Когда я снова прочитала записку, из громкоговорителя у выхода раздался глубокий голос:

— Дамы и господа, могу я отнять пару минут вашего времени, пожалуйста?

Я была настолько сметена своими чувствами, что даже не осознала, насколько знакомым был голос.

— О боже мой. — Эрин схватила меня за запястье: — Коко.

— Что? — я посмотрела на нее.

— Смотри.

Я подняла голову. Прямо впереди у выхода, говоря в микрофон, (клянусь, мужчина мог очаровать кого угодно) стоял Ник. И он смотрел прямо на меня, когда повторил свою просьбу.

— Спасибо, — сказал он, когда шум в терминале утих. — Видите ли, я хочу впечатлить одну женщину здесь. — Он указал на меня. — Роскошную женщину в белом сарафане.

По моей коже пробежали мурашки. Все головы метались между ним и мной, а несколько людей в толпе хихикали.

— Я безумно влюблен в нее с девятнадцати лет. Но тогда я совершил ошибку. Я потерял ее, и недостаточно упорно боролся, чтобы вернуть ее. — Хихиканье утихло, и мой желудок бешено перевернулся. Слезы заполнили мои глаза. — Но не было и дня, чтобы я не думал о ней и не желал, чтобы она снова была моей. — Его голос надломился на слове «моей», вызывая первый поток слез по моим щекам. — И она просила перестать делать ей неожиданные предложения руки сердца, но некоторые старые привычки умирают с трудом. — Он положил микрофон и направился ко мне, и в тишине толпы мое сердце оглушительно билось. Я замерла на месте. Какого хрена он делал?

Подойдя ко мне, он опустился на одно колено, и толпа ахнула.

Эрин встала с прижатыми руками ко рту и немного отошла.

Когда Ник вытащил кольцо из коробочки, я тоже прижала руки ко рту.

— Коко, — сказал он, его темные глаза были наполнены серьезностью. — Я женился на тебе прежде, потому что любил тебя достаточно, чтобы пообещать тебе вечность. И даже если все пошло не так, я никогда не сомневался в этом. Поэтому сейчас я хочу сделать все правильно. Может, ты посчитаешь меня сумасшедшим, но я думаю, что мы уже потратили слишком много лет порознь. Я хочу вернуть тебя, хочу тебя навсегда. Выйдешь за меня снова?

Он открыл коробочку с кольцом, и мое сердце остановилось. Внутри был роскошный бриллиант в платиновом кольце в стиле арт-деко, огромный изумруд был вырезан в середине, окруженный тонкой филигранной работой.

— О боже мой, — выдохнула я, все мое тело дрожало.

— Это точная копия кольца, которое папа Джо подарил Крошке, — глаза Ника тоже блестели. — Я бы хотел настоящее, но тетя Винни не отдаст его.

— Ох, Ник. — Я хотела дюжину разных вещей одновременно. Сказать «да». Поцеловать его. Ударить. Растечься лужицей на полу. Подпрыгивать. Визжать. Сказать ему, что люблю копии винтажных предметов. Услышать, как он снова просит меня выйти за него. Но я не могла делать ничего, я едва могла дышать.

— Что думаешь? — прошептал он.

Я улыбнулась.

— Я хочу, по крайней мере, шестьдесят семь лет.

—Ты получишь их. Ты получишь все.

— Она сказала «да»? — раздался голос из толпы?

— Да, — прошептала я Нику. Затем я запрокинула голову и прокричала: — Да!

Толпа взорвалась аплодисментами, а Ник надел мне кольцо на палец. Я смаргивала слезы, прежде чем он потянул меня вниз к себе и обнял. Когда мы долго и страстно целовались, вокруг нас раздавались возгласы и свист, и Ник поднял меня прямо с пола.

Когда наконец он отпустил меня, Эрин схватила меня, чередуя объятия с разглядыванием кольца на моей руке. Ник принимал рукопожатия людей из толпы, прежде чем поцеловал Эрин в щеку.

— Спасибо тебе. Я бы не справился без тебя.

Она обмахивала свое лицо, по которому, как и у меня, текли слезы.

— Меня?! Что я сделала?

— Дала мне информацию о полете. Как бы еще я смог забронировать билет?

Я схватила его руку.

— Ты забронировал билет?

