Меня тут же накрыло щемящее чувство тоски.

Положив книгу на столик, я поднялась на ноги. Улыбнувшись, я прошептала:

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – ответил он.

Прикусив губу, я подумала, что сейчас нам придётся расстаться и почувствовала, как опустились мои плечи.

В последний раз посмотрев на Алессио, я собралась было направиться к двери, когда он внезапно обхватил меня рукой за талию и потянул назад. Вскрикнув, я упала Иваншову на колени. Распахнув глаза, я уставилась на мужчину.

Быстро чмокнув меня в губы, он, ухмыляясь, отстранился. Не сдержавшись, я хихикнула.

Алессио шумно вздохнул. Коснувшись пальцем уголка моих губ, он прошептал в полном изумлении:

– Это впервые, когда я слышу, как ты смеёшься.

Смутившись, я опустила голову и коснулась ладонью широкой груди.

Коснувшись подбородка, Иваншов вынудил меня поднять голову.

– Тебе следует делать это чаще. У тебя красивый смех.

Но прежде чем я успела ответить, Алессио вновь поцеловал меня. На этот раз почти-что собственнически. Он коснулся моей нижней губы, требуя большего. Одной рукой, словно стальным тросом, русский обнимал меня за талию, второй же – накрыл скулу.

Он целовал меня с такой пылкостью. Сердце в груди замерло на краткий миг, и я застонала. В его глазах пылало желание. Прикосновения обжигали огнём, а поцелуи пьянили хуже вина.

Алессио Иваншов занял все мои мысли.

Прикрыв веки, я позволила себе раствориться в этом поцелуе и его нежной, сладкой ласке.