич не успел далеко убежать, но сейчас это волновало Леви меньше всего.

— Сергей Волков, у меня ордер на ваш арест.

— Нет, — выдохнул Рокко.

— Бросишь мне свои наручники? — спросил Доминик.

Леви сразу же отклонил предложение.

— Я должен лично провести задержание. Иначе адвокат защиты будет оспаривать арест как несанкционированный, что поставит под угрозу все дело...

Прежде чем Леви успел отреагировать, Рокко наклонил голову вперед и ударил тыльной стороной ладони по пистолету, отодвигая от своего виска. Одной рукой схватившись за дуло, второй — за запястье Абрамса, парень ловким движением обезоружил детектива и пнул его в живот.

Леви приземлился на пол. Он так и не поднялся, но скорее от полнейшего шока, нежели из-за нацеленного теперь на него пистолета.

— Вы два идиота, — прошипел Рокко.

— Рокко, ты что делаешь? — закричала Джессика.

Все поведение юноши кардинально изменилось. Он выпрямился и расправил плечи, ни следа страха на лице — скорее, одно раздражение. Судя по тому, с какой легкостью Рокко обезоружил Леви, можно было предположить, что он не новичок в боевых искусствах.

— Боже. — Тихо выдохнул потрясенный Доминик. — Это он. Агент под прикрытием.

— Вау, ну какой ты гений. — Рокко полез в задний карман и вытащил значок ФБР. — Как чувствовал, что пригодится.

Леви покосился на Волкова, который непонимающе таращился на Рокко.

— Вы сделали все возможное, чтобы испоганить мне операцию, — заявил агент. — С твоим хреновым прикрытием и твоей блестящей идеей припереться в логово бандитов в надежде, что никто тебя не узнает, я просто в шоке, как вы не сдохли, просто гуляя по улице.

— Рокко, — дрожащим голосом произнес Волков, — радость моя...

— Господи, никакой я не Рокко! — рявкнул парень. — Кого вообще можно так, блядь, назвать?

Если раньше Леви не приходилось видеть человека с растоптанной душой, то сейчас он восполнил этот пробел. Волков больше не проронил ни слова, просто в оцепенении стоял на коленях.

Доминик перевел оружие с него на Рокко.

— Не знаю, что за операцию ты тут вел, как там тебя зовут...

— Кэлвин. Кэлвин Уолкер.

— Супер, — произнес Доминик. — Джессике потребовалось пара дней, чтобы принести полиции достаточно доказательств и засадить десятки преступников на приличные сроки. А ты, блядь, чем занимался?

Кэлвин презрительно фыркнул.

— Думаешь, меня интересует жалкая местная ветка «Славянского братства»? Это международная организация. Волков здесь, может, и крупная шишка, но над ним есть начальство, у которого тоже есть начальство. Я охотился за ними, а вы испоганили все!

— И тем временем ты не собирался помешать гангстерской войне разрушить город до основания?

— Я просто... — Кэлвин бросил взгляд на Волкова, что-то непонятное и интригующее мелькнуло в его лице. — Мне просто нужно было время.

— Для чего? — поинтересовался Доминик.

Но Леви понял.

— Чтобы убедить Волкова сдать своих боссов и избежать тюрьмы.

Кэлвин вздрогнул и на мгновение прикрыл глаза.

— Ты его любишь. — Абрамс медленно поднялся на ноги.

— Стой! — Кэлвин крепче сжал пистолет Леви. Непонятно, что он требовал — заткнуться или не двигаться.

Леви поднял руки.

— Ты на самом деле убьешь меня ради его защиты? — Это не было какой-то ловушкой... Леви просто искренне интересовался.

— Не знаю, — прошептал Кэлвин. — Наверное. — Он судорожно сглотнул, когда послышался тихий, беспомощный стон Волкова.

— Ты предал своих? — скептически спросил Доминик.

— Нет. Я до сих пор собираюсь уничтожить «Братство», я годы положил на это. Но... — Кэлвин судорожно вздохнул. — Сергей мог бы преподнести ФБР «Братство» на блюдечке. Тогда его внесли бы в программу по защите свидетелей, а значит, он остался бы живым и на свободе. Он не такой, как остальные, вы не понимаете...

— Кажется, понимаю, — сказал Доминик. — Я наблюдал за вашими отношениями. И понимаю, как ты мог в него влюбиться, зная о всех его грехах.

— Радость моя, — тихо произнес Волков. — Ты должен знать, что я никогда не предам своих людей.

Впервые Кэлвин посмотрел Волкову прямо в глаза.

— Даже ради меня?

Сергей открыл рот, но не издал ни звука.

Воспользовавшись моментом, Леви подобрался ближе к Кэлвину. Тот напрягся и отступил на шаг.

— Я могу гарантировать, что он переживет сегодняшнюю ночь, — сказал Абрамс. — А ты? — Кэлвин замешкался, поэтому детектив надавил сильнее. — Даю слово, что вытащу его отсюда живым, но только, если возьму под арест. Для тебя лучше, чтобы он сел или умер?

Кэлвин застонал, и его плечи поникли. Он передал Леви пистолет, затем пересек комнату и встал перед Волковым на колени.

— Прости.

Волков прижался к нему лбом. Сергей не сопротивлялся, когда Леви заковывал его в наручники и зачитывал права. Абрамс не убирал оружие на случай, если обоим мужчинам придет в голову какая-нибудь глупость, но они были слишком погружены в личные переживания.

— Ты и Уолкера арестуешь? — шепотом спросил Доминик.

— За что?

— Ну, хотя бы за нападение на офицера.

— Нет. — Леви посмотрел на Кэлвина, который что-то шептал на ухо Сергею. — Это еще не конец. Нам еще нужно выбраться, и лучше иметь Уолкера в качестве союзника, а не арестованного.

— Логично.

В коридоре раздались шаги.

— Они вызвали вертолеты! — закричал мужчина. — Садятся прямо на заднем...

Влетев в комнату, он с поразительной скоростью оценил картину и направил пистолет на Доминика. Его палец уже давил на крючок, когда Леви, не моргнув, дважды выстрелил ему в грудь.

Пистолет мужчины все равно выстрелил, но пуля пролетела мимо цели и попала в лампу. Охранник попятился назад, врезался в стену и сполз на пол.

И только тогда Леви осознал, что сделал. Он медленно опустил руки, тупо рассматривая истекающего кровью мужчину.

Доминик что-то говорил, но конкретных слов Леви разобрать не мог. Он ждал, когда на смену шоку придет то, что он испытал в момент убийства Дейла Слейтера, — сокрушительное чувство вины и отвращение к самому себе.

Но ничего.

Леви не чувствовал ничего.