— Да. Они не пропускают людей через службу безопасности без билета. Даже привлекательных дьяволов с кольцом в кармане.

Я шлепнула его по плечу.

— Но ты правда собираешься? Во Францию, я имею в виду?

— Конечно. Я не могу пропустить свадьбу. — На мое недоумение на лице он улыбнулся. — Я созвонился с Миа и Лукасом вчера, чтобы спросить, не возражают ли они против дополнительного гостя на свадьбе, на случай, если ты скажешь да. После того как я объяснил, что планирую, они заставили меня поклясться, что мы оба будем на самолете.

— Миа узнала раньше меня? — я уперла руки в бедра. Я шлепнула его по руке, прежде чем снова обняла его. — О боже мой, не могу поверить. — Уткнувшись лицом в его шею, я вдохнула его запах и так и стояла.

Все правильно. Я чувствовала.

26 глава

Мы прибыли в Париж ранним воскресным утром. Мы с Эрин планировали провести один день в городе и решили потратиться на номер в «Ритц», так как это было всего на один день, и мы платили поровну. Остаток недели мы проведем на вилле родственников Лукаса. Так как Эрин была в сговоре с Ником, он забронировал второй номер в «Ритц», и Эрин достался наш с ней первоначальный номер. Она радостно исчезла в лифте, когда мы прибыли в отель, с сонными глазами из-за смены часовых поясов. Она сказала, что была так истощена, что, вероятно, не покинет свой номер.

Мы тоже не покидали наш.

Возможно, мы должны были. Возможно, было кощунством заставлять красоты Парижа ждать за окном, к тому же моя специальность — история, но самый романтичный город прекрасно разлил свои чары в наших четырех стенах.

Ну, стен было даже больше, если считать ванную. Там мы тоже сделали это.

Но в кровати... ох, эта кровать. Огромная, заправленная белоснежным бельем и с огромным количеством подушек — просто манила нас. Как только дверь за нами закрылась, Ник поднял меня на руки и понес к ней, а наши рты влекло друг к другу как будто невидимой силой. Я обняла его руками за шею и сбросила свои балетки; истощенная, но не в силах остановить себя и перестать желать его, когда мы наконец остались одни.

Он с нежностью положил меня на кровать и смотрел на меня сверху вниз, сбрасывая свою обувь.

— Миссис Лупо.

Мои брови взметнулись вверх.

— Еще нет.

Он ухмыльнулся.

— Знаю. Просто пробую.

— Мне нравится.

Он растянулся на кровати, накрывая мое тело своим.

— Мне тоже.

Ощущать его вес на себе было одновременно и чрезмерно, и недостаточно. Я вытянула руку и снова притянула его для поцелуя, дразня его губы, проводя языком по ним и потянув своими зубами.

— Я скучала по твоему рту, — прошептала я, забрасывая на него одну ногу. — Я так сильно его люблю

— Он весь в твоем распоряжении.

Мое сердце забилось быстрее от этой мысли.

— Знаешь, о чем я только что подумала? — спросила я его, позволяя ему приподнять меня, чтобы он смог стянуть мой сарафан через голову.

— О чем? — Он бросил его на пол, расстегнул мой бюстгальтер и спустил лямки по моим рукам. — Надеюсь, это включает мой рот на твоей груди, потому что я думаю именно об этом.

Я захихикала и легла на спину, когда он опустил свои губы на одну мою грудь, затем на другую и обратно, как ребенок, который только что развернул две изумительные игрушки, подаренные на Рождество, и не мог решить, с какой поиграть первой.

— Нет, но не останавливайся. Я подумала, — сказала я, изогнув спину и запустив руку в его волосы, — что я даже не успела изменить свою фамилию в первый раз. И возможно, это хорошо, потому что Коко Лупо звучит как название коктейля, а не имя человека.

Ник поднял голову и посмотрел мне в глаза.

— Я буду пить этот коктейль утром, днем и вечером. Буду упиваться им.

— Уверена, так и будет, — простонала я громко, когда его рот опустился с моей груди на живот. — Хотя, можно взять двойную фамилию.

— Любимая, — Ник выпрямился, чтобы расстегнуть свою рубашку и избавиться от нее, и затем стянул свою белую майку над головой. — Ты можешь делать, что угодно. Ты даже можешь оставить свою фамилию, если хочешь, хотя я буду по-настоящему горд, если ты возьмешь мою.